Письма судьбы

Рой Хелен

– Значит, никаких обид и разочарований? – удивлённо спросил он, насторожившись.

– Конечно, - беззаботно согласилась Лера, сдерживая рвущиеся наружу слёзы. – О чём разговор? У тебя всё?

– Да. Твоя фирма остаётся тебе. Я, на неё не претендую. Долги перед банком все погашены, - Дэн кинул на пол сигарету и вновь пристально глянул на девушку.

– Спасибо, но я всё отдам! – вставая, ответила Валерия, подойдя к дверям, грустно посмотрела на мужчину, которого безумно любила, обернулась и вышла из кабинета.

– Чёрт!

Разозлившись, Зверев со всей силы швырнул стул об стенку, тот с грохотом разлетелся

на части.

Лера стояла, прижавшись к дверям, вытирая слезы, сердце разрывалось на части. Вздрогнула от шума, донёсшегося из кабинета, и словно очнувшись на изгибаемых ногах, поднялась к себе в комнату. Ей надо было подумать как жить дальше. Одно, Голубцова для себя решила точно, она будет бороться за любовь Дениса…

ГЛАВА 9.

Прошёл месяц со дня смерти Кадина. Лера и Галя подписали документы передавая все права Денису, на фирму и дом. Всё постепенно налаживалось, но в коттедже постоянно стояла угнетающая обстановка. Галя постоянно где-то пропадала, появляясь лишь поздно ночью в наркотическом опьянение. Дэна, Валерия видела постоянно, они не разговаривали, лишь кидали друг на друга изучающие взгляды, от всего этого девушке не хотелось возвращаться с работы домой, поэтому как можно больше она старалась загрузиться работой.

Декабрь выдался необычайно холодным, город словно парализовала из – за аномальных морозов большинство машин не заводилось и они превращались, в сугробы усыпанные снегом. Снегоуборочная техника не справлялась с выпавшими осадками, днём немного теплело, и снег падал на землю хлопьями, а к вечеру опять термометр опускался вниз.

Вот и сегодня когда, прозвенел будильник, оповещая Валерию, что пора вставать и ехать на работу, ей ужасно не хотелось вылезать из тёплого, уютного мирка под одеялом в холодную пустоту дома и идти на улицу на мороз. Сосчитав до десяти, медленно, нехотя поднялась, пошла на кухню, сварить кофе, к своему удивлению застала там Галю, ведь раньше двенадцати она не вставала.

– Привет, подруга, - ставя чашку на стол, сказала Кадина.

– Ты, чего в такую рань? – удивлённо спросила Лера, наливая себе кофе и садясь рядом с ней.

– На работу еду! – восторженно констатировала она, поправляя светлую прядь выбившеюся из причёски. – И не смотри так удивлённо! Тех подачек, которые даёт Зверь мне не хватает.

– Нечего себе «подачки»! Галюша, нормальные люди на эти деньги умудряются год прожить, а тебе их переводят на карточку ежемесячно! – возмутилась Валерия, допивая кофе.

– Это нормальные люди, а мне не хватает! Люблю всё самое лучшее!

– И где работать будешь?

– В нашей фирме! Вчера предъявила претензии по поводу денег Дэну, и он предложил, как вариант устроиться на работу. Вот так я, и стала работником «КарелСтройРесурс», - Кадина достала тонкую сигарету и закурила. – Лерчик, подкинешь меня к офису?

– Хорошо! Тогда через десять минут выезжаем? – подымаясь, спросила Голубцова. Галя кивнула головой.

Довезя подругу до фирмы Лера поехала не на работу, она, наконец – то решилась съездить в тот самый «Дом - интернат», в который они заезжали с Денисом. Девушка предварительно навела справки об учреждении. В доме - интернате находились дети в возрасте от четырёх до восемнадцати лет с различными аномалиями умственного развития.

Помещение нуждалось в ремонте, а денег постоянно нахватало, хотя с недавнего времени у интерната появился анонимный спонсор, который ежемесячно переводил деньги. Валерия не могла понять, что же связывает Дениса с этим местом, и почему он туда перечисляет деньги, она на сто процентов была уверенна, что «анонимный» благодетель никто иной, как Зверев.

Любопытство просто не давало ей покоя. Купив игрушки, книжки и одежду на разные возраста Лера поехала в интернат.

– Здравствуйте! – поздоровалась женщина лет пятидесяти, с добрыми глазами, когда постучав в дверь директора «Дома – интерната», вошла Валерия. – Проходите!

– Здравствуйте! Я, тут принесла одежду и игрушки для детишек. И хотела бы узнать, какая помощь ещё нужна вашему интернату, - положив пакеты на пол, сказала девушка. – Моя фирма занимается производством бетона и ремонтными работам.

– Ой! Милая, моя, вас послал сам бог! Мы, рады любой помощи! Вот уже несколько месяцев, я обиваю пороги нашей мэрии и всё бесполезно. Здание очень старое и требует капитального ремонта. А мэр говорит не предусмотрено бюджетом! Тут же живут дети! В любой момент прорвёт батареи, крыша постоянно течёт.

– Давайте пройдем, посмотрим. Я, составлю примерный план работ, а завтра приедут мои работники и начнут ремонт, - предложила Валерия, вставая и направляясь к двере.

– Неужели нашему дому, наконец – то повезло! Сразу же два спонсора, - пока рассматривали помещение, вздыхала Анна Семёновна. – Представляете, Лерочка, с начало месяц назад около своего кабинета нашла чемодан. Мы, с завхозом даже хотели вызвать МЧС, мало ли там взрывчатка, а потом увидели записку, прикреплённую на ручку кейса, где говорилось, что там деньги и они все наши. А через месяц на счёт интерната стали поступать денежные средства, нам конечно и раньше перечисляли, но не такие большие суммы.

– А здесь что? – спросила Голубцова, открывая рассохшеюся и потрескавшуюся дверь, она пришла в ужас, как можно жить в таких условиях? Помещения требовали капитального ремонта: на стенах висела лохмотьями облупившиеся краска, непонятного синего цвета, везде стояли тазики. – Тазики зачем?

– Крыша – то течёт, вот и подставляем тазы. – объяснила директор, входя за девушкой.
– Здесь игровая.

Голубцова, рассматривала детей, кто сидел в инвалидной коляски, кто на стульчиках, на глаза наворачивались слёзы от вида этих особенных детишек. К ним подъехал мальчик лет пятнадцати, его серые глаза изучающе смотрели на Валерию. Такой знакомый взгляд! Взгляд – Дэна, сомнений нет, перед ней близкий родственник Дениса.

– Это наш Серёжа Зверев, - и дальше женщина зашептала на ухо девушке, - у него нарушение интеллекта и ДЦП. Бедный ребёнок, мать умерла при родах.

– А можно, я буду к Серёже приходить? – спросила Голубцова, гладя по голове мальчика. Её от чего – то словно притягивала к ребёнку, хотелось дарить тепло и заботу. Отворачиваясь, она вытерла слезу скатившеюся по щеке.

– Приходите! – радостно согласилась женщина, провожая её к выходу.

К вечеру Валерия чувствовала себя разбитой. Домой она попала только к двенадцати ночи. Повесив куртку, прошла в гостиную и уже хотела пройти мимо кабинета, под дверью которого горел свет, как она внезапно открылась. На пороге стоял Дэн.