Пища Мастеров
Шрифт:
– Раздвинь ноги перед ним, совсем раскройся, - Женя сказал мне.
– Не смей сжиматься.
Какая же ты дрянь, любимый!
Мне и вправду стоило усилий разжать ноги, и когда я это сделала, в этот самый момент, истерика подступила к горлу, но я ее подавила.
А мальчишка все ласкал меня между ног. У него были такие длинные гибкие пальцы, наверное, он музыкант. Впрочем, какая разница? Затем он наклонился, проблизил лицо и застонал от удовольствия, я позволила ему делать все, что он хотел, под напряженным Жениным взглядом я выгнулась
Мне надо было как-то прожить эти минуты. А Женя смотрел на меня, не отрываясь. Его охватило странное возбуждение и я не сводила глаз с него.
Наконец, мальчишка расстегнул джинсы.У него оказался довольно длинный красивый член и стоял как положено. Но оказалось, что он совершенно не умел им пользоваться! Он просто лежал сверху и ерзал по мне, его длинные светлые волосы щекотали мне лицо, матрас сполз в сторону и железные пружины больно впивались в спину.
Ну что ж, любимый, ты хотел спектакль, получай!
– Думаю, господин не будет возражать если ты подложишь мне подушку под попу,- сказала я мальчишке таким нежным голосом, на который только была способна.
«Господин» не возражал. Он даже сам, молча кивнув, бросил нам подушку.
Руслан подложил мне ее под попу, теперь он мог достать меня там, где мне нужно было. Я начала двигаться ему в такт, притворяясь, что меня охватило возбуждение, и даже успела издать несколько звуков свидетельствующих о том, что мне это вроде бы приятно, как он кончил, и встал с меня смущенный.
Ну? Все? Ты доволен? Ты его осчастливил достаточно? Он может идти? Руслан и так будет вспоминать до конца жизни как трахал меня, привязанную к кровати.
Но нет…
Женя отвязал мне руки.
– Ты стань на колени,- это он мне сказал, а ты- кивок Руслану,- подойди сюда.
С кем я связалась, дура этакая? Кого я возвела на пьедестал?
И я, стоя на коленях, ласкала и целовала член незнакомого мальчишки, но глядя при этом Жене прямо в глаза.
У Руслана опять начал подниматься.
Время от времени я отводила глаза от Жени и улыбалась Руслану как можно обворожительней.
Я полностью отдавала себе отчет в том, что происходит. Я делала вид, что наслаждаюсь процессом, но на самом деле, не чувствовал ничего кроме возмущения и желания причинить тебе боль, любимый. Видишь, как ему сейчас классно, лучше, чем тебе бывало когда либо, смотри же, гад!
На тебе, получай!
Мне хорошо и без тебя!
Нам хорошо!
С ним!
А я так и знала, что Женя не выдержит!
– Довольно! Все! Перестань. Иди ко мне!
– Почему, господин? Я же еще не все сделала, только прикажи, и я сяду сверху на него, прошу тебя, позволь мне.
– Я сказал - иди сюда! Я - твой господин, и ты будешь у меня на том болту крутиться, на каком прикажу!
И брюки расстегнул.
Ишь как в роль вошел, гад!
Но только Женя коснулся меня- я изошла криком, я билась под ним, кричала, мотала головой, я искусала свои губы, я стонала от восторга и наслаждения. Я растаяла, растворилась
Когда за Русланом закрылась дверь, я дала волю слезам.
– Убирайся, гад! Сейчас же убирайся! Видеть тебя не могу!
Я сидела на полу, зареванная, завернувшись в простыню.
Ишь что удумал! И как же это я не обратила внимания на демонический блеск в его глазах, когда он утром говорил со мной, и когда вернулся с покупками.
– Показуху решил устроить перед мальчиком? Да? Гнида паршивая!
– Ну и лексикон у вас, магистров наук.
Он стоял со стаканом воды в руках и протягивал мне, а когда я оттолкнула его руку, попытался обрызгать меня водой, чтобы успокоить.
– Пошел вон, сволочь, от меня! Только попробуй подойти ближе- увидишь что будет!
– Все! Не реви!
– За что? Почему?
– Ты же сама просилась вчера как сучка последняя, ты хотела чтобы тебя отымели публично, у всех на глазах, а зрители чтобы от зависти с ума сошли, вот я и сделал это для тебя, ты все получила, что хотела, выпустила демонов наружу, узнала как это, но … под моим присмотром и в безопасном месте, как я и обещал. Теперь можно успокоиться.
Он опять протянул мне стакан воды. Я взяла стакан из его рук, и он еле успел увернуться, - стакан, минуя его голову, шмякнулся о стенку и разбился вдребезги.
Он спокойно пошел на кухню за веником и совком, подмел осколки как ни в чем не бывало, продолжая говорить:
– Как бы там ни было, а мы с тобой - вместе сюда попали и вместе будет все это переживать, так что лучше давай спокойно поговорим, ну посмотри на меня, я сейчас такое понял как сильно я люблю тебя, а то, что у тебя были другие мужчины - для меня больше не имеет значения. И вот еще что: важно, не кто втыкает, а кому ты в глаза сама смотришь при этом. И ты сама это сейчас поняла.
И он же, мальчик этот, Руслан,- не человек вовсе в этой ситуации, а инструмент, разве ты не поняла?
– А вот теперь ты можешь сам разбираться с тем, что ты понял, но уже без меня, я тебе этого никогда не прощу. Я больше не хочу здесь быть!
***
В реале сижу у себя в спальне, заплканная. Боже мой, до чего я докатилась? Куда меня все это завело? Монитор мерцает, все спят…только кот Феншуй сигает туда- сюда. Это реал чистой воды, больше нет ничего, и не было и не надо. Был сон, сначала приятный и волшебный, сменившийся кошмаром и я постаралась проснуться. И это все. Здесь два часа ночи, мне вставать на работу в пол-седьмого. Я успокоюсь и забуду обо всем и поделом мне, дуре, нету ее… нету любви никакой, не бывает… не хочу… Кто это меня предупреждал, что казадоры- ужасные люди?