Пламя Силаны

Куранова Ольга Алексеевна

Рейз слышал о том, что жрицы Майенн могли согреть себя даже в самый лютый холод, но Силана явно этого не делала. Или же ей все еще не хватало сил. Он так и не спросил, успела ли она восстановиться.

— По статусу? — с вежливым интересом спросил торговец.

— Она жрица Майенн, — с затаенной гордостью сообщил ему Лиам, так, словно жречество Силаны было его личной заслугой. — Так что не вздумай предложить нам какую-нибудь ерунду, — он положил ладонь на рукоять гладиаторского клинка, и изобразил самую паскудную

свою усмешку. — Не то порубаю.

Рейз почувствовал, что краснеет от стыда за него.

Торговец с опаской отодвинулся подальше, передернулся и, явно заставляя себя улыбаться через силу, обратился к Рейзу:

— У вашего сына крутой нрав.

— Эй! — возмутился Лиам. — Я ему не сын! С чего вы взяли? Мы же вообще не похожи!

— А ты чаще называй меня папашей, — мрачно посоветовал ему Рейз. — А то в городе еще остались люди, которые не считают нас родственниками.

— Это просто обращение, папаша. Кто в здравом уме подумает, что от тебя могу родиться я?

Видимо, кто-то мог.

Торговец снова улыбнулся, явно пытаясь спасти ситуацию и сказал:

— У меня есть прекрасные платья для госпожи жрицы. Именно то, что соответствует по статусу, и в чем не стыдно было бы показаться перед самим князем.

Судя по его лицу, услышав слово «жрица», торгаш уже мысленно умножил все свои цены на два.

— Ты только не наглей, — мрачно посоветовал ему Лиам. — А то знаю я вас. Как услышите, что кто-то не бедняк, так и начинаете нули на цены накручивать. Имей ввиду, принесешь какую-нибудь дрянь, я сразу определю.

Силана неловко отступила на шаг, спрятала руки под плащом. Кажется, ей было неуютно, и Рейз сказал:

— А тебе самой чего бы хотелось?

Он спрашивал про цвет, про фасон — ведь были же у нее предпочтения, хоть какие-то.

Но Силана ответила только:

— Что-нибудь не слишком дорогое. Может быть, это? — она указала на одно из платьев, разложенных на прилавке. Явно ткнула наугад. Платье было серым и даже на прилавке казалось скучным.

Лиам оглядел его с сомнением:

— Нет. Точно нет.

— Тогда… — начала она, беспомощно оглядываясь по сторонам и, к счастью, тут подоспел уже сам торговец. Он вытащил одно из платьев, продемонстрировал Рейзу:

— Господин, есть прекрасный товар. Аравинский крой. Смелый выбор, но в высшем свете они весьма ценятся. Аристократы привозят их женам, как военные трофеи.

Силана побледнела и смотрела на платье не отрываясь. Рейз поймал себя на желании прижать ее к себе, укрыть от торговца.

Она сжимала край плаща так, что побелели костяшки.

— Убери, — скомандовал Рейз. — И ничего аравинского больше не предлагай. Нам это не подходит.

Торговец понял его мгновенно, заулыбался еще искреннее, сноровисто достал другую одежду.

Дженна приучила Рейза не экономить на том, что он носит, покупать только хорошие

вещи, которые прослужат долго.

Одежда, конечно, не могла превратить мудака в героя, но она сильно меняла отношение людей к тебе. Рейз об этом знал и научился использовать.

И, видимо, торговец это тоже понимал, или же на него подействовали слова Лиама, но все, что он доставал и демонстрировал было качественным.

Некоторые платья Рейзу нравились, отлично бы смотрелись на Дженне или Мелезе, но совершенно не подходили Силане. Он и сам не мог этого объяснить.

Она явно чувствовала себя неловко, готова была схватить первую попавшуюся тряпку, и все пыталась выспросить у торговца, что из всего этого было самое дешевое.

Тот, к счастью, оказался не дураком, и все вопросы о стоимости мягко сводил на нет.

Рейз опасался, что Лиам будет на стороне Силаны и начнет мешаться, но тот неожиданно отнесся к выбору платья на удивление серьезно и со знанием дела. Видимо, его мама и правда была аристократка, и она научила сына отличать хорошие вещи от плохих.

В лавке они проторчали около часа. Рейз несколько раз едва ли не силком загонял Силану мерить платья — у торговца был небольшой закуток, где можно было переодеться.

— Тоже нет, — скептически оглядев ее в очередной раз сказал Рейз. — Примерь теперь вон то, серое.

— Вы уверены? — нерешительно и понуро спросила она. — Мне кажется, можно взять это. Или предыдущее голубое. Оно же вам понравилось.

Голубое действительно Рейзу понравилось — оно было светлое, легкое. Узоры вышивки напоминали иней на стекле, и оно неплохо смотрелось, но Рейз не оставлял надежды найти что-нибудь более достойное.

— Уверен, уверен, — вместо Рейза ответил ей Лиам. — Ты хочешь идти на праздник в нормальной одежде или нет?

— Но…

— Вот иди и переодевайся.

Даже по мнению Рейза это было резковато.

— Впервые вижу женщину, которая настолько не любит наряжаться, — вежливо заметил торговец, убирая одежду, которая не подошла.

— А ты предложи нам что-нибудь особенное, — ехидно вмешался Лиам. — Чтобы даже ей понравилось. Вдруг она и полюбит.

Может, мама аристократка и научила его разбираться в одежде, но уроки поведения пацан явно прогуливал.

Рейз уже хотел вмешаться, извиниться за его грубость, но в лавку зашел новый покупатель, и торговец отвлекся.

Покупатель оказался высоким, темноволосым парнем с обожженным лицом. Шрам словно отпечаток ладони уродовал его щеку, и из-за этого один глаз казался ниже другого. И было в его лице что-то еще… Что-то странное.

Рейз не стал пялится, чтобы не нарываться. Тем более, что на шрамы ему обычно было наплевать.

Парень оглянулся, словно выискивал кого-то, задержался взглядом на занавеске, за которой переодевалась Силана, и спросил: