Пиар

Сью Стейси

– Он ее не заставлял делать аборт, - ответила Алла, - мы не… просто все стараются об этом не говорить.

– А что тогда? Скажи мне. Я должна знать, хотя, кажется, это уже ничего не исправит.

– Ну.. он действительно дал ей деньги на аборт, но она не стала его делать, она… была им одержима и не хотела убивать ребенка. Лиза думала, что когда он его увидит, то так же поменяет свое мнение, что в нем проснется отец и он все же будет с ними.

– Хочешь сказать,… у нее есть ребенок?

С каждой секундой все становилось еще хуже, чем выглядело в начале.

– Не совсем…. Он…. Ну он стал заигрывать с новой студенткой, кода она была

месяце на третьем, то увидела его с другой. У нее была страшная истерика, она буквально билась, крушила все…. я не узнавала собственную сестру. Тогда я действительно поверила, что это не блажь, и она любит его. Но эта истерика не прошла просто так, ей стало плохо, и у нее случился выкидыш. Юра, он буквально выходил Лизу. Она приняла то, что Глеб полная скотина и вроде начала жить дальше, держалась от него подальше, поэтому Юра злится, что она снова старается держаться ближе. Она горит, что не в силах быть далеко, сейчас, когда снова может быть рядом.

– Это… ужасно, - выдохнула я, больше совсем не обижаясь на Лизу и ее поведение. Но Глеб, я вспомнила того холодного и отстраненного Глеба, которым он всегда был в самом начале нашего знакомства. Неужели я настолько погрязла в своих эмоциях и надела розовые очки, что считала, что он относится ко мне всерьез, а не как к остальным студенткам, с которыми он крутил романы. И хотя я не задумывалась на данный момент ни о чем серьезном, но я не хотела быть в статусе просто развлечения. Я хотела знать, что если случится непредвиденное, этот человек не уйдет и будет со мной рядом. Но про Глеба теперь я такое сказать не могла.

Дома я просто упала на кровать, подтянув к себе лекции, чтобы подготовиться к экзамену, но ничего не лезло в голову.

Телефон возвестил о пришедшем смс, сердце колотилось, пока я тянулась к телефону от мысли, что это был Глеб, но сообщение было от Юры.

«Мы проиграли. Ты пропала, все хорошо?»

Я совсем забыла об этом конкурсе, но сейчас даже расстроиться не могла из-за провала, потому что с трудом могла представить нас, тренирующихся дальше. Это было к лучшему. В первую очередь для сестры Юры.

«Я не знаю»

«Прости что сказал, мне не стоило лезть»

«Это правда, которую мне стоило знать»

Телефон молчал, Юра наверняка был расстроен из-за провала в этом конкурсе, ведь танец для него все. Ночь была бессонной, потому и утро не совсем приятным. Я чувствовала апатию, повторяя материал перед экзаменом, и … провалилась. Когда я вытянула билет, то уставилась на вопросы и поняла, что совсем ничего не помню, безуспешно просидев какое-то время над чистым листком я сдалась и оставив билет с вопросами на столе преподавателя ушла. Спускаясь по лестнице я подняла глаза и увидела застывшего внизу Глеба. Я продолжила спуск и остановилась внизу.

– Привет, я почти освободился, поедем ко мне? – предложил он так, словно ничего не произошло. И я поняла, что он хочет просто закрыть глаза на все произошедшее, но я… я так не могла.

– Я думаю, мне требуется время, чтобы переварить все, что я узнала, - ответила я правду.

– Хорошо, напиши мне, если захочешь встретиться.

Я кивнула и Глеб, обогнув меня начал подниматься на верхний этаж. Аллу я застала внизу, девушка сидела и дожидалась когда я выйду после экзамена.

– Ну как? – на лице девушки светилась улыбка, она-то сдала экзамен ан отлично.

– Я завалилась.

– Как так? – улыбка сползла с лица Аллы.

Я присела на скамью рядом с девушкой.

– Мысли не о том.

Алла

потянулась ко мне и без слов просто обняла, притягивая к себе, и утешала она меня явно не по той причине, что я завалила экзамен.

Оставшиеся экзамены с грехом пополам я сдала, на тройки, но один долг все же повис на мне. Я провела каникулы вдали от Глеба, хотя несколько раз порывалась позвонить ему или написать, но нерешительно откладывала телефон в сторону, потому что действительно не чувствовала что готова закрыть глаза на то, как он поступил с сестрою Юры. Если бы мужчина сам позвонил или навестил меня, возможно, мои сомнения и пошатнулись бы, но он молчал. Похоже, он правда уважал мое желание побыть одной. Новый семестр ворвался стремительно, я возвращалась в университет, не до конца уверенная в своем решении, но я собиралась найти сегодня Глеба и поговорить. Прошлое было прошлым и возможно, он тоже подумал и мы могли бы двинуться дальше, преодолев это. В расписании я нашла, что его занятие будет последним у старшего курса, на новых занятиях я преимущественно витала в облаках, изредка играя с Аллой в крестики нолики, слушать и запоминать мне совсем не хотелось. Я волновалась перед предстоящим разговором и его исходом, но в моем животе еще трепыхались бабочки, и уверенность моя возрастала, потому что я понимала, что хочу продолжения отношений с Глебом. Я скучала. Я хотела его увидеть и обнять.

К кабинету Глеба, куда он должен был направиться после пары, я приближалась уже с улыбкой на лице, зная. Что сейчас увижу мужчину, и даже не задумываясь о стуке, взялась за ручку двери и толкнула, дверь поддалась, а значит, мужчина был внутри.

Я вошла и застыла, увидев его у стола, мужчина был на ногах, его руки руки лежали на талии девушки, что стояла ко мне спиной и совершенно очевидно, что он целовал ее. Я застыла, отпуская дверь, которая со стуком закрылась. Девушка тут же отпрянула, оборачиваясь и увидев меня сверкнула злым взглядом, явно недовольная, что я их прервала ворвавшись без стука. А я… я была не просто недовольна, меня жгло столько чувств, что казалось, сердце действительно сейчас выжгут. Я ошибалась, когда считала, что понимаю Лизу, я и малой мере не могла представить ее чувств, и сейчас, я стала лишь на шаг ближе, чтобы понять это. Уходить я не собиралась. Слезы подступали к глазам, но я уверенно подошла к парочке и поставила свою сумку на стол.

– Оставь нас, пожалуйста, - попросил Глеб девушку, понимая, что я не уйду.

Та посмотрена на меня уже с опаской, но сцен устраивать не стала и направилась к выходу. Я молчала, хотя внутри меня все кричало, кричало от несправедливости и боли, которая наполняла от осознания предательства и того, какой же дуррой я была. Единственный из нас кто двигался дальше, был он, но двигался он отнюдь не со мной.

– А я ведь шла сказать, что соскучилась, - тихо выдавила я.

– Ты мне не звонила, - ответил Глеб, - пропала на три недели.

– Ну да… три недели достаточный срок, - кивнула я, - это хороший повод.

Я сама поражалась, тому какой спокойствие меня обуревало, я просто смотрела на него и видела в не мерзость, всю мерзость его натуры. Он пользовался своим положением, пользовался влюбленностью студенток, извлекал из этого то, что ему было нужно и двигался к следующей. Как я могла даже предполагать, что способна любить такого человека.

– Я думал, ты все для себя решила, - спокойствие мужчины ранило сильней, словно все чо произошло было нормой.