Пиар
Шрифт:
– В отличие от тебя, опаздеха! – ухмыльнулся парень, подходя к ноутбуку и выключая музыку. Уже заиграли первые аккорды следующего трека.
– А я и не видела, как ты устроился, прикольно, – девушка меняла батильоны на кроссовки, извлеченные из пакета. – Мне послышалось или играл Топалов? Братик, ты головой не ударился?
На лице парня появилась ухмылка.
– Нет, это друг треки кинул и эту песню пихнул в шутку, но под нее как оказалось тоже можно классно танцевать, – он бросил на меня быстрый взгляд. – Ну, давайте очерчивать
– Для нас программа минимум, - заявила Алла, разминая шею, - главное не ударить в грязь лицом, на победу же мы не претендуем.
Я пожала плечами, надеяться на победу было бы глупо. Юра взглянул на меня, и его правая бровь изящно приподнялась в немом удивлении. Видимо, он не ожидал, что я не собираюсь бороться за победу.
– Неправильный у вас подход, – заметил парень. – Нужно всегда рваться к победе, только тогда выкладываешься на все двести процентов и не падаешь в грязь лицом.
– Слушай, нам морали не нужны! – отрезала Алла, подходя ко мне. – Лучше покажи новые движения.
– Ладно. Вы девочки взрослые, вот сами и принимайте решения.
Юра включил музыку, и мы начали разминку, после чего отработали несколько интересных движений и переходов. Для меня само понятие времени пропало, но как оказалось, мы провели в студии четыре часа. Первой опомнилась Алла, которой позвонила одна из подруг, она опаздывала на встречу с ней.
– Меня нет! – крикнула девушка, быстро переобуваясь и подхватив вещи. Убежала, оставив кроссовки здесь.
– Ну вот, опять мне ее шмотье подбирать, и домой тащить, - проворчал Юра. – Ты тоже можешь идти, потанцуем завтра.
Парень поднял с пола бутылку с водой и сделал несколько глотков, затем протянув ее мне.
– А ты домой? – я сделала маленький глоток. В теле была усталость, но это приятная усталость, от занятия, которое приносит истинное удовольствие.
– Нет. Я еще потанцую.
Права была Алла, когда говорила, что ее брат буквально живет в зале. Я думала, ее слова преувеличение, но не зря существует аксиома, что в каждой шутке есть доля правды.
– Тогда, можно я останусь?
– Я не выгоняю.
И мы снова включили музыку. Нет, не Влада Топалова.
После длительного перерыва такая нагрузка катастрофически сказалась на моем состоянии. Болели ноги и руки, немного поясница и, самое ужасное, нестерпимо клонило в сон. На парах я откровенно клевала носом и, наплевав на всё, на лекции у Аркадия Дмитриевича села на последней парте, спрятавшись за спинами однокурсников, и растянулась на гладкой поверхности. Глаза сами собой закрылись, и голос преподавателя стал убаюкивать.
– Эй, - шепнула мне Алла, сидевшая рядом, в отличие от меня девушка не казалась разбитым корытом, - почему раскисла? Что ночью делала?
– Спала, - одними губами шепнула я.
– Заметно, - фыркнула девушка. – А что это я тогда сейчас наблюдаю? Медитацию?
Я открыла глаза. Вот что значит подруга,
– Я еще осталась потанцевать, как-то мы увлеклись, в общем, тело ломит, и, похоже, я не выспалась.
Алла посмотрела на меня с недоумением.
– До такой степени? Постой, вы там что, до ночи танцевали?
Я смущенно пожала плечами. Время вновь сыграло с нами злую шутку, а если быть точной, то со мной. Похоже, для Юры времени вообще не существовало, по крайней мере, он не придавал ему такого значения, как это делала я.
– Время как-то само летело.
– Ну вы вообще…
– А он у тебя прикольный, - заметила я, - не понимаю, чем ты не довольна. Хорошо когда у человека есть дело, которым он занимается с любовью.
– Ну-ну, ты случаем не влюбилась?
– У тебя на все один вопрос, – проворчала я и, проигнорировав ее, вновь разлеглась на парте. Теперь хоть из пушек палите, но я высплюсь, потому что следующей парой будет Глеб Сергеевич, а там, на первой парте, хочешь, не хочешь, придется бодрствовать, слушать и самое страшное, понимать и запоминать, что он говорит.
Настроившись морально, но не физически я вошла в кабинет и села на первой парте, выпрямив спину и задумчиво глядя в тетрадь. Мужчина как назло говорил мерным негромким голосом. Все силы уходили на то, чтобы сидеть и изображать живой интерес, но как бы я честно не старалась понять смысла его слов, он ускользал куда-то за мое сознание. Не удержавшись, я зевнула.
– Орлова! – Глеб Сергеевич посмотрел на меня с недовольством. – Повторите, что я только что сказал!
Я вздрогнула, уловив свою фамилию.
– Ну…
– Я вижу, вы витаете в облаках, понимаю, это куда приятнее, чем учиться, но не могли бы вы спуститься к нам на землю?
– Постараюсь, – ответила я, недовольно посмотрев на мужчину.
– Премного благодарен. Итак…
Ну он и козел! Почему я все время становлюсь красной тряпкой для этого быка?
До конца пары я честно старалась больше не зевать, как бы челюсть не сводило от желания это сделать. Время тянулось ужасно медленно, в полную противоположность тем часам, что я проводила в танце.
С окончанием пары я резво поднялась на ноги, быстро закидывая вещи в сумку. Не успела я развернуться и сделать пары шагов к выходу, как меня окрикнули.
– Ольга Орлова! Задержитесь на минуточку!
Вздохнув, я развернулась и медленно подошла к его столу. Мои руки взметнулись вверх, складываясь на груди.
– Я уже знаю, доклад на тему занятия? – поинтересовалась устало, в уме прикидывая, сколько времени это у меня отнимет, и не опоздаю ли я на сегодняшнюю тренировку. В кабинете осталась одна Оксана, до неприличия долго копавшаяся в своей сумке. Вот кто бы не отказался от дополнительного задания от Глеба Сергеевича, но нет, этот «подарок» вновь достается мне.