Плакса
Шрифт:
Конечно, если верить спортивным комментаторам моего мира, общий тоннаж ударов тоже играет роль, поскольку имеет особенность накапливаться, но я пока ничего подобного не замечал. Разве что два особо крупных агрессора заметно прихрамывали, из-за того, что я успел стукнуть каждого по лодыжке.
Смотреть приходилось сразу во все стороны, как это обычно случается, когда противников больше трех. Поэтому толком понять, как там дела у Пройдохи, я мог только на слух. И, исходя из того, что мне удалось услышать, Эдвардс еще дрался.
Сначала я обрадовался этому, понимая, что он, как минимум,
Хорошо, хоть борьба в этой местности была не в почете, иначе меня бы уже давно сбили с ног и тупо задавили бы числом и массой. А так у меня еще были какие-то шансы.
Скажубез ложной скромности, что даже будучи вполне физически сильным человеком, я порой активно интересовался видами боевых искусств, где было принято не столько применять свою силу в бою, сколько использовать силу противника против него же самого. Практиковал я подобные занятия мало и со скрипом, потому что был относительно медленным и неповоротливым. Поэтому сейчас, обладая теоретическими знаниями и нужной конституцией, я, все же, больше импровизировал, чем действовал уверенно, отточено и расчетливо.
Когда мужики поняли, что толпой только мешают друг другу, они начала атаковать по одному или парами. Пока они не эволюционировали до троек и четверок, я сделал финт ушами.
Провалив одного из самых низкорослых нападающих, я резко с ним сблизился и очень быстро взял руку на болевой прием прямо в стойке. Он ожидаемо нагнулся к земле, но был остановлен на полпути моей ладонью, улегшейся на его покатом лбу, в то время как пальцы уже нашли впадины его глазниц. Теперь я мог прикрываться им от атак его товарищей, водя его перед собой из стороны в сторону. Пока они были впечатлены таким поворотом событий, это у меня получалось. Но вскоре нападающие убедились, что делаю я это коряво и медленно, и снова кинулись в атаку.
Пришлось бросить своего пленного под ноги двум его подельникам, попутно вывихнув ему руку. Сам же я, пользуясь падением сразу двух противников, вырвался, наконец, из окружения!
При этом я оказался немного в стороне от разворачивающихся событий и увидел, что Пройдоха бьется всего с одним противником – тем самым Карлом. Остальные здоровые мужики лежа скучали в пыли в достаточно картинных позах.
Это открытие меня немного успокоило, и я, ожидая скорой поддержки, сам пошел в атаку на бестолково перегруппировывающегося противника.
Их оставалось шестеро, а это значило, что я обезвредил уже почти половину! А ведь я еще не использовал свой арсенал ударов коленями и локтями. Так что, пора показать этим недомеркам, чего я стою в ближнем бою!
Уверен, что Пройдоха присоединится к нашему спортивно-прикладному празднику уже через несколько секунд, раз уж он уже успел наглухо вырубить не меньше семи здоровенных мужиков.
Мое летящее колено остановило мужика и выбило из него воздух. Не давая врагу разогнуться, я обрушил на него правый локоть, а спать уже отправил боковым ударом левой ноги ни то в челюсть, ни то в шею. Отслеживать траекторию удара было некогда, потому что
А после экватора мне на помощь тут же пришел его величество случай: уходя от атаки, я смог подбить ногу нападающего так, как совсем недавно сделал это с Эдвардсом. Мой противник всем весом упал на выставленную вниз прямую руку, которая тут же очень неестественно изогнулась в ту сторону, куда обычно руки по собственному желанию не гнуться, и послышался предельно неприятный хруст. Впрочем, его тут же заглушил крик этого растяпы.
Это что же получается? Так я могу и без всякой помощи обойтись?
Но, не тут-то было. Оставшиеся на ногах не покалеченные противники оказались осторожнее своих подельников. Они, наконец, поняли, как стоит со мной действовать и, присогнувшись, вытянув вперед руки, начали сходиться ко мне.
Даже четверых атакующих было достаточно, чтобы взять меня в кольцо. К тому же, с непривычки у меня сильно болели руки, а поднятая в воздух пыль сильно мешала дышать и лезла в глаза.
Местные же мужики, казалось, ее вообще не замечали.
Да где же Эдвардс? Чего он так долго возится с одни единственным соперником?!
Пришлось и мне эволюционировать. Один из атакующих, видимо, старший той группы, что отсекала нам отход, опередил подопечных примерно на шаг, показывая своим примеров, что нужно делать. Его-то я и выбрал своей целью. Резко сократив расстояние между нами, я одновременно с этим звонко хлопнул в ладоши прямо возле его носа. Уже откровенно побаивающийся меня мужик, рефлекторно отдернул голову назад, поднимая вверх подбородок.
Ну, кем бы я был, если б не воспользовался таким подарком судьбы? Правильно, неблагодарной скотиной! Так что, пришлось воспользоваться – двоечка в шею и контрольный удар пальцами по глазам наотмашь!
Осталось всего трое. Причем, все прямо молодые, и довольно напуганные. Лишившись старшего товарища, они продолжали наступать на меня, но уже как-то довольно неуверенно.
Тут уж я, решив хитрить до конца, посмотрев за спину одному из них, сделал радостное лицо и сказал: «Эдвардс, ну наконец-то!».
Парень резко втянул голову в плечи и, даже не обернувшись, со всех ног бросился наутек. Что характерно, двое его товарищей, прекрасно видевших, что Пройдоха все еще связан боем, тоже решили поддержать порыв своего подельника и скрылись в клубах поднятой им пыли.
Выходило, что не Эдвардсу предстояло прийти мне на помощь, а очень даже наоборот.
По небольшой дуге, чтобы хотя бы пару раз вдохнуть чистого воздуха, я приблизился к дерущимся, присмотрелся и оторопел!
Глава 19 (Заключительная)
Во все тяжкие
То, что я наблюдал, не походило ни на что виденное мною ранее. Моментами бой Эдвардса и Карла напоминал ничем не примечательную драку двух спортивных мужиков, но порой, словно по команде, все резко менялось. Движения противников ускорялись настолько, что я просто не мог за ними уследить. Причем, промежутки между ускорениями были разные. Да и инициатором этих ускорений был то один боец, то другой.