Письма судьбы
Шрифт:
– Теперь вы, Владимир Николаевич, перечислите деньги на операцию? – спросила Голубцова, смотря на Кадина с надеждой.
– Мой адвокат, уже всё сделал. Сейчас ищем транспорт, чтобы перевезти ребёнка, - ответил Шишкан, погладив девушку по волосам и вдыхая её запах, от которого его сводило сума, вызывая желания накинуться на Валерию прямо здесь, в палате. Но он смог себя сдержать, уговаривая, что ждать осталось совсем немного, и девушка будет принадлежать ему.
Довольный Владимир вышил в коридор, к нему подошёл озадаченный и взволнованный врач.
– Владимир
– Да, конечно, - задумчиво произнёс Кадин. – Я…
У него в кармане завибрировал телефон, который отвлёк от разговора. Взглянув на дисплей, он отошёл в сторону и ответил на мобильный:
– Да.
Звонил Леший:
– Шишкан, дела плохи! – взволновано сказал Лешинский.
– Что опять не так? Тебе, ничего доверить нельзя! Ты, даже с таким простым заданием справиться не можешь! – злобно проговорил Владимир.
– Не получилось замочить нашего Зверя, и места хранения денег, он не сказал. Вычислил нашего «суку», - нервно ответил Леший.
– Меня, это мало касается! Ты, проморгал бабки, вот и ищи их! – раздражённо приказал, пахан и злобно сжал телефон, до хруста. Экран мобилы треснул, он кинул его об стенку. Телефон разлетелся на части. Вот и решил Зверь участь своего сына! Шишкан, подошёл в плотную к доктору.
– Профессор, операции не будет! – Владимир достал из кармана портмоне и вытащил от туда пятитысячные купюры. Пять таких бумажек перекочевали к врачу в карман. – Это вам, за хлопоты! Я, надеюсь, Валерия Валентиновна об этом не узнает!
– Но, что мне ей говорить? – взволновано прошептала доктор, руку грели уже ставшие его, деньги, он даже в уме их распределил, на что потратить.
– Скажите, что пока не удалось договориться с клиникой, нет мест или нелётная погода, для ребёнка может быть опасно!
– Да, да! Конечно! Я, всё понял!
Лера ни на минуту не отходила от палаты, где в инкубаторе, лежал её малыш. Ему постоянно ставили капельницы, все ножки и ручки исколоты. Было страшно наблюдать, как из маленького тельца уходит жизнь и ты, не в силах ничем, ему помочь. Маленький ангел умирал на её руках.
Валерия постоянно спрашивала у доктора, когда же наконец Ванюшу повезут на операцию, но врач каждый раз говорил, что не удалось договориться с больницей, мол нет мест и надо немного подождать.
– Ну, что вы так расстраиваетесь, Валерия Валентиновна, у нас ещё куча времени. Ваш, мальчик, чувствует себя нормально. Наберитесь терпения.
Лера чувствовала, что ей врут, материнское сердце обмануть нельзя, малышу становиться хуже с каждым днём.
– Что же делать? – шептала она, гладя кювет, под которым лежал Ваня.
Малыш смотрел открытыми глазами и словно просил:
– Мама, помоги, спаси меня!
Проплакав всю ночь, только под утро, девушки удалось уснуть, она проспала до двенадцати часов. Проснувшись сразу же пошла к сыну, но кювет был пуст.
– Нет…! – раздался Лерин вопль, терзающий душу.
– Валерия, не надо! Успокойся! –
– Вы, не понимаете! После операции, у него был шанс выжить! – рыдая, прошептала Голубцова. – Этот малыш всё, что у меня осталось! Зачем теперь жить? Не хочу!
– Подумай об отце, - встряхнув девушку, сказал Владимир.
– Отстаньте от меня! – ответила она, вырвавшись из рук пахана, и сделав несколько шагов, упала на пол без чувств.
В день похорон было холодно, как тогда, когда родился Ванечка. У могилы стояли трое – Лера, Кадин и Галя. Валерия очень тяжело переносила смерть сына, в ней как будто бы, что – то оборвалось. Если бы не успокоительные, то неизвестно, что с не стало. Шишкан старался не на минуту не оставлять её одну, в нём боролись две сущности – одна говорила, что он сделал всё правильно, а вторая видя как убивается и страдает любимая девушка хотела повернуть время назад и изменить, исправить ошибки прошлого.
Валерия попросила оставить её одну, она хотела попрощаться с сыном. Дождавшись пока все уйдут, девушка легла на могилу, и заплакала.
– Мой милый сынок! Зачем, меня покинул? – плакала Лера, поглаживая землю, не замечая холода.
– С тех пор как ты, умер, жизнь моя остановилась! Её просто не стало! Душа разрывается на части. Разумом понимаю, что надо жить дальше, а сердцем нет. Моя жизнь ушла вмести с тобой. Как будто от сердца оторвали частичку. Знаю что там на небесах, ты стал ангелочком. Прости, за то что не уберегла, за мои слёзы. Когда мама плачет - ребёнок чувствует её боль даже там, в другом мире. Буду стараться больше не плакать. Обещаю тебе! Ты – самое лучшее в моей жизни. Я, ТЕБЯ, ВСЕГДА БУДУ ЛЮБИТЬ! – прошептала девушка.
Подойдя к чёрному лимузину, Лера обернулась к Кадину.
– Владимир Николаевич, я вам за всё очень благодарна и понимаю, что квартира больше не моя, но и вашим гостеприимством пользоваться больше не могу. Я, хочу начать всё сначала и сама.
– Лера, ты можешь оставаться и жить в квартире сколько хочешь. А деньги у тебя на карточки лежат в целости и сохранности. Так что в любой момент, можешь купить себе другую квартиру. Не спиши, подумай, - попросил Владимир, надеясь, что рано или поздно девушка одумается и примет его предложение, а пока он трогать её не будет, пускай приходит в себя от потрясений!
– Спасибо! Вы, очень добрый человек. Я, с вашего позволения ещё немного поживу там, - ответила она, садясь в машину.
Денис уже несколько месяцев находился в состоянии пофигизма, ему было совершенно наплевать на свою жизнь. Пять покушения за один год, не много ли для одного человека? Когда удалось избежать последнего, блатной* ехидно улыбаясь, заметил:
– Зверь, за что тебя так невзлюбил Шишкан?
– Только не говори, что ещё не получил маляву от Питерских! – равнодушно бросил Дэн, лежа на нарах, закинув руки за голову.