Пилот-девица
Шрифт:
Мебели в библиотеке не было сейчас вообще никакой, если не считать одного стула, который заботливая Александра заранее принесла для Василисы.
Контейнер с пленником стоял в центре библиотеки. Четырьмя цепями он был принайтован к скобам в переборках на тот случай, если авианосец начнет маневрировать с сильными перегрузками или, наоборот, дейнекс-камера выключится и наступит невесомость.
Едва за Василисой сошлись половинки переборочной гермодвери, угрюмый пленник, лежавший на полу контейнера, по-собачьи сел на задние
– Здравствуй, моя принцесса, – проговорил он приятным бархатным голосом. – Я скажу важное для меня. Потом отвечу на вопросы. Те вопросы, которые дали тебе офицеры.
"Принцесса" едва не села на пол от неожиданности. Инопланетная тварь говорила по-русски очень чисто. И очень спокойно.
Что-то изменилось. Неужели Чичин прав и василиск быстро обучается, подстраивается под ту среду, в которой очутился? И под те ожидания, которые есть у собеседника? Ведь "принцесса" – это из репертуара обольстителя Стаса!
– Хорошо, – вымолвила наконец Василиса, справившись с замешательством. – Говори.
– Ты должна помочь мне. Я должен вернуться на свою землю. Где рожден.
– На Наотар?
– Наотар, – эхом отозвался василиск. – Должен вернуться на Наотар.
Василиск говорил фразы вроде бы совершенно однозначные, не допускающие различных толкований. Но поскольку по-прежнему отсутствовали привычные для уха гуманоида интонации и акценты, понять тварь было непросто.
Что значит "должен"? Он хочет так, что спасу нет? Или ему в принципе хотелось бы? Должен потому что иначе случится нечто ужасное? Или должен самому себе, голосу своей совести? Или папе обещал? Или детям?
Что уж говорить о том "ты должна", которое относилось к Василисе!
– И как я могу тебе помочь? – спросила она равнодушно.
– Есть много путей... – василиск наклонился к бронестеклу, отделяющему его от собеседницы, и постарался задушевно понизить голос. – Вот один из них. Пройди к двери за твоей спиной и запри ее на ручной штурвал. Пройди к противоположной двери и запри ее на ручной штурвал. Затем вернись к моей тюрьме и отопри ее. Дальше я всё сделаю сам.
Василису услышанное огорошило. Он что ее, за идиотку держит?
Те же мысли возникли и у прослушивающих разговор офицеров.
– Эта гремучая смесь из прямодушия и коварства просто великолепна! – прозвучал в наушниках веселый голос Александры. – Он и впрямь уверен, что общается с Василисой один на один?
– Интересно, как по его мнению Василиса должна отпереть контейнер? – Чичин тоже веселился. – Если там два сейфовых колеса и десять цифр кода?
Василиск будто услышал Чичина.
– Но мою тюрьму ты открыть не сможешь. Нужен код. Ты его не знаешь. Что же, тогда просто... – василиск взял интригующую паузу и с удовольствием выдержал ее.
– Что? – сдалась Василиса. – Что просто?
– Просто запри обе двери, – сказал он. – Тебе бояться нечего. Я ведь не могу
– Не позволяй ему манипулировать собой, – потребовала Александра. – Категорически откажись.
Впрочем, Василиса подобные вещи понимала нутром и без подсказок.
– Этого не будет, – отрезала она, обращаясь к василиску.
Василиск не стал комментировать ее отказ. Он перешел сразу к следующему пункту программы.
– Есть много других способов, которыми ты можешь помочь мне. Но есть и способы, которыми я могу помочь тебе. Я знаю места, где лежат ценные вещи. Красивые камни. Сокровища. Ты только помоги мне попасть на Наотар. Тогда я скажу тебе, где спрятан клад. Там большие сокровища.
– Да чушь он мелет! Сокровища у него! – взорвался негодованием Чичин. – Вы что, не понимаете?! Это даже не фабулирующий ребенок! Это машина, уныло перебирающая комбинации! Авось пролезет! Потом василиск скажет, что он заколдованный принц! Что Василиса должна открыть контейнер и поцеловать его! Тогда он превратится в загорелого красавца на белом звездолете!
– На то похоже... – с неохотой согласилась Александра. – Можешь закругляться, Василиса.
Но про "красивые камни" девушке было как раз интересно! И она решила, что "закруглится" чуточку попозже.
– А давай наоборот, – предложила Василиса. – Ты мне скажи, где лежат сокровища. Я возьму их и пойму, что тебе можно верить. Тогда я помогу тебе.
Василиск почему-то решил не торговаться (не умел? его кибернетический суфлер просчитал вероятности и решил, что торговаться – неоптимально?). Ответ был неожиданно точным.
– Иди туда, что у вас называется Восточным Лабиринтом. Считай правые ответвления. Войди в шестое ответвление. Иди вперед, там будет озеро. На дне озера лежит клад.
Василиса даже не знала что ответить.
– Спасибо, – наконец сказала она, чтобы не молчать.
Внезапно вознес свой трубный глас корабельный ревун.
Твердый голос вахтенного офицера объявил:
– Внимание! Боевая тревога! Приближаются джипсы! Экипажу занять места по боевому расписанию!
Василису всё это не испугало и даже не взволновало. Авианосец "Иван Третий" представлялся ей надежным, как скала. Даже сам по себе. А уж в составе целого московитского флота!
Василиса уже запамятовала, что вчера их авианосец в сопровождении одного-единственного фрегата специально выставили на орбиту Ауруши, отделив от остальных сил.
Но вот Александра с Чичиным никак не запамятовали. Всполошились они оба не на шутку!
Под аккомпанемент ревуна они бегом ворвались в зал, где сравнительно мирно протекала единственная в своем роде беседа человека с василиском – каждый в сопровождении своих клевретов. С Александрой были осназовцы в черно-серых скафандрах, с Чичиным – осназовцы в темно-оливковых.