Пирсинг для ангела
Шрифт:
Если бы Рита не прочно сидела на стуле, она бы рухнула, честное слово. Ей, золотой медалистке, все время добросовестно выполняющей все задания, сказать, что она не только не «ах», а даже – «ноль»?!! От обиды Рита не могла произнести ни слова.
– Сударыня, я поясню…
– Да уж… то есть, хотелось бы услышать пояснения… Потому что, во-первых, мне нравится заниматься тем, чем я занимаюсь. Во-вторых, я стараюсь!.. И, конечно, в-третьих, ваше мнение – большого профессионала своего дела, для меня очень важно. Я не совсем понимаю… – У нее навернулись слезы
– Я тронут и конечно же поясню. Я бы мог ничего не говорить вам, Маргарита, а просто довести вас до последнего курса, дать диплом, понимая, что ничего выдающегося на поприще журналистики вы не достигнете. Но я этого не хочу, потому что вижу в вас совсем другой талант. Вы, Маргарита, будете очень неплохим писателем! У вас богатое воображение и свой собственный, интересный стиль, но он абсолютно не подходит для периодики. Что значит журналистская статья?
– Что? – Рита впала в шоковое состояние.
– Максимальное раскрытие темы кратким, информативным языком, без излишних описаний и ненужных, уводящих от сути отступлений. У вас получается как раз все наоборот. Например, что требуется сделать в задании по криминальному сюжету? Перечислить детали преступления, взять, по возможности, интервью у следователя. А что делаете вы? Рассказываете о том, кто во что одет, что могла думать погибшая, что ее могло привести к этому концу, в общем, пишете целый роман. Сударыня, журналисты так не пишут, так творят писатели, понимаете, к чему я? Послушайте, дорогая моя, меня, поверьте мне, вам надо стать писателем, а не журналистом…
Этот разговор перевернул всю жизнь Риты. Она как-то сразу поверила опыту и авторитету Георгия Ивановича. Это был как раз тот ключевой момент, который случается в судьбе почти у каждого человека, когда стоишь перед нелегким и подчас опасным выбором. Но выбирать надо…
– Что же мне делать? – шептала озадаченная Рита.
– Бросать институт не надо, перевестись в литературный вуз не удастся, да и придется начинать все заново, а это для вас непозволительная роскошь. Я так понимаю, что вы – не москвичка, и вам после окончания учебы придется сразу зарабатывать средства к существованию.
Рита кивнула.
– Так вот вам мой совет. Закончите этот институт и начинайте творить, то есть писать. Сейчас сплошь и рядом издают авторов, которые вообще не имеют никакого отношения к литературной профессии. А все-таки журналистское образование вам поможет, вот что я думаю… Попробуйте себя…
Рита до сих пор, а прошло долгих пятнадцать лет, помнила этот разговор со своим преподавателем. И была очень благодарна ему, потому что почти сразу написала несколько рассказов, и все они были хорошо восприняты критиками и напечатаны в молодежных журналах. Это не могло не окрылить молодого автора, и с тех пор Рита и начала свою творческую деятельность.
И вот сейчас она стала весьма успешным автором со средним достатком, обеспечивающим нормальный жизненный уровень, а главное, занималась любимым делом. А еще она иногда подрабатывала переводами литературы
Еще несколько языков Рита знала весьма сносно для общения и понимания, но, конечно, не на уровне синхронного перевода.
Жила она в двухкомнатной квартире в панельном доме и совсем недавно закончила выплачивать за нее ссуду, которую брала сроком на пять лет. У нее была машина, ярко-синяя «мазда», старая модель, зато в хорошем состоянии, и небольшой дачный участок не очень далеко от Москвы с полуразвалившимся домом.
По старым, советским понятиям у Риты было всё. Не было у нее только личной жизни, и, как считала ее подруга Люся, исключительно по собственной вине. Рита наотрез отказывалась вступать в краткосрочные отношения, мимолетные романы, а встретить своего принца ей пока не удавалось.
– А знаешь ли ты поговорку, что «под лежачий камень вода не течет»? – спрашивала ее Люся.
– Знаю, но я не лежу, я живу, работаю.
– А с мужиками что?
– А при чем тут мужики?
– Дурочкой не прикидывайся! Я понимаю, что ты натура чувствительная и описываешь в своих книгах дяденек с внешностью Аполлона, храбрым сердцем и порядочных до кончиков пальцев. Рита, спустись на землю! Ты не увлекайся фантазиями-то! Сказки для взрослых оставь в своих романах, а сама спустись на грешную землю. А на земле что? – спросила ее Люся и сама же ответила: – А ничего! Мужики пьют, гуляют, мало кто следит за своей внешностью, потому что, даже если они в самом разобранном состоянии, к ним выстраивается очередь.
– Что-то мне не хочется спускаться на землю, – честно ответила ей Рита. – И в очередях я стоять не люблю, я лучше уйду!
– Ну и дура!
– Я только это и слышу от тебя, а еще называешься подругой, – обиделась Маргарита.
– Я же не со зла! Кто тебя вразумит, как не подружка? Надо же бороться за свое счастье! Да, я знаю, что ты была влюблена в Серегу – нашего однокурсника, но он оказался женат, и ты не решилась завоевать его сердце. Я могу оценить этот поступок, хотя многие бы со мной поспорили и не отступили. Может, ты свой шанс упустила? А ведь у них со Светкой детей не было.
– Это ничего не меняло. У него была другая женщина, и он жил с ней, – поджала губы Рита, не любившая вспоминать о своем опыте безответной любви.
– Ну вот, что мне делать с тобой? В кого ты такая принципиальная? – по-матерински обняла ее Людмила. – Да полкурса твой Сережа любил и изменял со всеми за спиной Светки! Одна ты считала его эталоном порядочности и краснела в его присутствии. А заслуживал ли он такого обожания? Я понимаю, что, когда любишь, многого не замечаешь, но не до такой же степени? Настолько слепа? Ты же близорука, но не слепа! А как же твоя потрясающая интуиция?!