Пламя Севера
Шрифт:
Сказав это, я кивнул на штандарты, которые развевались на ветру над головами моих соратников.
— Все, что я услышал в ответ на ваши вопросы, ваше величество, так это какие-то сомнительные увиливания и бездоказательные обвинения в наш адрес. Молчание или уклонение от прямого вопроса — это ли не признак слабости и трусости?
Если бы Эйрик Железнозуб мог сжигать взглядом, я бы уже превратился в пепел. Да, я никого конкретно не называл, но по гулу толпы всем, похоже, было ясно, что только что прилетела
Только что я нажил себе еще одного врага, но вместе с тем все вестонцы, присутствующие сегодня в лагере конунга, запомнят мои слова и уже скоро о моем поступке и его причинах будут знать в королевском дворце Эрувиля. Кроме того, помимо врага, у меня появился могущественный доброжелатель.
Одобрительная улыбка Бьерна Острозубого была тому доказательством. Он смотрел на меня с еще большим интересом. Он не торопился что-то говорить. Ведь без ответа мой выпад явно не останется.
Эйрик Железнозуб не заставил себя долго ждать.
— Я вырву и сожру твое сердце! — взревел он, сжав широченные кулаки. — Я раздавлю тебя, как мелкого слизняка!
Я почувствовал, как за моей спиной шевельнулся Сигурд. Глава Бурых Волков только что нанес мне оскорбление, и я просто обязан его вызвать на поединок. Мой телохранитель был уже готов выйти в круг. Но, увы, все не так просто. Главной проблемы это не решало.
Не обращая внимания на взбешенного Эйрика, я спокойно обратился к Острозубому:
— Ваше величество, обратите внимание — даже сейчас глава Бурых Волков пытается увильнуть от ответа.
Я обернулся к своим соратникам, а потом обвел взглядом обступивших нас северян. Словил горящий взор принцессы Астрид и недоуменный Хельги. Разглядел бледное лицо принца Луи, который продолжал озадаченно взирать на обступивших его людей. Похоже, он так до конца и не понял, что сейчас происходит.
— И я знаю, почему он это делает! — громко, так, чтобы все меня могли услышать, произнес я.
Толпа колыхнулась. Я почувствовал шевеление у себя за спиной. Это Сигурд и Аэлира готовились к бою.
— Говорите, шевалье! — зычный голос конунга Острозубого перекрыл гул толпы.
Я указал рукой на волокуши, на которых лежали тела оборотней.
— Ваше величество, там, на хуторе мне удалось допросить одного из них перед смертью!
— И что же он вам рассказал? — глаза Бьерна были похожи на два ледяных осколка. Наши взгляды встретились. Хех… А ведь конунг обо всем знает. Вот почему он не был удивлен, когда увидел трупы Бурых Волков.
Над лагерем повисла гнетущая тишина. Толпа при свете мерцающих огненных языков замерла в ожидании, внимательно следя за развитием ситуации. Глаза людей, отражающие блеск огня, были направлены на меня.
Освещенные тусклым, но живым сиянием лица людей выражали всю палитру их эмоций. Некоторые из людей,
Здесь и там свет факелов падал на блестящие доспехи и оружие, добавляя зловещего блеска к этому зрелищу. Тени, отбрасываемые людьми и факелами, танцевали на земле и стенах лагеря, создавая мрачную и таинственную атмосферу.
— Вся эта охота на волков всего лишь приманка! — выкрикнул я. — На самом деле Бурые Волки готовили покушение на вас, ваше величество! Тот, кого я допросил, сообщил мне, что Эйрик Железнозуб хочет отомстить вам за потерю Варглунда. А стая волков… Среди трупов лежит некий Сверре Лунный Зверь, он смог натравить Младших на ваше ленное владение!
Когда я замолчал, над лагерем продолжала висеть гробовая тишина. А потом казавшийся до этого общим строй северян неожиданно пришел в движение и разделился. Люди Острозубого и Союза Пяти с одной стороны, воины конунга Харольда — с другой.
Бьерн Острозубый, дослушав меня до конца, повернул голову в сторону Эйрика Железнозуба. Они, молча, ненавидящими взглядами смотрели друг на друга. И снова в самый неожиданный момент в назревающий конфликт влез конунг Харольд.
— Это серьезные обвинения! — воскликнул он и положил свою ладонь на широкое плечо Эйрика Железнозуба, который, кажется, прямо сейчас был готов обратиться и броситься на конунга Винтервальда.
Откровенно говоря, такой вариант меня бы устроил, но я понимал, что это дело так просто не закончится.
Эйрик вздрогнул от прикосновения конунга, и в его взгляде появилось понимание. Харольд не позволил ему сорваться и дал подсказку, как действовать дальше.
— Все, о чем говорит этот южанин, ложь! — воскликнул Эрийк и вонзил в меня свой горящий взор. — Если у него есть доказательства, пусть предъявит их!
Я обернулся и взглянул на Сигурда. Тот было дернулся вперед, но я покачал головой, останавливая его. Это, пожалуй, единственный случай, когда в круг я должен войти самолично.
Я чувствовал на себе напряженные взгляды вестонцев и северян. Те, кто понимал, что произойдет дальше, смотрели на меня как на покойника.
Расправив плечи и гордо подняв голову, я сделал шаг вперед и громко произнес:
— Клянусь честью моего рода и памятью моих предков, что все ранее сказанное мной — правда! Я обвиняю Эйрика Железнозуба в том, что он, подло воспользовавшись объявленным перемирием, готовил ловушку, дабы погубить конунга Бьерна Острозубого! И раз волею небес преступники были нами уничтожены, я снова призываю богов, новых и старых, южных и северных, дабы они разрешили этот спор!
Я взглянул на Эйрика Железнозуба.