Питомник богов
Шрифт:
– Попробую.
Вольск открыл свой пенал с инструментами, подобрал переходник и ввёл его в одно из отверстий.
– Теперь пусть «паук» войдёт в систему и попробует подобрать шифр. Но нам лучше отойти. Такие двери могут иметь активные системы защиты.
– Какие? – Некич напрягся.
– Ядовитые газы, кислота, инфразвук, ловушки… Пифийские системы защиты всегда отличались особой изощрённостью.
– Ситуация семь два… Отходим! – скомандовал капитан.
Его бойцы и специалисты добежали до того места, где пещера разветвлялась. Люди укрылись в одном из боковых проходов и опустили тартановые забрала
– Откуда здесь пифийская техника? Да ещё и второго века?.. – никак не мог угомониться тиррониец.
– Потом, Рене, потом, – шепнула ему Тама. – Сейчас киборг войдёт в систему.
На Вольска вдруг накатила волна беспричинного страха. Вязкий ком перекрыл дыхание, ноги подломились. «Бежать, бежать отсюда!» – билось в его мозгу, ломая волю, разбивая личность на визжащие от ужаса осколки. Теоретически он знал, что такое инфразвуковая атака, но испытывал её впервые. На нетвёрдых ногах он стал отходить в глубь бокового тоннеля. Кто-то из бойцов Некича ухватил его за кольцо шлема, как кота за шкирку. Археолог дёрнулся и заплакал. Всё его естество выворачивалось наизнанку. Скорее бежать!
Внезапно что-то глухо ударило со всех сторон. На противообвальный зонт посыпались куски породы, свет фонарей погас. И в тот же миг акустическая атака прекратилась.
«Ситуация три семёрки! – Голос Некича буравом вошёл в травмированный инфразвуком мозг Вольска. – Три семёрки, повторяю, три семёрки, нас атаковали со стороны входа! Джанги, прикройте специалистов!»
Голос капитана утонул в треске и шуме. Где-то за спиной Вольска зажглось тусклое синее свечение.
«Атака отбита, – услышал он сквозь помехи и треск хриплый женский голос. – Стрелял укав [42] , «пауки» его сбили». – «Потери?» – «Алоа и Флама легко ранены, «паук» у железной двери полностью утратил боеспособность, плита деформирована». – «Уточните характер деформаций». – «Дверь «чёрного ящика» пробита насквозь, капитан. Диаметр пробоины примерно полтора метра. Инфразвуковая атака защитных систем не возобновляется».
42
Укав – беспилотный боевой летательный аппарат (дрон). Возможно, термин ведёт своё происхождение от аббревиатуры UCAV – Unmanned Combat Air Vehicle.
– Это был инфразвук? – спросил Марков.
«От двери шёл подавляющий психику людей и психонику киборгов инфразвук частотой восемь герц, – подтвердил хриплый женский голос. – А со стороны входа нас атаковал неопознанный тактический укав. Тип использованного им боеприпаса – проникающий магнитор с резонансной головкой [43] . Укав уничтожил "ящик"».
«Ещё не ясно, капрал Джанги, уничтожил или нет. Для выводов у нас есть специалисты», – послышался голос Некича.
43
Магнитор – одно из названий управляемого снаряда, который разгоняется в стволе рельсового ускорителя масс до скорости 5 км/с.
– Если бы мы не спрятались в боковом проходе… – начал детектив.
– …то все бы уже погибли, – закончила за
– Зато «ящику» не повезло.
– Атаку такого типа отбить невозможно, – Джанги материализовалась из облака пыли. В луче фонаря блеснули её капральские лычки и пятиугольник гвардейского значка. По фигуре десантницы Вольск никогда бы не определил, что перед ним женщина. Капрал была выше его на полголовы и заметно шире в плечах.
– А что с дискоидами?
– Их не тронули. Выстрел был единичным и высокоточным. Укав стрелял мегаджоулевым магнитором с большого расстояния. Двадцать три или двадцать четыре километра, сейчас уточняем. Перехватить разогнавшийся магнитор способны только лучевые пушки типа «тадиран». У нас здесь такого вооружения нет. Но сам укав был уничтожен по штатной схеме. В пределах наших возможностей мы отработали на сто процен-тов.
– Они ведь могли разрушить «ящик» в любое время, но выбрали как раз тот момент, когда мы находились у плиты, – заметил Вольск.
– Это мятежники, – предположил Чандрасекар.
«Всем собраться у пробоины», – скомандовал Некич.
Роботы пробили завал и укрепили проход керамической пеной. Уже через несколько минут археолог смог оценить возможности оружия, которое капрал Джанги назвала «магнитором». Толстую металлическую плиту, преграждавшую доступ к «чёрному ящику» колонии, разворотило, как жестяную крышку пищевого контейнера. Рваные края огромной пробоины были вывернуты наружу. Броня киборга-«паука», пытавшегося подобрать код доступа, растрескалась, его биомеханическая начинка вывалилась на пол пещеры, обуглилась и дымилась. «Цу! От «ящика», скорее всего, осталось одно крошево», – подумал Вольск.
Первым в пробоину пролез десантник Густав, за ним последовали капитан, Джанги и специалисты. Свет фонарей не пробивал густую дымно-пылевую взвесь, наполнявшую помещение. Под ногами хрустели мелкие обломки каких-то агрегатов. Сверху свисали оторванные распорки потолочной фермы. Десантники осторожно, шаг за шагом, продвинулись на десять-двенадцать метров в глубь помещения и обнаружили ещё одну дверную плиту. Магнитор вывернул её из крепёжной рамы, и теперь плита стояла ребром к входу, преграждая путь. Даже робот не смог поколебать эту многотонную конструкцию.
– Тут, вообще-то, можно протиснуться, – сказал Густав.
– Края двери деформированы, можно порвать шланги, – предупредила капрал.
Но Густав уже проскользнул между плитой и рамой. За ним последовали Тама, Чандрасекар и Марков. Вольск втянул живот, снял с пояса пенал с инструментами, лучевик и тоже пролез в узкую щель. В этой комнате пыли и дыма было меньше.
«Накопитель не разрушен, – услышал он голос Чандрасекара. – Внешняя панель оплавилась, но капсула накопителя цела».
Вольск на ощупь обогнул толстую цилиндрическую колонну и увидел освещённый фонарями Тамы и Густава информационный накопитель – куб высотой в половину человеческого роста. Взрывная волна сорвала его с креплений, но броня древнего агрегата выдер-жала.
– Эти пифийки когда-то умели делать технику, – констатировал детектив.
– И теперь умеют, – отозвался сержант. – У них хорошо развиты металлургия и технологии производства анизотропных кристаллов… Специалист Вольск, – обратился он к археологу, – вы сможете войти в базу данных накопителя?