Письма (1876)
Шрифт:
Я всё хвораю, хворала и Анна Григорьевна. Очень захватило грудь у меня, а теперь привязалась, лихорадка, и я на лекарстве сижу дома и пишу и днем и ночью, нередко в жестоком ознобе. Боюсь, что придется прекратить работу. Да и, кроме того, были кое-какие неприятности.
Итак, до свидания, дай об себе знать.
Твой брат Ф. Достоевский.
648. M. A. АЛЕКСАНДРОВУ
28 сентября 1876. Петербург
28 сентября.
Многоуважаемый Михаил Александрович,
Посылаю Вам всё, тут конец. Довольно ли для 1 1/2
Ваш весь Ф. Достоевский.
649. M. П. НАДЕИНУ
16 октября 1876. Петербург
16 октября/76.
Многоуважаемый Митрофан Петрович,
Прошлого года Базунов, перед самой своей внезапной поездкой за границу, даже, может быть, накануне поездки, нашел нужным, однако, расплатиться со мной и выдал мне все сполна, накопившиеся у него подписные деньги за "Дневник". Я полагаю, он руководствовался всё тем же, неминуемым в сем случае соображением, что мне не отдать всех грешнее, что тут значит взять последнее у того, который в 54 года от роду всё еще живет тягчайшим литературным трудом, работает по ночам, к сроку, несмотря на свои две большие болезни... Не говорю уже о том, что и деньги-то эти не "счеты или расчеты" какие-нибудь, а просто подписные, за издания, которые прежде книгопродавцы и не слышно было, чтоб удерживали в свою пользу, и на что мода только лишь недавно завелась.
Там по счету 330 р., и я вполне уверен, что сосчитано верно, по крайней мере, как бы ни проверять эти 330 р., все-таки проверка не коснулась бы более как каких-нибудь нескольких рублей. Триста-то уже бесспорны. Из них мне кто-то выдал из магазина 5 дней тому 50 р. Если по стольку будут выдавать (да и будут ли?), то когда же я получу? А между тем, сами знаете, теперь для всякого издания самое наитруднейшее время.
Не можете ли, Митрофан Петрович, сказать что-нибудь и при этом сделать что-нибудь посущественнее, чем 50 р.? Да и тяжело и неприлично мне ходить теперь в магазин за деньгами. Вникните в мою просьбу, очень прошу Вас. Если б было не дозарезу, не стал бы Вас беспокоить.
А главное, надо что-нибудь наверно, просто успокоительных фраз лучше и не произносить. Во всяком случае крепко жму Вашу руку и желаю Вам искренно всего лучшего.
Ваш весь Ф. Достоевский.
Р. S. Не сочтите это письмо в какую-нибудь дурную сторону. Я Вас, как человека, всегда отличу от какого-нибудь неудавшегося расчета или непредвиденного несчастья.
650. H. П. ВАГНЕРУ
24 октября 1876. Петербург
24 окт./76.
Многоуважаемый Николай Петрович,
Непременно постараюсь отвести требуемые полстранички, а Вас поздравляю с предприятием. Простите, что до сих пор те зашел к Вам: очень было много со мной разных обстоятельств. До 31-го числа буду день и ночь в работе, но Вы мне не помешаете. Милости просим, как Вам только угодно. Анна Григорьевна Вам кланяется. Мое глубокое почтение Вашей супруге.
Весь Ваш (1)
Р. S. По ошибке начал письмо не с той страницы, проглядел. Извините.
(1) подпись на письме вырезана
651. M. A. АЛЕКСАНДРОВУ
27 октября 1876. Петербург
27 (1)
Многоуважаемый Михаил Александрович,
Вчера я ошибся: "Глава первая" была Вам вчера доставлена не вся. Есть еще 4 отдел, который теперь и посылаю, а вместе с тем и начало "Главы второй". Всё же посылаю теперь три листка, от 18 до 23 полулистка включительно.
Ваш весь Ф. Достоевский.
(1) было: 26
652. M. A. АЛЕКСАНДРОВУ
28 октября 1876. Петербург
28 октября.
Многоуважаемый Михаил Александрович,
Мне пришлось в корректуре выбросить сряду почти весь столбец (1) (выброшенное войдет потом в конец "Главы второй", еще не дописанной) и многое перемарать и пересочинить в других местах. Само собою, это разрушит Ваш первый лист и, кроме того, придется, может быть, еще к цензору. Но что делать, так должно быть.
Посылаю, во-1-х, продолжение "Главы второй"), (2) от 24 до 27 полулистка включительно (NВ. Выписку из "Москов<ских> ведомостей") прошу сделать непременно петитом) и, во-2-х, то объявление Вагнера об издании его журнала "Свет" и которое войдет под конец в объявления, на последних страницах. Это (3) объявление должно непременно быть напечатано. Пожалуйста, подберите и шрифт, как пригодно будет к смыслу строк объявлений.
Задаю я Вам, однако, хлопот.
Ваш Достоевский.
(1) было: две стр<аницы>
(2) было начато: 2-ой
(3) было начато: Пожал<уйста>
653. M. A. АЛЕКСАНДРОВУ
28 октября 1876. Петербург
Люб<езный> Михаил Александрович, посылаю Вам главу третью. Две вырезки из газет, № 1-й и 2-й, сделайте петитом в отмеченных мною местах. Завтра кончу всё, а 29-го утром получите. Странно, что у Вас приходят за корректурами и статьями в полдень. У меня с 8-ми утра готово.
Если можете, зайдите завтра. Очень бы надо знать, сколько еще писать.
Ваш весь Ф. Достоевский.
28 октября.
654. M. A. АЛЕКСАНДРОВУ
30 октября 1876. Петербург
30 окт<ября>.
Многоуважаемый Михаил Александрович,
Посылаю Вам окончание от 36 до 38 включительно. Кажется, довольно. Боюсь, чтоб не было еще с лишком.
В самом конце я прибавил p<ost> scriptum. Прошу Вас очень, прочтите его внимательно. Это корректурные ошибки, страшно важные, особенно первая, где удержано не вместо но и искажающая вполне смысл. Не понимаю, как эти ошибки удержались, я слишком помню, как поправил в корректуре. В этом № страшно много ошибок.
Особенная просьба моя та: справьтесь сами (1): выправлено ли это не? (Может быть, я получил от Вас вчера какой-нибудь не тот оттиск 1-го листа.) И если не выправлено, то мой p<ost> scriptum непременно напечатайте. А если выправлено, то, разумеется, отбросьте post scriptum.
Ради бога, сделайте это.
Ваш весь Ф. Достоевский.
(1) далее было начато: пож<алуйста>
655. H. M. ДОСТОЕВСКОМУ
1 ноября 1876. Петербург