Певец меча

Роберсон Дженнифер

– Каньон оказался ловушкой, – констатировал я, – придется поворачивать.

– Поворачивать! И ехать назад? – глаза Адара поблескивали из-под падавших на лицо волос. – Ты хочешь сказать, что мы проехали весь этот путь…

– Делать нечего, – отрезал Гаррод, прервав ее жалобы. – По крайней мере у нас еще есть время.

– Время, – горько повторила она. – Умереть раньше там или позже здесь.

Я посмотрел на ее детей. Массоу почти спал на лошади, сгорбившись и застыв, словно у него еще много часов назад замерзли все мышцы. Его голова слабо покачивалась,

а глаза закрывались, хотя он очень старался держать их открытыми. Киприана отличалась от него лишь тем, что легче справлялась с глазами. Ее ноги бессильно свисали по бокам лошади, юбка задралась и видны были шерстяные гетры. Светлые волосы трогательно рассыпались по плечам. Киприана с усилием откинула их назад.

– Так что будем делать? – спросила она.

Я осмотрел ловушку, в которую мы сами забрались. Мы проскакали по узкой извилистой трещине между изъеденными ветром и водой скалами. Камень под ногами лошадей в некоторых местах покрывал тонкий слой грязи. В каньоне было так темно, что уже в нескольких футах от нас стены расплывались, и только там, куда падал слабый лунный свет, смутно вырисовывались тени скал.

Рассвет был уже близок. Вдали я услышал вой.

Я знал, что очень скоро появятся гончие. В эту минуту они скорее всего подбежали к обрыву и осматривали спуск, ведущий в узкий каньон. Может они уже перевалили через обрыв и стекали вниз белоглазой рекой.

Я посмотрел на Дел. Она спокойно сидела на мышастом.

– Мы с тобой могли бы вернуться к узкой части каньона и задержать их там. Остановить, чтобы они не могли прорваться.

Я понимал, что это была временная мера. Гончие, с их значительным численным превосходством, в конце концов убьют нас и продолжат охоту. Если, конечно, они не охотятся именно за нами. В этом случае, они могли оставить в покое остальных.

Дел вынула из ножен меч.

– У меня идея получше.

Я посмотрел на Бореал и не смог скрыть удивления, почему Дел не использовала ее раньше.

– Баска…

– Ты помнишь, что произошло в прошлый раз, – Дел прекрасно поняла, что я хотел сказать. – Ты почувствовал на себе ее силу. Если ее отпустить, позволить ей действовать самостоятельно, она убьет и друга, и врага… на равнине я не осмелилась.

Я огляделся. Рассвет наполнил ловушку слабым розовым светом, стекавшим вниз по испещренным дырами и трещинами стенам, и мне пришло в голову, что сила Бореал в замкнутом пространстве может умножиться.

– Дел…

Она вытянула руку.

– Видишь горловину? Я направлю удар в нее, а стены защитят нас.

Горловина. Конечно это слово было ничем не хуже других. Ветер и вода не справились с камнями у входа в ловушку и не сумели расширить проход. Между двумя стремившимися друг к другу скалами они успели пробить горловину чуть шире лошадиной груди. Через эту горловину мы вшестером и влетели в ловушку.

– Что ты собираешься делать? – заинтересовался Массоу.

Дел оглянулась на него. Как всегда, когда взгляд Дел останавливался на мальчике, ее лицо смягчилось. Для нее Массоу был Джамайлом.

– Я

попробую остановить зверей.

Глаза Массоу расширились.

– Как?

Дел не умела врать или хотя бы говорить полуправду. Ни при каких обстоятельствах.

– Магией, – ровно сказала она.

Киприана подвела своего гнедого поближе к мышастому Дел.

– Магией? – переспросила она. – Магией? Как? Что ты будешь делать?

Адара откинула прядь волос с осунувшегося лица. Ее глаза необычно блестели: она знала ответ.

– Дел собирается использовать яватму.

Четыре пары глаз смотрели на меч. Поскольку меня Бореал не интересовала, я ее и раньше видел, я взглянул на наших спутников. Гаррод не скрывал испуга и видимо только сейчас понял, что Дел была тем, на что претендовала. Адара и ее дети жадно смотрели на меч, словно все они умирали от жажды, а меч мог спасти их.

Дел слезла с лошади.

– А вам бы лучше найти место, чтобы спрятаться, – посоветовала она. – Если у меня ничего не получится, может вы еще сумеете спастись.

Место, чтобы спрятаться. И где, интересно, мы его найдем? Ловушка напоминала каменный загон, а мы – перепуганное стадо.

Гаррод запрокинул голову и осмотрелся. Косы с бусинками покачивались, задевая круп серого.

– Здесь дыры, – сообщил он. – Много выступов, полок и трещин.

Я тоже поднял голову. Скалы, изогнувшиеся полукругом, чтобы поймать нас, были полны трещин и дыр. Может быть стены ловушки помогут нам спастись от гончих?

Вдалеке тявкали звери, прорываясь по узкому каньону. Я соскочил с жеребца и подошел к ближайшей скале. Солнце еще не поднялось над горизонтом, но с каждой минутой в ловушке становилось все светлее. Тени от камней ложились на поверхность скалы и растворялись в полутьме.

– Наверху есть большие трещины. Может попробуем до них добраться? – я методично искал подходящее место. – Массоу, иди сюда.

Мальчик подбежал, рассматривая обнаруженную мною щель.

– Слишком высоко, – сказал он.

– Дело только в этом, – согласился я. – Давай попробуем. Я подсажу.

Гаррод слез с лошади и начал собственный поиск, подвинув Адару и Киприану заняться тем же. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти выступ, на котором могли уместиться двое. Он подсадил девочку, потом Адару и посоветовал им не двигаться.

– А ты? – спросила Киприана. Ее голос многократно отразился от стен ловушки. Гаррод был польщен, хотя ответил достаточно равнодушно.

– Я останусь внизу, с лошадьми.

– Но если… эти твари прорвутся…

– Я останусь с лошадьми, – высокомерно повторил он. – Они испуганы, со мной им будет легче.

Я бросил на Северянина сардонический взгляд, пока подводил жеребца к стене и наматывал повод на выступ скалы.

– Будешь с ними разговаривать, Гаррод?

Он не обиделся.

– Ты же разговариваешь со своим жеребцом.

– Не в том смысле, – отметил я. – Я болтаю для себя. Он же меня не понимает.

Гаррод хмыкнул.

– Хочешь, чтобы я это выяснил?