Пиромант. Том 5
Шрифт:
Многие маги сначала рисуют специальными манопроводящими чернилами узор на бумаге. Я сам до сих пор такой технологией пользуюсь, так как это гораздо проще, чем то, что творил в данный момент. Говорят, архимаги вполне способны создавать объекты-копии себя, выпуская сразу кинетику по узору, что у них в голове. Запредельный уровень мастерства, доступный единицам. Хотя, у таких богоподобных магов всё иначе… Ладно, рано о подобном думать.
Кинетический шарик моим зрителям понравился, а на вопрос Авера, адресованный брату, может ли он так сделать, тот отвернулся и заявил, что нам
— Куда? — чуть ли не хором ответили Авер и Райнес, уставившись на него.
— По делам. Ты идёшь или нет? — крикнул он мне уже находясь у входа.
Допив залпом оставшийся чай, закинул в рот конфету под недовольным взглядом ребёнка. Подмигнул ему и поспешил уйти: всё же Арлейн прав, не стоит опаздывать на встречу.
Глава 4
Эльфы по культуре своей болтливы и любопытны к незнакомцам. Как те бабки у подъезда; разве что не матеряться, но всё обо всех знают. Большинство достаточно легко поддерживало разговоры «ни о чём», в том числе работники общественных заведений. Между тем, это удивительным образом сочеталось с уважением к личному пространству.
Если клиент не хотел говорить, его никто не трогал. Капюшон, шарф и маска как раз были невербальными символами того, что эльф не хочет привлекать внимания. Некоторые жители спокойно ходили так по улицам и никто не считал это чем-то небычным. Зачем трогать тех, у кого нет настроения к беседе?
Мы с Арлейном вошли в гостиницу и тут же направились в сторону нужной комнаты. Улыбающийся работник слегка кивнул нам, как и мы, больше никто и слова не сказал.
Я постучал и дверь приоткрыл мужчина, так же прячущий лицо за шарфом. Собственно, это мне не помешало узнать его. Проём открылся шире и мы вошли.
— Раздевайтесь, — будничным тоном попросил Нарандил, стягивая с себя шарф и укладывая на одну из двух кроватей, что находились здесь. Там же лежала медицинская сумка, которую доктор всегда носил с собой.
Я так же опустил снуд и скинул капюшон, после чего повернулся к стоящему столбом Арлейну.
— Что? — недоумённо сказал тот в ответ на наши немые взгляды.
— Тебе же сказали, раздевайся, — шагнул я к нему и скинул капюшон. Тот попятился назад и отмахнулся от моей руки.
— Это ещё зачем? — злобно спросил он.
— Вы что, ему ничего не сказали?! — воскликнул Нарандил, уставившись на меня.
— Думал устроить сюрприз, — пожал я плечами с улыбкой на губах. — Арлейн, это доктор, имя которого тебе лучше не знать. И при следующей встрече желательно сделать вид, будто впервые его видишь. А теперь, раздевайся. Покажи все свои шрамы специалисту.
Парень злился, это было видно по взгляду и учащенному дыханию, ещё он сжал кулаки.
— Выйди.
— Что? — мои брови поползли вверх. — Ты меня стесняешься?
Парень смущённо отвёл взгляд.
— Ну ладно, ладно, — поднял я руки в примиряющем жесте и повернулся к Нарандилу. — По возможности можете исправить всё здесь. Мы с вами уже говорили, цена значения не имеет.
Мужчина кивнул, задумчиво смотря на меня, после чего я направился к двери. Остановился и надел личину, после чего повернулся и сказал:
—
Заказал себе клубничную воду с пузырями и достал книгу из сумки. Напиток был похож на дорогую газировку прошлого мира и мне очень понравился. Жаль, такое не подают в тавернах местных, там меню более приземлённое. Ну а я что, могу себе позволить не смотреть на цены.
Хорошо быть богатым. Я смаковал напиток и вспоминал те времена, когда волком смотрел на мороженное и шоколад, так как не мог себе подобного позволить. Мать пропивала почти все деньги и между тушкой курицы и чипсами с шоколадом я выбирал первое. Жарил, а потом прятал, чтобы на закуску левым гостям не пошло. Наличность вытаскивал из карманов спящих собутыльников родительницы, ну или у неё самой.
Это потом в интернате познакомился с Коляном и его гоп-компанией, начали появляться деньги на вкусняшки. Обычной едой то кормили в столовке. Несмотря на свои минусы, в этом заведении мне жилось лучше, хоть в то время и не хотел признавать этого. Врал сам себе, что вот завтра мать точно одумается и заберёт меня, вернётся прежняя счастливая жизнь, пусть и без отца.
Почему я врал сам себе? Почему не хотел признавать очевидного? Сейчас не мог ответить на этот вопрос. Лишь когда магия начала крушить всё вокруг, подчиняясь истинным чувствам, я скинул с себя эти оковы. Осознал, насколько проще жить, если не лгать самому себе.
Сейчас у меня совершенно иная жизнь, а мой единственный родитель — отец, а не мать. И он меня действительно любит. Нет, я не занял чужое место, мы честно поменялись жизнями. Ему лучше там, а мне здесь. Всё справедливо. К тому же, сам мир признал меня. Теперь я Адмир Даэрин с псевдонимом Ксандр Аиратэйлин. Имя отголосок прошлой жизни, а фамилия — зов будущей. Так величал себя учитель, Тайритрон Аиратэйлин, пусть я и понимал, что это вымысел, и при рождении он имел совсем другое имя. Сути это не меняло.
Когда позвал Рэй, тут же захлопнул книгу и покинул кафе. Толком и не читал, был погружён в воспоминания. И, чёрт побери, мне определённо нравилось то, кто я и где нахожусь.
Арлейн был одет и сидел на стуле в явной прострации. Учитывая чистое лицо, которое парень аккуратно массировал, я догадался, что его полностью исцелили.
— Смотрю, вы быстро управились, — немного удивлённым тоном озвучил я свои мысли.
— Да, всё оказалось не так плохо, — кивнул Нарандил. — Шрамы пусть и магические, но они не глубокие. К тому же, расположились пятнами, а не сплошным ковром, это также облегчило работу.
Я вспомнил, как это происходило со мной.
— Вы ведь ему… ну это… ножичком…
— Да, всё верно, — доктор перевёл взгляд на пациента. — Не пойму, то ли с препаратом переборщил, то ли он в шоковом состоянии от свалившегося счастья.
— Полагаю, второе, — улыбнулся я. — Он ведь уже успел смириться, что останется таким на всю жизнь.
— Что за глупости? — удивился доктор. — Через несколько лет мог ведь начать зарабатывать и хотя бы постепенно сводить.
— Поверьте мне на слово, — хмыкнул я. — Там всё очень не просто.