Пламя Севера
Шрифт:
— Ты прав, — произнес я. — Не ты один это заметил. Так что, на всякий случай, будь наготове и наших предупреди. Полагаю, пока действует перемирие будет относительно тихо. Но кто даст гарантию, что оно продлится после объявления победителя турнира?
— Я вас понял, ваша милость, — произнес Жак и тут же торопливо добавил: — Но это еще не все новости, которые я хотел вам рассказать.
— Говори.
— Уже возвращаясь назад, мы остановились на ночевку на постоялом дворе, — начал говорить Жак. — Это в дне пути от Фьердграда…
Он потер свой подбородок и продолжил:
—
— Арвида Улссона? — уточнил я. — Значит, папаша его не прибил за самоуправство? Он узнал тебя?
— Да, — ответил Жак. — Сперва он очень разозлился. Пришлось немного пошуметь.
Сказав это, Жак потер костяшки кулаков, а я усмехнулся.
— Потом я предложил выпить. Он согласился. А дальше все пошло как по маслу. Кружка за кружкой и даже никаких магических зелий не понадобилось, Арвид сам разговорился.
— Его отец продолжает скупать рабов для жрецов? — спросил я.
— Так и есть, — ответил Жак. — Несмотря на тот прокол сыночка, даже расширил дело.
— Я так понимаю, мытари конунга Острозубого в доле.
— А то как же! — усмехнулся Жак. — Здесь подмазал, там отсыпал немного серебра — и все дороги открыты. И все при этом довольны и помалкивают.
Жак замолчал на мгновение и хитро улыбнулся.
— Но не это самое главное. Уже ночью Люкас решил разнюхать, что еще везут господа купцы. Он, как я уже вам говорил, у нас в отряде лучшим разведчиком был. Особенно в лесу хорошо себя чувствует. Теперь-то я уже понимаю, почему. В общем, в том фургоне, в котором путешествовал жрец, было несколько любопытных сундучков. Когда Люкас заглянул в окошко фургона, один из них был открыт. Люкас сказал, что столько крудов он еще никогда в своей жизни не видел.
Мы с Жаком одновременно улыбнулись.
— Продолжай, — кивнул я.
— Я узнал, куда они свозят рабов. В дне пути от того постоялого двора есть большой особняк, который принадлежит одному из тех, кто в доле с контрабандистами. Там папаша Арвида дает рабам набраться немного сил, а потом их уже отправляют дальше, на земли конунга Харольда. Со слов Улссона, особняк охраняет пятерка ледяных рыцарей и еще несколько обычных бойцов.
— Погоди, — остановил я Жака и громко позвал: — Бертран!
Спустя несколько мгновений дверь в мою комнату открылась и на пороге появился мой камердинер.
— Позови Сигурда.
Бертран кивнул и уже через минуту вернулся в сопровождении страйкера, который нес ночное дежурство у моих дверей.
Отпустив Бертрана, я показал Сигурду на один из стульев и произнес:
— Садись и послушай. Наверняка тебе будет интересно.
Жак по моей просьбе повторил свой рассказ. Сигурд все это время слушал его, почти не мигая. На мгновение мне показалось, что в его глазах вспыхнула искра гнева.
Когда Жак закончил, я обратился к страйкеру:
— Знаю, что я нанял тебя и Аэлиру прежде всего как телохранителей. И то, что я собираюсь тебе предложить, не совсем законно…
Сигурд приподнял руку, останавливая меня.
— Ваша милость, позвольте сэкономить ваше время. Если хотите
Глава 20
До особняка некоего винтервальдского купца, покрывавшего делишки жрецов Ледяного храма, мы добрались меньше чем за сутки. Жак говорил о двух днях, но они с Люкасом путешествовали на небольшом фургоне, специально приобретенном на рынке в Фьердграде. Мы же ехали верхом одвуконь, чем, собственно, значительно сэкономили время.
Помимо Сигурда, Аэлиры и Жака, я взял с собой и Люкаса. Уговаривать его не пришлось. Когда я предложил ему поучаствовать в нашем походе, он тут же согласился, особо не раздумывая. У него, как и у моих телохранителей, со жрецами были свои счеты. Плюс каждому участнику была обещана доля. Так что члены моего отряда были отлично замотивированы.
Жилище купца назвать особняком в прямом смысле этого слова было сложно. Правильней сказать — это была небольшая деревянная крепость, обнесенная частоколом и расположенная на берегу реки. Хозяин не поскупился и позаботился о своей безопасности. Впрочем, в этом суровом краю иначе нельзя.
Временный лагерь мы разбили в небольшой рощице недалеко от жилища купца. И вот сейчас, схоронившись среди деревьев на опушке, наблюдали, как из крепости выезжает пустой караван, во главе которого верхом на крупной лошади ехал широкоплечий чернобородый северянин. Рядом с ним, покачиваясь в седле, ехал мой старый знакомый, Арвид Улссон. Судя по явному сходству этих двоих, нетрудно догадаться, что чернобородый являлся отцом Арвида.
— Куда это они на ночь глядя? — буркнул Люкас.
— Едут в сторону Фьердграда, — произнес Жак, сидевший рядом со мной. — Думаю, до заката доберутся до постоялого двора. Видать, не хотят долго находиться возле жрецов. Арвид жаловался мне, что рядом с «ледяными» ему не по себе. Как пить дать, папашка его такого же мнения.
А потом добавил:
— Нам же лучше. Меньше мороки.
Тут я с ним согласен. Отец Арвида увозил с собой десяток бойцов. Они, конечно, еще те вояки, помнится, им наваляли тогда уголовники из-за долга сыночка, но так или иначе своим отъездом они упростили нам задачу.
Я втянул воздух носом и принюхался. Аэлира и Сигурд вернулись. Я их отправлял осмотреть крепость с тыла.
Через несколько мгновений насторожился Люкас. Я лишь кивнул сам себе. Хорошее чутье у боевого товарища Жака. Тоже ощутил приближение наших разведчиков.
— Помимо пятерых рыцарей, особняк охраняют семеро бойцов, — докладывал мне Сигурд спустя несколько минут. — Слуг хозяина крепости не видно. Думаю, их там просто нет. Но это понятно: жрецы не любят, когда в их дела суют нос. Кстати, их там трое.
— Знаешь кого-нибудь из них? — спросил я.
— Всех, — кивнул Сигурд. — С одним из жрецов вы тоже уже знакомы.
— Эймунд Ларссон?
— Он самый, — подтвердил Сигурд и его рот искривила хищная улыбка. — А с ним еще двое — Гирд Ранте и Ульрих Йенсен. Встрече с последним я особенно рад. Сразу хочу предупредить — он мой.