Питомник богов
Шрифт:
– Согласно имперскому закону от шестого апрария триста шестьдесят седьмого года депутаты Сената не имеют иммунитета от следственных действий по статье шестьдесят пятой…
– Я не о законах, Марков, я вовсе не о законах… Терпению нашей общины есть предел.
– Вы угрожаете императору? Я вас правильно понял?
– Идите к чёрту, Марков! – Калаус закрыл глаза, своим видом демонстрируя презрение к имперскому комиссару.
– Это следует понимать, председатель Калаус, как прелюдию к сотрудничеству по существу? Или как демонстрацию злостного неповиновения государственной власти?
Сенатор не ответил.
– Чего
– Чего я от вас хочу, имперская гражданка Дасалман? – осклабился тиррониец. – Во-первых: вы должны предоставить моим людям абсолютный – я подчёркиваю, гражданка, абсолютный! – доступ к архивам компании. Особенно меня интересуют исследовательские проекты вашей службы безопасности за последние тридцать лет. Во-вторых: вы не должны препятствовать аресту имперского гражданина Ормана Шайнара.
– Подонки! – прокомментировал Шайнар ультиматум Маркова.
– Но такие вопросы, комиссар, находятся в сугубой компетенции расширенного состава Совета, – Мила всё ещё пыталась играть роль уверенной в себе высокородной леди. – При согласии не менее двух третей от общего списка акционеров мы, конечно же, удовлетворим ваши требования, комиссар.
– Перед визитом сюда, имперская гражданка Дасалман, я внимательно прочитал устав «Эттли Касмик». В экстренных случаях он предусматривает, что решение по вопросам безопасности принимает председатель Совета лично. Сейчас как раз такой экстренный случай. Вы, гражданка, представительница одного из наиболее влиятельных альфийских кланов, контролирующих и эту компанию и, по большому счёту, всю вашу грёбаную Альфу Альфу. Так, сделайте милость, попытайтесь повлиять на этого упрямого осла, – Марков кивнул на застывшего в председательском кресле Калауса, – и все претензии государства лично к вам, гражданка, будут сняты. Иначе я решу, что вы являетесь активной участницей заговора, и вам будет больно. Очень больно.
– Мила, он тебя запугивает, – хмыкнул Шайнар. – Это насекомое не рискнёт пытать дочь великого Вудро Дасалмана.
– Не рискнёт? – Марков сделал незаметное движение пальцами. – Цу. Считайте, ребята, что вы меня достали.
«Паук» двинулся к Миле, на ходу разворачивая хватательные конечности. Та завизжала, пытаясь увернуться от манипуляторов киборга.
– Прекратите, Марков, – Калаус открыл глаза. – Это дешёвые трюки.
«Паук» схватил Милу за запястья, развёл и поднял ей руки. Из головного сегмента киборга выползла гибкая трубка-змейка и потянулась к шее допрашиваемой. На конце трубки засеребрилась тонкая игла. Распятая манипуляторами Мила с ужасом наблюдала за приближавшейся иглой.
– Сначала, гражданка Дасалман, – прокомментировал действия «паука» Марков, – киборг введёт вам в кровеносную систему полсотни наносканеров, являющихся частью высокоточного детектора лжи. Такого высокоточного, что ваши попытки солгать
– Прекрати! – Калаус почти кричал.
– Допуск к архивам, старый цурукан! Сейчас! Немедленно! – жёстко потребовал тиррониец.
Председатель вдруг успокоился. Совершенно спокойным голосом Калаус произнёс:
– Того, что тебе нужно, в наших архивах нет.
– Да? – Игла остановилась в сантиметре от шеи Милы. – Интересно… А где же, по-вашему, то, что мне нужно?
– Тебе нужны записи Тейсанболона. Их здесь нет, они на Ноле.
– Я вам не верю.
– А ты поверь. Ты зря потратишь время, Марков, копаясь в здешнем дерьме. Я знаю всё о проекте «Дейман». Я его курировал, сам тестировал и лично отбирал клонов. По контракту Тейсанболон передал мне и тогдашнему начальнику службы безопасности Сен-Аллену только готовые изделия – двух клонок и одного клона. Но технологии и секреты своего клана Тейсанболон сберёг в тайне. Никакой документации у нас нет. И никогда не было. Мы знали, что мэтр Тейсан сочувствует ноланскому подполью, но второго такого мастера не было. Только он мог создавать клонов-телепатов. Он был величайшим клоноделом. Непревзойдённым. И мы пошли на риск.
– Вы поставили под угрозу государственную безопасность, сенатор.
– Я отвечу за свои ошибки, Марков. Отвечу, не сомневайся. Но не перед тобой, безродным копом с грязной Тирронии… Если дойдёт до слушаний, я знаю, что рассказать сенатской комиссии… Мы тоже не пальцем деланы. Мы не доверяли клоноделу и по-своему страховались. Наши аналитики были уверены, что скрытый разрушительный потенциал Тейсанболон вложил в клона мужского пола.
– И вы его убили.
– Да. Несчастный случай. Несмотря на то, что уже заплатили за клона большие деньги. Не только ты, Марков, заботишься о безопасности государства.
– Плохо вы заботитесь, Калаус. Вас, как последних…
– Так вышло. Он был гением, этот Тейсан. Он долго готовил свою месть, он сидел во тьме и плёл паутину. Он рассчитал всё на много ходов вперёд. У нас не было столько времени на расчёты и предвидения. Мы бизнесмены, Марков. Мы занятые люди. Мы делаем деньги и защищаем наш бизнес. Поэтому спохватились слишком поздно и действовали без должной точности. Но можно, можно было ещё всё исправить, – Калаус кивнул на Шайнара. – Если бы Орман думал головой, а не яйцами… Тебе не надо было жениться на ней, Орми… Мы предупреждали его, но…
– Ты болтливый кретин, Нико, старый болтливый цурк… – Супруг Шермы обречённо покачал головой.
– Я забираю с собой гражданина Ормана Шайнара для проведения дальнейшего дознания, – отрезал Марков.
– Забирай. Ни я, ни Совет колонии не будем препятствовать. Пусть это ему будет уроком, – Калаус кивнул. – И отпусти Милу. Девочка не виновата.
– Не виновата? – Шайнар попытался встать, но киборг отреагировал на движение и направил на него парализатор. – Это же её грёбаный папаша предложил компании нанять ноланского клонодела. Это была ваша идея – твоя, Сен-Аллена и вашего покойного дружка Вудро. А отдуваться вы теперь предлагаете мне.