Плач земли
Шрифт:
Лекция протекала скучно. Наставница Элиор объясняла элементарные вещи — те, что Миа усвоила ещё на шестой или седьмой ступени первого этапа — а девушки в цветных платьях непонятливо таращились на доску, изрисованную меловыми загогулинами. Миа рисовала в тетради из грубой бумаги цветы и бабочек, в то время как Кантана сосредоточенно записывала фразы за лектором. Бросив взгляд в тетрадку подруги, Миа с ходу обнаружила три нелепые ошибки, искажающие смысл сказанного. И к чему удивляться, что Кантана не понимает алгебру? Тьфу ты: арифметику. Здесь всё называется
Наставница Элиор методично рассуждала о пользе теоремы Виета, а Миа, утомлённая рисованием каракулей, следила за игрой бликов. Фрески выпускали на подоконник цветные кружочки и треугольники. Потоки света плавали в воздухе, преломляясь на стеллажах, кафедре и торцах деревянных столов. Импровизированная иллюминация напомнила Мии уютные иммортельские вечера в канун праздников, когда улицы и деревья украшены плакатами и гирляндами. Когда каждый встречный улыбается тебе — просто так, без причины. Когда надежда сильнее, чем горькая реальность: настолько, что верится в чудеса. Интересно, как там Иммортель? Стоит ещё? Скоро ведь Новый год! Должно быть, подготовка к празднику идёт во всю… За родителей Миа, как ни странно, не волновалась. Им приходилось переживать и не такое.
Уж она-то знала.
— Сможет ли кто-нибудь из слушающих доказать теорему Виета? — Наставница Элиор постучала указкой по кафедре и вывела Мию из приятного ностальгического оцепенения. — Сасси?
Сасси напряжённо замотала головой:
— Мне нехорошо сегодня, Наставница. Голова кружится. Я посижу лучше.
— Кантана? — на лице Наставницы заиграла усмешка. — Ты тоже не можешь?
— Я могу, — замялась Кантана, краснея. — Могу. Просто я взволнована. Я соберусь с духом и попробую позже.
— Позже, Кантана, уже не нужно будет. Ты ведь так хорошо решила контрольные! Без единой ошибки. И даже задания наставнического уровня.
— Можно я докажу? — перебила Миа, поднимая руку.
— Миа? — удивилась Наставница. — Прошу, если есть желание. Не бойся, если вдруг ошибёшься. Не ошибается только тот, кто ничего не делает.
Завистливые взгляды ввернулись в спину, подобно ржавым шурупам. Мел заскрипел на пальцах, иссушая кожу. До чего отвратительное ощущение! Но ещё противнее стало, когда меловой грифель начал царапать на доске цифры и буквы. В голове Мии всплывала программа первого этапа образования, безошибочно выдавая доказательство. Перед глазами возникла нужная страница электронной книги. Оставалось лишь переписать всё на доску!
— Вот, — она развернулась к аудитории и поймала ошарашенный взгляд Наставницы.
— Кто учил тебя? — пробормотала она с изумлением в голосе.
— Я не посещала Наставню с детского возраста, — выдала Миа заученную легенду. — Просто я внимательно Вас слушала, Наставница.
— Оно и видно, — Наставница поддела тетрадь Мии, развернув её веером. Страницы обнаружили цветочный орнамент. — Ты прекрасно слушала лекцию, Миа. Так, что даже не удосужилась ничего записать.
— У меня просто способность врождённая, — попыталась отвертеться Миа. —
— К алгебре?!
— К арифметике, я хотела сказать, — Миа почувствовала, что краснеет.
— Как бы там ни было, это просто удивительно, — констатировала Наставница Элиор со знанием дела. — Я сама лишь недавно освоила доказательства теорем. А ты — моментально.
— Это же шестая или седьмая ступень первого этапа, — Миа снова болтанула ненужного. — Что здесь может быть сложного?
— Этапа?! — Наставница развела руками. — Мне говорили, что гении — странные люди, но чтобы настолько!
— Я хотела сказать, что выучила доказательство в один этап, — попыталась оправдаться Миа. — С первого раза, то есть.
— Молодец, Миа, — подытожила Наставница. — Ты заслужила высшего балла. Можешь сесть на место.
Миа вышла из-за кафедры и направилась к столу. Мысль о том, что она здорово себя подвела, колотилась в голове, как птица, запертая в клетке. Всё вокруг смазалось: и колонны, и цветные платья слушающих, и завистливо-гневное лицо Сасси, словно сжатое в кулачок, и испуганный взор Кантаны, замаскированный тёплой улыбкой.
— Тебе не кажется, что ты наговорила лишнего? — высказалась Кантана, едва Миа опустилась на свой стул.
— Я не виновата, что ваша учебная программа такая глупая, — Миа скривила губы. — Меня просто возмутил этот факт.
— Так, что ты чуть не сдала и себя, и меня?!
— Представь себе, — Миа улыбнулась. — И такое бывает.
— А если все всё узнают?!
— Кантана, — Миа попыталась взять себя в руки и представить на своём месте Нери. — Пойми, что разгадка уже у самого носа Совета. Как бы всё не вскрылось сегодня. Твоя мать обещала мне весёлую поездку сразу после Наставни. Если они снова заставят меня колдовать, всё станет очевидно.
— Скажи, что не можешь по заказу, — зашептала Кантана. — Сложно, что ли?
— Поверь, Кантана, — мурашки побежали по коже, — твоя мать — не такая уж дура. И, если быть предельно откровенной, мне кажется, она уже всё знает.
— Если бы она знала, — возразила Кантана, — то я уже давно коротала бы свои годовые циклы в Пропасти.
— Но ты же её дочь. Она жалеет тебя, только и всего!
— Элатара ведь не пожалела! — опровергла Кантана. — И меня не пощадит, если всё станет ясно.
— Разговоры! — Наставница Элиор звонко захлопала в ладоши. — Тишина в аудитории!
Миа отвела взгляд. Она знала, что Кантана права. Если тайна всплывёт, не поздоровится никому. И им с Нери в том числе. Дальнейшие перспективы казались нерадужными: побег — в лучшем случае, а в худшем… Об этом Миа даже думать не желала.
А самым страшным казалось то, что истина давно лежала под носом у Анацеа. И ей требовалось лишь наклониться, чтобы увидеть, что к чему.
3
— Просто повторяй за Тиарэ, Миа, — глаза Анацеа загорелись недобрым огоньком. — Это несложно. Может немного закружиться голова, только и всего.