Письма
Шрифт:
555. Граматику Офелию.
О человеколюбии.
И с неприятелями, друг, когда они просят мира, надлежит примиряться. Ибо, кто не примиряется, но даже тех, которые просят о мире, признавая свою слабость, и не вступают уже в равный бой, мучить, не обуздав гнева милосердием, не дав в себе места чувству естественного родства и свойства, тот утратит выгоды победы, от всех потерпит укоризны, как дикий зверь, и не избежит наказания от Бога.
556. Иподиакону Алфию.
Почему сказал Ап. Павел: ныне разумею отчасти (1 Кор.13:12).
Ныне разумею отчасти, —
557. Палладию.
О том, чтобы довольствоваться скудною пищею.
Тело, о прекраснейший, имеет нужду в напитании, а не в услаждении, в воздержании, а не в пресыщении, в удовлетворении потребности, а не в роскоши. Первые приносят пользу, и душе, и телу доставляют здравие, силу и благосостояние, а последние вредят тому и другому, не только расстраивая здоровье, но и порождая сильные, мучительные болезни. Явным же доказательством сему служит то, что подвижники воздержности и благоразумнее, и целомудреннее, и здоровее избравших для себя жизнь изнеженную.
558. Исхириону.
По своему низкому и худому образу мыслей, кажется мне, не принимаешь ты ни превосходящей всякое чудо высоты ума, ни новой необычайной и превышающей все небеса апостольской любви. Ибо, если сказанное и кажется тебе ныне верным, то хорошо знаю, что, как скоро скажу это тебе яснее, по причине столь худого твоего расположения, снова покажется тебе невероятным то самое, что прежде представлялось верным. Апостол сказал, что, если бы было возможно, он охотно стал бы отлученным от Христа, только бы Христос был прославляем всеми. А ты осмеливаешься сию апостольскую высоту низводить до такой низости, что выражаешь сие словами, о которых стыжусь и упоминать. Ибо не о том, как говоришь, молился, чтобы ему быть драгоценным приношением. Кто из самых беспечных не пожелал бы этого? И не телесную смерть призывал тот, кто умирал по вся дни (1 Кор.15:31).
Не стал бы он, предполагая, что ему не поверят, приводить стольких подтверждений, если бы разумел что–либо маловажное и худое. Но поскольку было это выше всякой силы и крепости, то представил он многих свидетелей в том, что не лжет и не похваляется. Ибо говорит: истину глаголю о Христе, не лгу, послушествующей ми совести Духом Святым (Рим.9:1). Посему, если и истину, и Христа, и то, что не лжет, и совесть, и Духа Святаго представил в свидетели того, что намеревался сказать, кто поверит, будто бы дошел он до такого избытка в подтверждении, разумея что–нибудь низкое и ничтожное? А если ты все еще не высокого о сем мнения и, пресмыкаясь по земле, не хочешь разуметь в этом чего–то великого и благородного, то, не упоминая о боголюбивом Моисее, который, моля, просил изгладить его из Божественной книги, если управляемые им будут преданы конечной гибели (Исх.32:32), потому что дело Апостола гораздо выше (Моисей молился о том, чтобы вместе с другими погибнуть и ему, Апостол же молится, чтобы погибнуть ему, да спасутся другие), попытаюсь, как малое приравнивающей к великому, доказать это примером мужественной жены.
Ревекка, как сказал бы иной, имея апостольское великодушие, решилась подпасть под проклятие, только бы сын наследовал благословение, и блага уступала ему (ибо не имела в виду с ним вместе принять благословение), а бедствия готовилась терпеть только сама. И с таким усердием устраивала дело, что и медленностью огорчалась, и поспешности радовалась, и побуждала к ней сына, все же сие делала, когда предстояла весьма великая опасность. Не стала она говорить: отец твой достиг глубокой старости и утратил ясность чувства, не откроет хитрости, но, отложив это в сторону, отказывавшемуся и устрашенному сыну сказала: на мне клятва твоя, чадо (Быт.27:13),
Посему, если жена, имевшая не женское мужество и великодушие, решилась подпасть под клятву, чтобы благословен был другой, то как же столь великому Апостолу было не пожелать потерпеть что–либо подобное, чтобы только уверовали Иудеи и не вменялось в хулу Богу, будто бы Он одним обетовал возвести их в такое достоинство, а возвел вместо них других?
Поэтому, конечно, сказал сие Апостол не в том смысле, что обетование действительно было нарушено: не тако же, — сказано им, — яко отпаде слово Божие (Рим.3:6), то есть слово, бывшее ко отцам. Ибо обетование исполнилось на уверовавших Иудеях и на прообразованных Исааком рожденных из язычников чрез Крещение. И сие подтверждает первоверховный Апостол Петр, говоря: обетование сие Бог исполнил есть нам, чадом их, воздвиг Иисуса (Деян.13:32). Итак, не по причине нарушенного обетования изрек сие Апостол, но чтобы показать свою неудержимую любовь ко Христу. И если тщательно прочтешь все сие место у Апостола, то постигнешь, что к сему и ведет он речь.
559. Пресвитеру Зосиме.
Слышу, что, прервав сношения с подавшими тебе наилучшие советы и расторгнув все узы стыда, неудержимо предаешься ты бесчестному и отвратительному пороку. Посему желал бы я, чтобы это была неправда. А если и правда, то постарайся образумиться прежде, нежели в сильной мере одолеет тебя сие упоение, чтобы и здесь не подвергаться стыду, и там не понести наказания.
560. Палладию и Марону.
Много носится слухов, и подтверждаются они лицами, достойным доверия, будто бы получивший над вами начальство, по многим указаниям собрав весьма точные сведения и полюбив вас для своей выгоды, а не для пользы вашей, и не имея в виду содействовать общему благу Церкви, поставил вас содейственниками своей любостяжательности. Посему, ежели это действительно так, то перестаньте пускать стрелы в небо и вести брань с Законоположником нестяжательности, извлекая пользу из чужих бедствий.
561. Монаху Афродисию.
Всем известно, что мы сами по себе погибли, а спасены Христом. Он оправдал Крещением повинных наказанию, Он украсил их небесными дарованиями. Но известно также, что, если не последует за сим и того, что в наших силах, то никакой не приобретем пользы от такого о нас попечения и от благодати, но понесем тягчайшее наказание, как не соделавшиеся лучшими и при таком благодеянии.
562. Пресвитеру Павлу.
Святым почитаю делом веровать Божественному слову, усердно ему следовать и желания выделиться, даже невинного, не предпочитать несомненному Владычнему слову. Если же кто будет твердо настаивать на том, будто имеет такое целомудрие, что, и часто смотря на женщин, не терпит он вреда, то пусть узнает немощь естества человеческого и несомненность Божественных слов. Посему, чтобы не показаться скучным, оставлю в стороне уловленных сим зрением, потому что и Священные Писания, и плачевные события у язычников, и совершающееся ежедневно, — все исполнено сих примеров. Попытаюсь же представить в пример тех, которые употребляли некоторую предосторожность и препобедили страсть, потому что без труда невозможно преуспеть в целомудрии.
Да и если укажу на тех, которые и вне веры, при некоторой предусмотрительности и осторожности, преуспевали в этом самом и не ввергали себя в огонь, то, может быть, отринут их, как не сделавших ничего великого. Но если призову в свидетели и богомудрого Павла, который говорит: умервщляю тело мое и порабощаю, да не како, иным проповедуя, сам неключим буду (1 Кор.9:27), то преградится им всякая возможность к оправданию; тогда устыдятся, может быть, и озаботятся подумать о собственной своей безопасности.