Пиар
Шрифт:
Мы стояли у окна, дожидаясь, когда с обеда придет женщина из деканата, чтобы забрать ведомость по просьбе старосты.
– У вас с ним все в порядке?
Вот как было ответить на этот вопрос? Врать я, конечно же, не стала, а смысл? Это моя подруга, да и сестра Юры, уж она-то точно узнает не сегодня, завтра, правда вот задушевных разговоров я сейчас не хотела.
– Мы расстались.
Глаза девушки расширились.
– Как? И ты мне до сих пор ничего не сказала? Почему?
– Ну,… просто так вышло.
– Это все поди-ка
– Алла, не надо, - испуганно возразила я, а то ведь станется с девушки и правда пойдет к брату, а вина все же в большей мере лежит на мне, это же я брала, но не отдавала любовь. – Это моя вина.
– И что же ты такого сделала? – недоверчиво поинтересовалась она.
Разговор нейтрализовала появившаяся женщина из деканата и к моему ужасу в сопровождении Аркадия Дмитриевича.
Алла пошла к женщине, а я замерла на месте, не зная, что сделать. Однако мужчина, увидев меня, только кивнул, словно ничего и не было и, попрощавшись с коллегой, пошел дальше. Алла скользнула в кабинет, и коридор опустел, я пару секунд сомневалась, а затем все же кинулась следом за мужчиной.
– Аркадий Дмитриевич!
Он словно нехотя остановился, оборачиваясь.
– Да?
Я замялась, пытаясь подобрать более подходящие слова.
– Насчет вчерашнего…
– Забудьте, извините, но я тороплюсь.
И мужчина, развернувшись, быстрым шагом ушел. Я вернулась к окну, не зная, как это воспринимать. Хорош или плох его ответ? Что значит забудьте? И, черт возьми, получу ли я свой зачет.… Или он просто возьмет и выживет меня из университета. Вот что обычно происходит в подобных случаях? И самое плохое, узнать было неоткуда. Не пойду же я по душам болтать с какими-нибудь девчонками старшекурсницами, чтобы выяснить бывали ли подобные случаи с ними.
– Все отлично! Мы можем идти! – вернулась Алла, помахивая документами и запихивая их в сумку. – Эй, а ты что это погрустнела?
– Что? Нет, просто задумалась, ничего такого. Пошли…
– Слушай, - она подхватила меня под руку, придвигаясь ближе и чуть снижая тон, - если это из-за Юрки, то я помогу тебе это исправить.
– Нет, Алла, не надо ничего исправлять.
– Ну… ладно, я не буду лезть, как знаешь. Кстати, какие планы на новый год?
– Пока никаких.
– Отлично, обещай, что присоединишься ко мне.
– Надеюсь, не к тебе домой? Ты же сказала, что не будешь вмешиваться.
– Да не ко мне, пойдем в клуб! Будет весело! А потом прогуляемся по ночному празднующему городу.
– Хорошо, - ответила я скорее на автомате. Как ни крути, но моя голова была занята другим, и это были точно не мысли о предстоящем веселье.
Я почувствовала себя плохо, увидев вечером Юру. Он был грустным, хотя и не показывал этого, но его движения были рассеяны и смазаны и главное, он порой не сразу слышал, если его окрикивали, полностью растворяясь в музыке. Мне показалось, что
– Я думаю, нам нужно поменять расстановку, - неожиданно предложил он, прерываясь на середине танца и словно выныривая из танца.
– Что? – переспросил Глеб, так же останавливаясь.
– Ну не совсем поменять, - поправился тут же парень, все еще несколько рассеяно. Давайте попробуем все же оставить ее статичной. Без переходов и обменов своими местами. Так меньше хаоса,… а у нас, кажется, он начинает преобладать.
Юра отошел к стене и глотнул воды.
– Кстати, Лиза.
Глеб взял девушку за локоть и увлек в сторону, показывая ей что-то.
Оксана нетерпеливо переминалась на месте.
Кажется, у нас был не хаос,… нам просто не хватало сплоченности.
– Давайте еще пару движений выучим, я вчера придумал.
Юра включил новую музыку, выходя вперед. *21 Лиза и Глеб вернулись и мы, замерев, стали медленно разучивать за Юрой, повторяя движения.
Они были рваные, хип-хоповские.
Юра пропрыгал боком на одной ноге вперед, а затем развернулся на 180 градусов и вернулся на исходную уже более плавно, проведя ногой по паркету полукруг и положив свою руку на голову, словно придерживая кепку.
Мы все повторили за ним.
Мы выучили еще несколько комбинаций, а затем попробовали разучить новый элемент. Поскольку у нас не было матов, страховкой стали парни, Юра и Глеб.
Элемент состоял в том, чтобы слегка разбежавшись подпрыгнуть и сделать кувырок. Единственная из девушек, кто смог выполнить это сразу и без особых трудностей, это Лиза. А вот нам с Оксаной пришлось потрудиться.
Я долго оставалась в стороне, наблюдая, как девушка разбегается и прыгает. Каждый раз она падала в руки Глеба и Юры, страховавших ее.
Я подумала о том, что мне тоже вряд ли удастся сделать подобное с первой попытки, да и страшно было. Оксана сделала уже больше 15 попыток, когда у нее почти получилось.
– Ладно, хватит, ты уже устала, погоди пока. Ольга, иди сюда, – окрикнул меня Глеб, останавливая девушку.
– Ты должна достаточно сильно оттолкнуться ногами и… - начала мне объяснять, как и недавно Оксане, Лиза.
– Да, я поняла.
Я разбежалась и прыгнула, мое тело повернулось в воздухе, но явно недостаточно. Я испугалась, что сейчас ударюсь об пол, но сразу 4 руки подхватили меня, удерживая от удара.
– Слишком слабо и неуверенно, - заметил Юра.
Я вздохнула, отходя обратно, и попыталась собраться, но, видя перед собой обоих мужчин, работавших слаженно и только что державших меня в руках, это было сложно.
Я разбежалась и прыгнула, провернулась в воздухе, но снова вложила недостаточно силы. И снова руки поймали меня.
Я повторяла это раз за разом, и с каждым разом это словно было сложнее. Пожалуй, если были бы маты, это стало бы проще, а не тогда, когда тебя ловят руки настолько небезразличных мужчин.