Питомец

Сапегин Александр Павлович

Чур меня, чур. Сопроводить девок до столицы да мелкую пристроить в хорошие руки. И валить от этого девичьего царства подальше, пока они меня делить между собой не начали. Чую я, что светящиеся «шнурочки» за здорово живешь не рассосутся. Натворил делов, пентюх стоеросовый. Главное, что это вообще не поддается исправлению. Пока суд да дело, ушлый колдунишка в моем лице неоднократно всячески пробовал обработать связь. Попытки разорвать узы завершились, когда обе мои гостьи внезапно загрустили и впали в слезы.

Ириста реагировала на мои потуги более бурно. От попытки долбануть по шнурку фаерболом красного цвета она пришла в ярость, от зеленого впала в меланхолию, розовый шарик впитался в светящиеся веревки, заставив дам улыбаться и о чем-то мечтательно вздыхать. Использовать черные и коричневые снаряды я не рискнул, побоялся. Еще прибьют на месте, не отходя от кассы. В эмоции жертв эксперимента

я старался не лезть, благоразумно скрываясь за щитами, да и шарики не отличались размерами и мощью. Ладно, будем довольствоваться аксиомой, что отсутствие результата — это тоже результат.

— Хорошо. Лири, ты хочешь покататься на лошадке? — присела на корточки Ириста.

— Иго! — захлопала в ладошки мелкая (вымучила наконец).

Ириста сняла путы с ног смирной заводной кобылы, накинула уздечку и усадила малявку на широкую лошадиную спину.

— Иго! Цок-цок! — довольно подпрыгивала на месте Лири, одной рукой вцепившись в гриву, второй крепко держась за палец виконтессы.

Урегулировав вопрос, чешуйчатый дровосек вернулся за ветками. Лилина успела сложить костер из припасенных мною для пещеры полешек, забила в землю рогатки, сбегала к ручью за водой и повесила над пламенем котелок. По четким выверенным движениям и отсутствию суеты несложно было сделать вывод — роль служанки она исполняет не первую неделю. Некогда не очень нежные руки с жесткими мозолями от ножа и лука огрубели окончательно. Нет ничего удивительного в ошибке вожака татей. Ощупав ладони пленницы, он на самом деле принял ту за служанку, пикантных подробностей о постоянных тренировках юной баронессы никто до бандитов не доводил.

Под полными обожания взглядами Иристы, усевшейся у костра с Лири на руках, я почистил рыбу и докут — овощ, напоминающий картофель, и сварганил ушицу. Маленькая непоседа, накатавшаяся на лошадке, к тому времени уже спала, умильно посасывая палец и почмокивая губами. Уснула, даже не умываясь. Столько впечатлений за вечер: «иго-иго», фрукты, добрые тети, которые не остались равнодушны к малышке, особенно после поведанных им обстоятельств ее появления у черного рурга. Я принес из пещеры рукодельный матрасик и шкуру, заменявшую одеяльце.

После запоздалого сытного ужина вслед за Лири вырубилась Ириста. Закутавшись в плащ, она улеглась рядом с малышкой и вскоре сладко спала, посвистывая в две дырочки. Лилина и я остались полуночничать. Моя бывшая хозяйка рассказывала о себе, Империи, учебе в Магической академии, добрым и недобрым словом вспоминала жениха, грустила о доме и постоянно подводила разговор к моему сольному выходу по дороге к утесу.

Я поведал слушательнице малоизвестные или совсем неизвестные ей эпизоды из жизни в отцовском поместье, опустив тему и подробности интрижки Миражаны с принцем Борухом (незачем ей об этом знать), зато акцентировал внимание на маге, нанявшем мальчишек, и коктейле из зелий, ставшем причиной взрывного роста и нынешнего облика бывшего мелкого питомца. Здесь я ничего скрывать не стал, подробно описав побег и последующие приключения. Касаемо нетипичного состояния Иристы и вспышки магии делал круглые глаза и шел в отказ: не был, не состоял, не участвовал. Сам не знаю, как получилось. Я не я и кобыла не моя. Чуялка, развившаяся в нездоровую паранойю, советовала повременить с выкладыванием козырей на стол. Зато сам бросал прозрачные намеки: мол, рурги — существа магические, значит, как показывают недавние события, магией мы владеем. А что такое магия в руках необученного мага? Это термоядерная бомба в лапах обезьяны, правда, при общении с Лилиной пришлось заменять бомбу на арбалет с замагиченным болтом.

Не могла бы любезная хозяюшка поделиться мудростью веков и преподавателей имперского образовательного учреждения, вещал я. Ах, как прекрасно было бы припасть к источнику знаний! О многом я не прошу, смиренно надеясь, что меня научат паре-тройке элементарных заклинаний. Раз Лилине не спится, так зачем откладывать учебу в долгий ящик? Я всей душой готов внимать.

— Хорошо, — сдалась Лилина, взяла веточку и подцепила ею из костра пышущий жаром уголек. — Смотри, это не простой уголек. Это огонь.

Она взяла уголек в руку, прикрыла глаза и разжала кулак. Над угольком выросли полуметровые, плюющиеся искрами языки пламени. Полюбовавшись на завораживающий танец первородного огня, Лилина кинула уголек обратно в костер и отряхнула руку.

— Огонь живет в каждом из нас, в каждом живом существе. Не стоит его бояться. Когда ты находишь и пробуждаешь пламя внутри себя, тебе на короткое время становится не страшен никакой пожар. Держать внутреннее пламя долго нельзя, иначе существует опасность вспыхнуть самому и сгореть по-настоящему. У нас на занятиях случалось подобное. Наставники

не всегда успевали оказать помощь и вывести из транса… Кучка пепла — все, что остается от человека, но данный урок является одним из основных этапов в обучении контролю по пробуждению и управлению стихиями. Главные из них — огонь, вода, земля, воздух. После освоения первого этапа начинают преподавать методы контроля и направления маны. Смотри, Скайлс: вот огонь в костре и из уголька. Он живой! Ест, растет, дышит, умирает. Ты ведь умеешь настраиваться на ментальное общение с людьми. Настройка на стихию напоминает ментальный контакт. Сконцентрируйся, найди тепло внутри себя и протяни мост от него к живому пламени костра. Почувствуй между ними родственную связь. Теперь пламя горит внутри тебя. Раздуй его, потом выпусти наружу. Не получается? Не отчаивайся. Ни у кого не получается с первого раза. До утра времени много. Тренируйся.

Щелкнув меня по носу, Лилина подхватила походную скатку с одеялом и небольшой тючок с тряпьем, который примостила под голову вместо подушки. В ее эмоциях сквозило неприкрытое ехидство.

С первого раза не получается! Хм, девушка, научитесь врать правдиво! Судя по ментальному отклику, и со сто первого раза не получилось бы, иначе бы вы не пошли спать с полной уверенностью, что рядом с вами не полыхнет второй костер и вы утром не обнаружите кучку пепла вместо надоедливого рурга.

Магия… Как давно я мечтал научиться осмысленно пить из этого источника! Допустим, классическая школа, основанная на техниках, адаптированных под людей, мне недоступна, но овладеть стихиями мне по силам, иначе почему я ощущаю ментальное родство с огнем? Ничего, я подберу к пламени ключик, найду с ним общий язык. Еще бы разузнать о ментальных проекциях чувств, как я их мысленно называл.

Вообще-то я не был уверен, что стоит раскрывать кому бы то ни было секрет умения концентрировать и направлять разноцветные шары, накачанные эманациями чувств. За мою короткую жизнь в чешуйчатой шкуре мне ни разу не встречалось ни одного описания магии, основанной на ментальных техниках. Пусть тузы в рукавах там же и останутся. Кто знает, как жизнь обернется.

Взвесив сомнения и приняв решение оставить в тайне личную особенность, я вернулся к костру и выкатил один из угольков. Займемся тренировкой. Дело было вечером, делать было нечего. Я как придурок убивал время в попытках разбудить и выпустить наружу внутреннее пламя. Напрасные хлопоты. Чувство родства с пламенем оставалось глухо к мольбам, не желая просыпаться. Где-то с шестидесятого захода удалось почувствовать огонь в себе, море огня, вулкан, полный лавы, звезду с протуберанцами, но выпустить его наружу — никак. Я уже хотел плюнуть на все и завалиться на боковую, когда вспомнил, что Лилина держала уголек в руке. Хитрая девчонка, в объяснениях она ловко забыла упомянуть, что через мост не только энергия передается, через него стихия освобождается. На всякий пожарный случай я отошел к пляжу, вдруг чего не так приключится, всякое в жизни бывает, сконцентрировался, настроился на обжигающий протуберанец, выдохнул из пасти язычок огня, тут же выпустив внутреннего жаркого сидельца. Сорокаметровый ревущий поток адского пламени пронесся над водой, праздничным фейерверком осветив залив и берег. Стоп! Хорош! Довольно! Что-то у меня от внезапного нахлынувшего страха все внутри обледенело и лапы подкосились. На языке — один мат, в голове каша. Это я правильно сделал, что не стал в лагере экспериментировать. Спалил бы девок почем зря. Жуть какая. К черту эксперименты, с этим лучше разбираться на свежую голову.

Ополоснувшись, я на подгибающихся от пережитого лапах вернулся обратно и улегся рядом с Лири, сил лететь в пещеру не было никаких. Слишком много событий и впечатлений за один день, даже мою закаленную психику напрягает. К черту! Завтра, все завтра. Сейчас — спать. Казалось, будто веки захлопнулись с металлическим щелчком затвора, сопровождающим команду «отбой» в армии и отходящих ко сну солдат.

Утро красит каким-то там цветом… Ну, дальше вы и сами знаете…

Вставать не хотелось. Совсем. Здорово умотался я за вчерашний день, спал без задних ног и хвоста. Приди ночью охотники, они взяли бы меня тепленьким, без шума и пыли. Была и еще одна причина понежиться. Совсем нет желания играть горн, сигналя о подъеме, если ты просыпаешься в нежных женских объятиях. Непостижимо! Каким образом Ириста оказалась рядом со мной, ведь когда я устраивался на ночлег, нас отделяли три метра? Однако утром ее скатка лежала у волчьей шкуры, служившей мне матрасом, а сама красавица, по-хозяйски закинув на круп дракона, сиречь рурга, ногу, руками прижимала его рогатую голову к груди. Или к грудям? Хороши «подушечки», как бы их слюной не залить. Просыпаться мне понравилось больше, чем засыпать.