Шрифт:
Глава 1
– Тихо, граждане Домовые, Банники, Лешие, Кикиморы и прочие Русалки. Буянить дома будете. Собрание соседей микрорайона Бердяево объявляю открытым. Как вы все помните, нашу старую, добрую Пердяевку расформировали и пустили под снос. Все прошли курсы повышения квалификации. Теперь мы можем похвастаться этажными, подъездными, лифтовыми, сантехниками, работниками водоканала, группой Русалочка, выступающей в аквапарке. Особо хочу отметить обнаглевшую в пень троицу леших: Эдика, Канального и Ауку. Есть мнение
Собравшиеся перестали дышать, втянув головы в плечи, изо всех сил старались прикинуться мебелью. Желающих на курорт не было. Кому охота потерять работу? ( Квартирный подсиживает Этажного, Этажный метит в Подъездные, Подъездный мечтает стать управдомом).
– Ну, раз желающих нет, чего сидим? Все вон пошли.
Дед достал из шкафа глобус и обращаясь к троице приунывших леших сказал:
– Сейчас крутану глобус, а вы по очереди пальцем ткнете, куда попадете туда и поедете. Путевку я вам выпишу, а вот денег не дам, зайцем езжайте, да автостопом.
– Опппа, у меня город-герой Ленинград, он же СПб, – сказал Аука.
– Дед, и у меня СПб, – заявил Канальный.
Эдик ткнув пальцем заявил:
– Глобус какой-то неправильный, я с ними в Питер еду.
– Ну, раз вы едете в город-музей, Северную Пальмиру, град Петра Великого, то вам вменяется в обязанность посетить местные достопримечательности, памятники и музеи. И составить письменный отчет с приложенными фотографиями. И пару слов без протокола, если работу за время отпуска потеряете, если вас подсидят какие паразиты, я вас уважать перестану. Мне на районе лохи печальные без надобности. Времени вам сутки на сборы и улаживание дел.
– Фрэнды, встречаемся у Эдика за час до отправления гравицапы.
– Эдик, уточни децл время, Каналья, если ты, падонак, опять опоздаешь я тебя забаню нах. Всем пока, пойду админа кошмарить, подсидит иначе сцуко босса, с кем работать приходится, ужас нах.
Аука на цыпочках прокрался в офис, дверь в приемную была открыта настежь. Сис-админ Канюня, сидя в кресле начальника, менторским тоном вещал:
– Аука, ты падонак, почему не следишь за железом, у деда мама сыграла в ящик*. Где ты был вчера с восьми до одиннадцати? Я тебя спрашиваю, понабрали по объявлению, работничек, сцуко, байт от бинома не отличит.
Аука хлопая в ладоши вошел в приемную.
– Жжошь, Канюня, кормильца подсидеть решил, поросенок ядовитый? А кто на деда компромат выложил в контакте перед выборами? Хочешь скрины покажу, то-то Дед обрадуется!
– Аука, да я же пошутил, зачем сразу Деда беспокоить? Я же помочь хочу, тренируюсь…
– Помочь говоришь, тогда прямо сейчас поселишься на месяц у меня в приемной. Кресло мое охранять от покушений админских будешь.
Канальный собрал бригаду сантехников.
– Мужики, тут такое дело заварилось, для себя берег, да вот незадача, в отпуск Дед отправляет. Дверь-то прикройте, не для чужих
– У, бригадир, такое счастье раз в жизни выпадает, месяц на халяву пили, такое не забывается.
– И я про тоже, а вчера после собрания подходит она ко мне: я, говорит, серьги опять в унитаз уронила…
– Эй, мужики, вы куда? Я про зама на время отпуска порешать хотел.
– Ну вот сиди и решай, а у нас дела, на шестом засор намечается, раньше прочистим раньше выпьем!
*(Имеется в виду сгоревшая материнская плата компьютера)
Эдик собрал этажных и по одному вызывал в кабинет.
Всем говорил один и тот же заученный текст:
– Тебя, Щепкин, Поганкин, Опенкин – назначаю подъездным на время моего отпуска, всем несогласным дай в глаз, я на тебя очень надеюсь. Место под солнцем должно быть завоевано! Помнишь песню?
«Как-то под вечер в подъезде
К нему подкатил я слегка,
Он метил в подъездные,
А я ему свесил
От всей души с левой крюка».
(Переделка песни М. Круга – «Девочка пай»)
На следующий день этажные устроили массовую драку, за что были разжалованы Дедом в кочегары.
Квартирные получив повышение сидели на своих этажах и о роли подъездного даже не мечтали. Эдик мог спать спокойно.
За час до отхода поезда, друзья собрались у Эдика. Аука тащил тяжеленный ноутбук, Канальный прихватил с собой грязное ведро и такую же грязную лопату. Эдик положил в сумку неподъемную монографию «О роли подъездного в жизни дома».
– Каналья, ну нафига тебе лопата в Питере?
– На себя посмотри, ноут больше тебя весит!
– Эдик, а ты чего прихватил?
– Каналья, тебе этого лучше не знать.
– Гы, да всему дому известно, что ты второй год диссертацию пишешь. Деда подсидеть не иначе хочешь.
– Сам дурак!
– Эй фрэнды, мы собираемся или уже где? Гравицапа ждать не будет, у нее расписание. И места надо занять заранее, знаю я этих жуликов вагонных, позанимают места, а у самих ни путевки, не билета.
– Эдик, вот ты у нас самый умный, объясни, как мы без билетов поедем?
– Мммм, ну мы это, покажем путевки, опять же на Деда сошлемся.
– Ой, ржу нимагу, я как представил как контролер сошлется, увидев нас таких красивых и без билетов.
– И что ты предлагаешь?
– Кто? Я? Да ты падонак, Эдик. Это тебе положено думать, а мы с Канальей типичные пролетарии, нам думать, для здоровья вредно.
За десять минут до отхода поезда, прибыв на вокзал, друзья обнаружили у входа в вагон кондуктора, потребовавшего предъявить путевки и билеты. Аука, махнув рукой за спину, заявил:
– Сзади билеты.
Каналья подвинув кондуктора лопатой, заявил:
– Сзади.
Эдик недолго думая, выдал:
– Кондуктор, а я с ними еду!