Шрифт:
Пролог
Не так давно в их классе появился новенький мальчик Даниил Одинец. Красивый брюнет с дивными васильковыми глазами, его манера держаться была слегка отчужденная, высказывания циничные, а улыбка… Впрочем, мало кто видел его улыбающимся. Он словно хранил тайные знания, осматривал некий внутренний горизонт, что не позволяло ему открыто держаться, по-дружески общаться, задерживаться после уроков и вообще вести нормальную жизнь.
Буквально с первого дня на новичка стали засматриваться все одноклассницы. Его это не интересовало,
Глава 1 И появились ОНИ!
Пелагея Данилова, не зная о том, что наслаждается последними минутами спокойной жизни, собиралась в школу. Она надела новую розовую кофточку, которая должна сразить наповал одноклассниц, уложила светлые волосы в красивые локоны, подкрасилась – родители уже давно разрешили ей пользоваться косметикой. Зеленые глаза теперь стали еще больше, во взгляде появилась таинственность, губы стали еще более пухлыми, и в них появился капризный изгиб. До конца спокойной жизни оставалось пятнадцать минут.
Пелагея дошла до школы, обнаружила, что охранник почему-то покинул свой пост, впрочем, ее это ничуть не беспокоило. Нарушать дисциплину она не собиралась, нападения не ожидала, поэтому, повесив в гардероб бежевое пальто, поднялась на третий этаж к кабинету физики. Она успела заметить в коридоре своих лучших подруг, и даже помахала рукой. Это был последний момент ее спокойной, прежней жизни.
Дверь кабинета физики раскрылась, и в коридор выглянуло нечто!
Пелагея дернулась, от страха даже не получилось крикнуть, крик застыл где-то на уровне голосовых связок и сдавил горло. Она судорожно открыла рот и сделала парочку глубоких вздохов, точно так же как несколько лет назад, когда она тонула в озере и сильно нахлебалась воды. Но здесь не было озера и не было воды, здесь было это! Пелагея набрала полную грудь воздуха, чтобы заорать. И тут кто-то сильно сжал ее локоть.
– Лучше молчи, – в самое ухо прошептал чей-то голос. – Дыши и молчи. Просто следи за своим дыханием.
– Это! Когти! Клыки…
– Просто поверь мне и дыши – вдох-выдох. И больше ничего. Вдох-выдох.
Пелагее потребовалось около десяти вдохов и столько же выдохов, чтобы остановить панику.
Дверь кабинета физики хлопнула, и за ней исчезло это жуткое существо.
Еще парочка вдохов-выдохов, и она осознала, что ее за руку держит тот самый новичок, Даниил Одинец. И не просто держит за руку, но еще и заслоняет собой.
– Ты видел?! Это! – Пелагея и сама удивилась, насколько у нее был плаксивый голос, не такой как всегда: уверенный и задиристый, а именно, плаксивый. Да она же не плакала с шести лет, парочка слезинок, чтобы выпросить у родителей новые шмотки не в счет.
– Видел! – Даниил не сводил с нее глаз.
– Это… Кто это был? Но почему тогда… – Пелагея огляделась. Все вокруг вели себя так, будто не произошло ничего особого. Старшеклассники блуждали по коридору, малышня с визгом проносилась у них под ногами, в двух шагах от Пелагеи и Данилы географичка громко отчитывала какого-то ученика. Будто никто ничего не заметил. Или никто действительно не видел ЭТО?
– Постарайся не завопить на всю школу, когда я отпущу твой локоть! – Даниил
Пелагея дернулась, словно лишившись поддержки. Пару секунд назад мерзкое существо в сером брючном костюме, в туфлях на высоких шпильках, только-только вошедших в моду в этом году, выглянуло сюда, в школьный коридор набитый ее одноклассниками и всякой мелюзгой. Оно взмахнуло рукой (рукой ли, кто знает, что там спрятано в серых рукавах костюма) и что-то прохрипело. Его покрытая шерстью морда была искажена в ядовитом оскале. С желтых клыков капала слюна. Его глаза, вдвое превосходящие человеческие по размерам, были начисто лишенные век и напоминали глаза стрекозы. Его раздувающиеся ноздри шумно вдыхали воздух.
– Туфли нашей училки, – пробормотала Пелагея, словно это утверждение могло опровергнуть все происходящее, – Марии Семеновны. Она ходит в таких.
– Да, – снова согласился Даниил. – Куплены в ближайшем универмаге.
– Что? – вскричала Пелагея, обрадовавшись возможности наконец-то крикнуть, выкинуть накопившиеся эмоции. – Какой универмаг! Что это было?
– Хочешь, чтобы оно вернулось? Не привлекай внимания, – ответил Даниил. Его голос оставался спокойным, но вот взгляд метался из стороны в сторону, словно сканируя коридор, рекреацию и лестничную площадку. – Видишь, на нас уже озираются.
Пелагея огляделась. Никому не было дела до них. Школьная мелюзга уже разбежалась по кабинетам, а одноклассники либо болтали, либо читали учебники, либо спешно списывали домашку. Лишь ее подружки Света Мельникова и Маша Красина накручивали на пальцы локоны и с нескрываемым любопытством пялились, как она болтает с красивым новичком.
– Почему все молчат? Неужели никто больше не видел это? – наконец спросила Пелагея, голос еще не был нормальным, но уже и не грозил сорваться в рыдание.
– Они видели Марию Семеновну. Так же как они ее видели всегда. Так же, как и ты видела ее раньше.
– Но почему тогда сейчас я видела этого монстра? Ты тоже? – Пелагея насторожилась. Если это жуткое существо и вправду было здесь, то его должны были видеть и все остальные. Или же она вдруг начала страдать галлюцинациями, чего, конечно же никак не могло случиться…
– Я тоже видел! – уверено заявил Даниил.
– Вот как! И почему же? – возникла спасительная мысль о дурацком розыгрыше. Даниил наверняка затаил на нее обиду, ведь это она прозвала его ледяным принцем, когда он отказался сесть за ее парту. Она с подругами парочку раз посмеялась над ним. И вот он попросил кого-то надеть маску и выглянуть из кабинета, чтобы выставить ее на посмешище.
И тут прозвенел звонок.
– Поля, идешь! – через настойчивую трель звонка пробился еще более настойчивый голос Светы Мельниковой.
– Не опаздывай!
Пелагея обернулась. По улыбкам на лицах и расширенным глазам обеих своих подруг она ясно прочитала желание еще до урока узнать, о чем же можно так долго разговаривать с ледяным принцем. Разумеется, она успеет им рассказать, как он задумал отыграться, а может даже успеет придумать, как отомстить ему.
– Иду! – ответила Пелагея, надеясь, что ее голос звучит достаточно бодро. Но смотрела она не на них, а на Даниила, пусть уж поймет, что игра закончена.