Шрифт:
Annotation
Лишь спустя неделю от него приходит письмо, в котором кратко и поэтично парень меня бросает. Он ссылается на страх ответственности, на детскую глупость, на недостижимые мечты. Говорит словами родителей, разрывая мое сердце на тысячи, миллионы крошечных частей. Извиняется. Вновь и вновь. Просит прощения. Заявляет, что нашел себе другую, что собирается с ней уехать. Что, если бы я почувствовала то, что чувствует он, я бы его поняла. Что именно это и есть настоящая любовь. Что между нами была лишь привязанность и странная зависимость. И что, порвав со мной, он сделал даже лучше. Ведь остановив все сейчас, спас мое будущее.
Эшли Дьюал
Эшли Дьюал и Роуз Уэйверли
ПИСЬМА
Пятое июля.
Я бегу очень быстро. Бегу, взрываясь плачем, бегу, вытирая слезы. Бегу, не щадя ни легкие, ни тело. Летний дождь барабанит по голове. Ветер бьет в лицо резкими, ледяными порывами, а тучи опускаются так низко, будто специально стараются придавить меня к земле своими багровыми, черными облаками. Наконец, впереди я вижу знакомую фигуру. Скорость не сбавляю. Несусь еще быстрее, обгоняя ветер, время. И уже через несколько секунд оказываюсь в объятиях любимого человека.
— Боже мой, — выдыхает Ной и приподнимает мое дрожащее лицо. — Мия, что с тобой? Что случилось?
— Родители против Нью-Йоркского колледжа. — Дышать нечем. Я сжимаю плечи парня, и обессиленно опускаю вниз голову. — Настаивают на…, на…
Мой мир переворачивается, и я падаю. Не физически. Но мысленно. Мысленно падаю в черную бездну из неистовой, горящей боли. Из одиночества. Из слез и страха. Поднимаю глаза на парня и вижу его испуганный взгляд. Его родной, теплый взгляд. Хочу вымолвить хоть что-нибудь, но не успеваю. Ной резко стягивает с себя куртку. Накидывает ее на мои плечи, и тащит под карниз маленького магазинчика.
— Расскажи мне. — Требует он. — Расскажи мне все.
И я рассказываю. Запинаюсь, срываюсь на крик, но выкладываю парню все до последнего клочка информации, как на исповеди. И про срыв мамы, и про угрозы отца. Про будущее, работу, здравый смысл. Про детскую глупость и невозможные мечты. Меня не оставить. Я говорю, говорю, говорю, и только в конце задаюсь вопросом: а слушают ли меня? Вижу отрешенный взгляд парня и вытираю мокрый нос. Хмурюсь. Все жду, когда Ной заговорит, но он молчит.
— Боже мой, — дрожащим голосом протягиваю я. — Скажи, хоть что-нибудь! Прошу тебя, не издевайся! — опять нет ответа. Нервно откидываю назад мокрые волосы и прикрываю руками глаза. Мне так плохо, что хочется умереть. — Ной, — жалко протягиваю я. — Боже, умоляю, только не молчи!
— Но что я могу сказать?
— Как что? — обиженно смотрю на парня. — Скажи, что придумаешь что-нибудь, что останешься со мной, что мы будем вместе.
— Мия, я не знаю, что будет завтра, через неделю, через месяц. Я ничего не знаю, и поэтому не могу тебе ничего обещать.
— Ной, что же ты такое говоришь? А как же наши планы? Как же твое обещание?
— Мия, я…
— Что случилось? — с ужасом разглядываю лицо парня. Касаюсь ладонями его скул и судорожно выдыхаю. — Ты плохо выглядишь. Такой уставший. Грустный. Дома проблемы? С братом?
— Нет, у меня никаких проблем. — Внезапно Ной откидывает мои руки. Резко отходит в сторону и выходит под ливень. У меня замирает сердце. — Может, твои родители правы? М? Может, мы слишком глупы, чтобы понять всю серьезность данного поступка? Убежать вдвоем…. А что, если мы поссоримся? Что если наши чувства, лишь плод разыгравшихся гормонов? Что тогда? Куда ты пойдешь, Мия? У кого станешь просить помощи? Ты…, — он фыркает. — Ты хоть любишь меня, а? Уверена в этом? Потому что я уже не уверен в своих чувствах. Понимаешь? Я ни в чем
— Не трогай меня. — Пытаюсь вырваться. Бью парня по лицу, по плечам и торсу. Отталкиваю назад когда-то родные руки. — Не трогай меня!
— Мия, ох. — Ной не сдается. Силой притягивает меня к себе, сжимает в объятиях так крепко, что мне становится больно. — Прости, я не подумал.
— Отпусти!
Тарабаню по телу парня через слезы, через ужас. Все бью, бью, бью, и когда сил совсем не остается, поникаю, утопая в плаче по собственной гордости.
— Отпусти меня, Ной! Отпусти! — срываюсь и от боли открываю рот. Дышать нечем. Глаза ничего не видят. — Зачем ты так со мной? Зачем?
— Прости меня, Мия, прости.
Я плачу очень долго. Даже после всех сказанных слов, не выпускаю парня из объятий. Глупо? Возможно. Но чувства неподвластны мозгу.
Ной берет свои слова назад. Обещает увидеться завтра. Просит прощения в сотый раз. Извиняется. И я верю. Верю, потому что люблю.
Но через день Ной не звонит. И через два тоже.
Лишь спустя неделю от него приходит письмо, в котором кратко и поэтично парень меня бросает. Он ссылается на страх ответственности, на детскую глупость, на недостижимые мечты. Говорит словами родителей, разрывая мое сердце на тысячи, миллионы крошечных частей. Извиняется. Вновь и вновь. Просит прощения. Заявляет, что нашел себе другую, что собирается с ней уехать. Что, если бы я почувствовала то, что чувствует он, я бы его поняла. Что именно это и есть настоящая любовь. Что между нами была лишь привязанность и странная зависимость. И что, порвав со мной, он сделал даже лучше. Ведь остановив все сейчас, спас мое будущее.
Я теряюсь. Теряюсь во времени, в правде. Теряюсь в своих суждениях, в своей вере.
Неожиданно мой мозг понимает, что я осталась совсем одна. Меня предали. Меня разлюбили и кинули, словно ненужную, устаревшую вещь. И эта мысль, эта ядовитая, горящая мысль, врезается в мое тело так грубо, как клинок всаженный врагом со спины.
Я наверно умерла в ту минуту, потому что осознанно перестала дышать.
Я слышала, что в жизни каждой девушки есть парень, из-за которого она несправедливо и отчаянно страдает. Но думала ли я, что такое случится со мной?
Нет. Не думала.
Письмо выпадает из рук. Жизнь выпадает из рук.
Больше никакой любви. Больше никому не позволю разбить мне сердце.
Ной Мэлтон — гореть тебе в аду.
Спустя два года.
Ной Мэлтон — спасибо тебе. Если бы не ты, я бы никогда не поняла, что счастье есть, и что оно познается в сравнении. Человек должен испытать боль, чтобы ощутить излечение от нее.
Долгих несколько лет, я боялась любви, боялась людей, боялась чувств. Но затем в моей жизни появился Чарльз Донэт. И все изменилось. Абсолютно все! Он спас меня. Спас моеразбитое сердце. Подарил на мойдень рождение надежду — самый дорогой подарок. Вернул веру в мою жизнь. И я бы не ценила его так сильно, если бы не знала, что могу потерять. Он помог мне встать на ноги, помог стать самой собой. Он помог мне забыть о тебе. И это главное. Я счастлива. Действительно счастлива.