Пирсинг для ангела
Шрифт:
– Ну не друг, – пожала плечами Галя, – поклонник… Я была в Цюрихе на одной конференции, там и познакомились. Очень импозантный тип…
– И?
– Думаю… А пока только розы и конфеты. А что ты так смотришь на меня? Думаешь, только в двадцать лет жизнь? Небось, в свои тридцать с небольшим думаешь, что все? Вот, учись, пока жива! Ну, так давай о Марке.
– Давай! – слишком поспешно согласилась Рита.
– Из его личного дела было понятно, что мальчик склонен к творчеству, у него абсолютный слух и талант рисовальщика. Но мама видела мальчика ученым, и он им стал, самым молодым профессором в двадцать
– Маменькин сынок? – уточнила Рита.
– Как он мог отказаться от заботы и безграничной любви? Но в армии Марк отслужил, несмотря на активное сопротивление матери. А вот еще интересный факт из его биографии. Марк очень богат, он пишет сложные компьютерные программы для банков, частных фирм, что-то связанное с защитой от взлома и вирусов. Одна такая программа стоит бешеных денег, а уж с его-то мозгами ему не составляет никакого труда выполнить эту работу. У него своя фирма. Так что состояние Марка больше, чем ты можешь себе представить. При этом он живет достаточно скромно и, мне даже кажется, сам не знает, сколько у него денег на счетах. Он очень добрый и отзывчивый, помогает многим людям и учреждениям. Он действительно, Рита, совершенство, и надо быть полной дурой, чтобы упустить такой шанс! Другого такого не будет.
– Еще и богатый… – между тем ошарашенно протянула Рита. – Такого не бывает…
– Вот именно! А тебе повезло! Так действуй, а не дуйся!
– А ты откуда все это знаешь? Столько информации, и достаточно конфиденциальной, – спросила Рита.
– Эх, девочка! Тебе бы связи моего второго мужа! – махнула рукой Галина.
– Вкусный шоколад, – поблагодарила Рита.
– И не менее вкусный рассказ… – подмигнула ей Галина. – Так что, спокойной ночи… Хотя вряд ли ты уснешь, если за стенкой спит такой мужчина!
Рита забралась на верхнюю полку и с наслаждением вытянула ноги. Вагон мерно покачивался, колеса ритмично постукивали. В окне, из-за полуопущенной шторы, мелькали огни осветительных линий.
Рита закрыла глаза и стала думать о Марке. Она прикоснулась ладонями к прохладной стенке, словно пытаясь почувствовать его тепло. Так и провела она треть ночи в размышлениях, а потом ее, как и всех остальных пассажиров, подняли для прохождения границы. Затем Рита попыталась уснуть, ворочаясь и считая «белых овец». И только под утро она, сломленная и убаюканная стуком колес, отключилась. Очнулась Рита сама от какого-то внутреннего толчка и по свету, пробивающемуся из окна, поняла, что уже утро.
Голова болела от бессонной ночи и от выпитого с вечера спиртного. Вообще все тело ломило, словно ее побили. А ведь, чтобы умыться и попасть в туалет, надо было идти в конец
Но ее соседка спала, отвернувшись лицом к стенке. Рита аккуратно спустилась, чтобы ее не разбудить, и потянулась за чистым вафельным полотенцем, заткнутым за сетку. Оно шустро выскочило и упало прямо на столик, свалив посуду. Та с грохотом посыпалась на пол. Рита вздрогнула и прикусила губу. «Какая же я неаккуратная, так резко, по-свински разбужу человека».
Но Галина даже не пошевелилась. Рита сунула ноги в сабо и на цыпочках вышла из купе. У туалета действительно обозначилась очередь из заспанных, помятых людей в спортивной одежде с вытянутыми коленками. У всех через плечо были перекинуты одинаковые полотенца. Рита опять четко осознала: «А самолеты лучше!»
Она вздохнула и, вжав голову в плечи, поспешила в другой вагон, чтобы все-таки Марк не заметил ее в таком неприглядном виде. Там Рита отстояла положенную очередь, держась за стенку, в туалете сбрызнула лицо холодной водой, вместо массажа нежная кожа лица в это утро получила жесткое вафельное полотенце. Когда Рита подошла к своему купе, дорогу ей преградил прекрасно выглядевший Марк. «Он, видимо, не мучался бессонницей», – подумала Рита.
– Доброе утро, – поздоровалась она.
– Привет… Знаешь, пойдем погуляем? – предложил он ей, не сдвигаясь с места.
– Ты в своем уме? Куда мы пойдем гулять? Мы в поезде. Марк, отойди, я хочу попасть к себе! Меня что-то от этого хождения по коридору укачало. Галина уже встала?
– Нет… – как-то странно посмотрел на нее Марк.
– Пора будить.
– Она не проснется, – сообщил ей Марк, глядя в окно.
– В чем дело? – не поняла Рита. Вагон шатнуло в сторону, и она, не удержавшись, упала на широкую грудь Марка.
– Черт!
– Вот именно! Галя умерла, – сообщил Марк, а она решила, что у нее заложило уши из-за вечного стука колес и начались галлюцинации.
– Что?
– Галя умерла… – повторил Марк.
– Когда? – не понимала Рита.
– Я не знаю… Врач скажет когда… Похоже, что ночью.
– Почему умерла? От чего?!
– Я не знаю. Наверное, вскрытие покажет! Я направился с утра к вам, пожелать доброго утра и организовать кофе, как говорится, в постель. А мне навстречу вышел белый как мел проводник и сказал, чтобы я никого не пускал. Галина вчера вечером заходила к нему за чем-то…
– Мы пили чай… – подтвердила Рита, не узнавая своего голоса.
– Вот, она обронила у него что-то… Заколку какую-то, что ли… Он решил утром вернуть и застал Галю спящей.
– Ну да! Я тоже видела, что она спокойно спит, отвернувшись лицом к стене! – воскликнула Рита, которую начала сотрясать дрожь.
– Он тоже решил, что она спит… но ему что-то не понравилось… Как-то она лежала неестественно. Человек он бывалый, видел смерть в поезде, дотронулся до нее. А она как каменная… Сейчас там, в купе, проводник и врач, который оказался случайно в нашем вагоне.