Пламя Силаны

Куранова Ольга Алексеевна

Судья скривилась и долго ничего не говорила. Вместо нее заговорил Вейн:

— Свидетель? Свидетель чего? Того, что я сошел с ума и решил отравить собственного гладиатора? Зачем, чтобы проиграть бой и лишиться денег? Вы выжили из ума, Каро.

— Я говорил не с вами, Вейн. Я говорил с Госпожой Закона. Знаете, одно из преимуществ государственного агента. Я могу вмешаться. И не сомневайтесь, вмешаюсь.

Вейн улыбнулся:

— Вмешивайтесь сколько хотите. Но не сомневайтесь, справедливость и закон все равно восторжествуют.

Так что зовите своего свидетеля, он ничего не изменит.

Каро подался вперед, будто гончая, которая почуяла кровь:

— Золотые слова. Вот и отлично. Госпожа Закона, даже обвинение согласно выслушать моего свидетеля. Последнее слово за вами.

Она молчала, а Рейз отчетливо осознавал — в тот момент решалась его судьба. Как две дороги, и только одна из них вела к спасению.

Только один ответ, и все зависело не от него. Даже не от Силаны — от незнакомой женщины со строгим взглядом и неулыбчивыми губами.

«Согласись», — мысленно просил ее Рейз. — Пожалуйста, скажи да. Только сейчас, это важно. Согласись».

И судья кивнула:

— Хорошо. Вы в своем праве, Каро. Зовите своего свидетеля.

Каро склонил голову еще раз и произнес:

— Благодарю. Тогда я вызываю Эная Лот’Арне. Княжеского посла Аравина.

Рейз не увидел, всем телом почувствовал, как вздрогнула Силана, повернул к ней голову.

— Что? — тихо спросил ее Рейз. — Силана, в чем дело?

— Энай… — тихо отозвалась она. — Спрашивать его — это риск. Он ненавидит жриц. Рейз, сейчас… если Каро ошибся, если Энай захочет, он сможет меня уничтожить.

Глава 47

***

Силана знала, что Энай будет на суде — Каро говорил ей, объяснял, что это необходимо и что бояться нечего. Он был абсолютно уверен, что Энай подчинится ему, что не ударит в спину.

Силана соглашалась, потому что не могла предложить ничего другого, не знала, как справиться с Вейном самой. Она соглашалась, и ей было страшно.

Ей казалось, она запомнила его навсегда. Его ожоги, его ненависть, как он выл, когда Каро загнал его в угол, но, когда Энай появился, Силана его даже не узнала поначалу. Он выглядел… сломленным. Была в его осунувшейся фигуре какая-то хрупкость, изможденность сродни болезни. Недугу, от которого не помогли бы ни лекарства, ни пламя.

Прежде, чем подойти к судье ближе, Энай задержался на полшага, на полвздоха. Посмотрел Силане в глаза.

Она невольно вздрогнула, и страх — тщательно подавляемый страх всколыхнулся внутри волной, сжал ледяными когтями. Энай мог все разрушить, мог одним словом отправить Рейза на эшафот. Просто, чтобы сделать Силане больно.

И она видела по глазам — Энаю этого хотелось, сделать ей больно.

Рейз положил руку ей на плечо, и она вздрогнула, бросила на него быстрый взгляд.

— Эй, — тихо шепнул он и улыбнулся. Измученно и слабо, но ей сразу стало легче. — Ничего не бойся. Или я тоже начну.

Силана заставила себя

кивнуть в ответ.

— Какой необычный свидетель, — Вейн коротко кивнул Энаю, а потом повернулся к Каро. — Каро, скажите, а вы решили притащить в суд всех моих друзей или Энай особенный?

— Надеюсь, — легко отозвался Каро, — одного вашего друга мне хватит.

— Чтобы обвинить меня в безумии и в том, что я подыгрываю собственным противникам на Арене? Вряд ли.

Судья снова стукнула в гонг:

— Хватит разговоров. Угомонитесь, Каро, или я выведу вас из зала. А вы, Вейн, прекратите улыбаться. Я не выгоняю вас только потому, что вы решили сами представлять себя в суде.

— Я прошу прощения, Дева Закона, — Каро поклонился. — Боюсь, я слишком легко поддаюсь на провокации.

Силана мимоходом заметила, как среагировали на эти слова и Джанна, и Мелеза — совершенно идентично, одновременно закатили глаза.

— Посол Энай, — обратилась судья. — Вы согласны дать присягу, что готовы свидетельствовать по законам нашего государства?

На сей раз Энай посмотрел не на Силану, на Вейна — так же задержался взглядом, а потом кивнул и ответил:

— Готов.

— Вы готовы принести обеты, что не станете лгать, пользоваться своим статусом для того, чтобы повлиять на исход дела, и что будете говорить правду и ничего кроме правды?

— Я согласен.

Судья кивнула:

— Хорошо. Каро, если вы утверждаете, что господин Энай должен что-то рассказать суду, вам придется спросить самому. Раз уж вы не предупредили об этом свидетеле раньше.

Каро улыбнулся, широко и хищно:

— С удовольствием, Дева Закона. Вы же знаете, я всегда готов помочь суду, — он повернулся к одному из ассистентов судьи. — Принесите орудие преступления. Подайте господину Энаю, пусть рассмотрит поближе. Только не порежьтесь, Энай.

Ассистент дождался кивка судьи, и отнес меч Энаю, но отдавать в руки не стал. Почтительно протянул перед собой, аккуратно держа лезвие в перчатках.

Силана почувствовала, как напрягся Рейз, придвинулась ближе, без слов обещая поддержку, хотя и сама боялась. Сердце колотилось гулко и быстро, и, казалось, отмеряло время.

— Вы знаете, что это, Энай? — спросил Каро.

— Гладиаторский клинок, — спокойно отозвался тот. В голосе звучал отчетливый аравинский акцент.

— Вы видели его раньше?

— Нет. Думаю, нет.

— Вы уверены?

— Не уверен, — Силана напряглась, но Энай продолжил. — Я видел множество гладиаторов, но не рассматривал их оружие. Могу перепутать.

Он говорил почти не запинаясь, а когда впервые встретился с Силаной все время срывался на аравинские слова.

— Присмотритесь к лезвию. Замечаете что-нибудь необычное?

Энай присмотрелся, сделал знак ассистенту перевернуть клинок, а потом кивнул:

— Я узнаю аравинский яд. Из тех, что войска моей страны использовали для устранения офицеров.