Письма Ефимову
Шрифт:
Мы теперь, не смейтесь, герои и звезды русской колонии Нью-Йорка. Люди бег конца останавливают на улице. Завтра идем на «Голос Америки».
Спасибо за адреса.
Сестра Максимова звонила, подписалась.
Блок «Ардиса» в 4-м номере.
Мы выписали себе зарплату. Пока — 125 долл. в неделю.
Игорь! Ужасно, что не доходят вызовы. Шарымова говорит, что у нее есть каналы. Напишите ей сами. Для удовлетворения ее снобизма. Тогда она постарается.
Напишите Перельману. Он нескольким людям помог. (Хоть они говно.)
Вот один адрес: Mr. M.Zaichic, […], Jerusalem, ISRAEL.
Это
«Сергей когда-то показывал мне вашу прозу». И т. д. Простите за цинизм. Могу и я написать. Но Ваше письмо будет эффективнее.
Все три поправки в «Карла» внес. Мы готовим вам деловое письмо. Будем, если согласитесь, делать магазин «Ардиса» на Юнион-сквер, 1. Это хорошее место. Здесь выступал Троцкий.
Газету рассылаю друзьям. Но медленно. Это тоже не продумано — увы! Она довольно серая. Успех ее — загадка. Может, дело в тоне… Или в постыдном уровне «НРС».
Седых и Вайнберг действуют подло и грязно. Т. е. действует Валера. При элегантном невмешательстве Седыха. Мы очень сопротивляемся. В критическом случае наш менеджер Джо Рандаза, итальянец, обещал застрелить Вайнберга. Угроза эта реальна.
На курсы продолжаю ходить. Там успокаиваются нервы. Мать здорова.
Катя изучает в школе предмет — «Сексуальная жизнь». Недавно принесла рисунок цветными фломастерами. Изображен хрен, с подробностями внутри, даже мне неведомыми.
В библиотеки газету рассылать собираемся. Со второго номера. Т. е. два номера сразу.
Обнимаю вас. Приезжайте. Извините за стилистику спертого дыхания.
Ваш непьющий приятель
С.Д.
P.S. Приезжал Успенский. Выглядит хорошо. Говорит, завел себе американку.
Приехал Бобышев с малознакомой (ему) женой. Очень недобрый.
Как бы Вас повидать? С.
Довлатов — Ефимову
Февраль 1980 года
Дорогой Игорь!
Как второй номер? Получили? Вроде бы, лучше первого?
В третьем — полоса «Ардиса». Сразу же вышлю. Покажите ее Карлу. С такими комментариями.
1. Подобная реклама в «НРС» стоит 600, если не больше. Пусть заплатит нам двести.
2. Если не захочет, пусть вышлет книг на эту сумму, демократических и общеизвестных, со скидкой 40 %, как для Кухарца.
3. Если и этого не захочет, пусть вышлет мне в долг 15 английских тонких и 35 тонких же русских невидимых книг. Я их в минуту продам. (Хотелось бы тоже получить их со скидкой.) Расписку немедленно вышлю. Срок — месяца два.
Пусть Карл учтет такие соображения:
1. Я уполномочен вести любые деловые интриги от корпорации.
2. Наш тираж (второго номера) — 12 000. То есть охвачен практически весь русский Нью-Йорк. Около тысячи рассылаем в другие города.
3. Наша газета нравится третьим эмигрантам. И качество ее
4. Поляк готовит деловое письмо Карлу. Будем торговать вашими книгами.
5. Отчего вы не прореагировали на сообщение о том, что меня печатает «Нью-Йоркер»? Прилагаю копию их письма. Оригинал висит на стене под стеклом. Покажите ее Карлу. Чтобы он слегка меня зауважал. Если он не захочет с нами дружить и отклонит наши предложения, строгий немецкий Бог его покарает.
Я получил 1 000 долларов аванса из «Нью-Йоркера», впервые в жизни сам купил себе одежду необычайно фраерского пошиба. Хотел даже купить перстень, но Лена пригрозила разводом.
Сегодня в Австрию прилетает (?!) мой папаша.
Предприняли ли Вы что-то с вызовом для матери? Хотите, я напишу Сотниковой или Зайчику? Или пойду в Хиас? У нас с ним дружба на почве газеты.
Всех обнимаю.
Практичный и зажиточный
Довлатов
Довлатов — Ефимову
10 марта 1980 года
Дорогой Игорь!
Я обнаружил в редакц. папках материал про Сокирко. Ни конверта, ни сопроводиловки. Ребята спрашивают, было ли это напечатано? Или Вы набрали просто так, для удобства?..
В след. раз посылайте на мой адрес. Или рассердились, что я не встретился с Карлом? Тут наша вина — 50 на 50.
Дальше. У меня иссякли «Невидимые книги», и русские, и английские. Надеюсь, у вас там есть? В ближайшие дни пошлю money-order или чек. Тут как раз завязываются отношения, и надо дарить…
В четверг приедет барышня, которая что-то сочиняет для «Нью-Йорк тайме». Это Карл ей меня рекомендовал. Будет что-то спрашивать о писательских грантах. Я скажу про Алешковского, про Вас и про Люду. По Люду — не искренне. Но уж очень она теперь самолюбивая. Литература ее совершенно преобразила. Тем более, что Гена Шмаков, человек сложный и даже педераст, лжет ей, что у нее гофманианская манера.
И еще я буду снова выступать по «Голосу». И снова Вас хвалить и уважать.
У нас по соседству живет Дима Бобышев с женой-американкой. Он стал добрее и терпимее. Только антисемитизма сдержать не может. Но тут я его понимаю. В здешней среде это трудно.
Обнимаю Вас. Не сердитесь.
Мой папаша в Риме. Это чревато для меня большими расходами. Как с вызовом для мамы?
Ваш С.Д.
Довлатов — Ефимову
15 марта 1980 года
Дорогой Игорь!
1. С Карлом произошло вот что. Он назначил встречу. Я всех собрал. Все пришли. Хотели торговать, дружить и чокаться. Карл позвонил, что не может. Договорились на следующий день. Кажется, он снова не пришел. Хотя это было уже не важно. Поскольку я внезапно загудел. Я очухался через неделю, пгоклятье! — как выразился бы Соснора. Не сердитесь. Пакетик у меня. Хотите, вышлю его, застраховав?