Питер
Шрифт:
успел, о том, чтобы что-то предпринять, а его уже пронизывала ужасная боль, которая
распространялась от руки, в которой был нож. Данила на автомате закрыл глаза от прилива
острой, невыносимой боли. Он понимал, что этого, ни в коем случае, нельзя было делать, но
сейчас он не владел собой. Его мозг затуманился пеленой эмоций, которые завладели его
телом и он уже не мог ничего предпринять. Далее последовал сильный удар. Но боли от него
он уже не ощущал, он впринцыпе вообще
ему. Ведь дальше последовала настолько привычное спокойствие и тишина в сопровождении
темноты. Единственное о чем он смог подумать в мгновение перед этим, это только одно.
– Неужели это конец.
155
16
– Чтобы делать добро, надо, прежде всего им обладать.
Арестотиль
В помещении не было ни одного окна. Но, не смотря на
Разговор
это, складывалось ощущение, что откуда-то светят прямые
лучи солнца. Такое ощущения, что свет появлялся не откуда, хотя, наверное, так оно и было, так как никаких приборов, как осветительных, так и другого приспособления в
помещении не было. Если так посмотреть, то в помещении
вообще не было ни одного предмета. Помещение было
формой правильного квадрата, без единого изъяна.
Откуда то из далека, послышалось легкое дуновение и в
одной из стен образовалось отверстие на подобии двери. В
помещение вошли два человека. Один был немного ниже
другого, оба были правильного телосложения, на них были
одета легкая, свободная одежда, которая не стесняла их
движений. Их лица были закрыты и понять, кто это не
представлялось возможным. Два человека прошли в центр
комнаты. Отверстие, через которое они прошли, сразу же
закрылось и следов указывающих на то, что секунду назад
там что-то было, просто не осталось.
Как только два человека приблизились к центру комнаты, перед каждым из них появилось два удобных кресла и они, молча сели. За все пребывание в непонятной комнате ни
один из двоих не произнес ни слова и если бы кто-нибудь
видел эту картину, наверняка мог бы подумать, что эти двое
не могут разговаривать вовсе. Но, не смотря на их поведение
их действия, были четкими и слаженными и это, наводило
только на одну мысль, что эти двое общаются не при
помощи слов, а при помощи чего-то другого.
156
– Я все-таки против того что ты сделала, - разразился как гром мужской голос. Он был
тихим и спокойным, но в этом странном помещении, любой шум усиливался в стократ и
казался, не имоверно громким. По голосу было понятно, что человек уже пожилой, но не
смотря на это, он так же свидетельствовал о том,
каждое его слово произносилось обдуманно и целенаправленно, - и давай раз уж так
произошло просто будем говорить.
– Как пожелаешь отец, - второй голос был как пение прекраснейших птиц в зеленом лесу.
Каждое слово, было просто как журчание горного ручейка. Этот голос был таким бархатным
и приятным, что любой человек с нетерпением ждал бы каждого дальнейшего слова, просто
для того чтобы его услышать.
– Да, именно этого я и желаю. Порадуй старика своим голосом, а то давненько мы не
разговаривали.
– Ладно, отец, - все так же покорно произнесла девушка.
– И все-таки, зачем ты пошла на такой риск.
– Я тебе уже объяснила. Но ты не был удовлетворен моим ответом, - голос девушки все
так же был спокоен и ровен, но настырность все-таки в нем ощущалась.
– Я беспокоюсь за тебя и поэтому прошу больше так не поступать. Ведь чего ты добилась.
– Я знаю, что ты волнуешься за меня. Но сейчас важней думать о нашей миссии.
– Я помню о миссии. Если ты забыла, то это я ее обозначил, - мужской голос немного
наполнился сосредоточенностью и весомостью, что означало только одно. Он пытался дать
понять кто здесь главный, - но как ты помнишь, что цель должна быть достигнута не
варварскими методами, которыми пользовались наши отцы и опрокинули чашу весов к
пропасти.
– Я согласна с этим, - покорно произнесла девушка, но продолжила настаивать, - но ели у
нас не будет результатов, то в скором времени всему прейдет конец. Мы должны
торопиться.
После сказанного человек встал из кресла и молча, подошел к стене, потом развернулся и
вернувшись обратно, погрузился в кресло. Он произвел какое-то не замысловатое движение
рук и между двумя креслами появился столик, а потом на столе появилось две чашки, с
каким-то дымящимся напитком. Он взял одну из чашек и показал своей собеседнице, чтобы
она проделала то же самое, а потом все так же спокойно произнес.
– Ты возможно права. Но нельзя рисковать тобой.
157
– Люди умирают миллионами и возможно, что через несколько десятков лет мы вымрем
окончательно. Я считаю, что ради спасение общего, можно пожертвовать личным, - голос
девушки все так же был нежен и приятен. И не смотря на то, что она явно была возмущена, ни что не выдавала сего факта.
– Ладно. Не будем спорить, в конце концов, ты, наверное, права, - голос был явно
расстроен, но то же не выдавал этого. Человек опустошил кружку и поставив ее на стол, она