Шрифт:
Глава 1
Мариэль Девенпорт с тоской оглядела сверкающую бриллиантами, одетую в платья от лучших дизайнеров и овеянную ароматами дорогих духов толпу гостей. Отдельные лица она узнавала, но большинство казались ей незнакомцами: десять лет отсутствия — это долгий срок.
— Напомни мне еще раз, зачем я притащила свое измученное десятичасовым перелетом тело на эту свадьбу, когда могла уложить его спать в мягкую уютную постель?
Она посмотрела на сестру Фиби поверх обязательного для всех гостей бокала с шампанским. Для всех, кроме Мариэль, у которой в бокале плескалась обычная минеральная
— Потому что ты моя старшая сестра и очень меня любишь. А еще потому, что последний раз я видела тебя во время круиза по Средиземному морю три года назад, — откликнулась Фиби, сияя улыбкой.
Мариэль недоверчиво покосилась на сестру:
— И совсем не потому, что твой бойфренд бросил тебя в…
— Ты хочешь сказать — бывший бойфренд, — сердито поправила ее Фиби, залпом допив свое шампанское и оглядываясь в поисках нового бокала. — Наши отношения с Кайлом — это уже история. Мужчины. Кто вообще станет доверять им?
— Действительно, кто? — Мариэль опустила взгляд, вспоминая о причинах своего экстренного побега из Парижа.
Фиби испуганно прикрыла рот рукой:
— Ой, Мари, прости меня, я не хотела.
— Не стоит, я была круглой дурой. Этого больше не повторится, — ответила Мариэль, пряча глаза. Разве она уже не давала себе точно такое же обещание в прошлый раз? Прямо здесь, в ее родном городе?
— Мне нравится твой настрой, — энергично кивнула Фиби, от чего ее золотистые кудряшки рассыпались по открытым плечам. — Давай вместе дадим новогодний обет: никаких мужчин! По крайней мере, до следующего полнолуния. — Не сумев удержать на лице серьезное выражение, она весело рассмеялась и, взяв Мариэль за руку, предложила: — Пойдем танцевать? Это поможет тебе расслабиться.
Мариэль покачала головой, размышляя о том, насколько безумны должны быть новобрачные, назначившие свадьбу на первый день нового года.
— Ты знаешь, я обожаю хорошие вечеринки, но не сегодня. Иди танцуй, а я пока немного отдохну.
— Ты уверена?
— Абсолютно, — ответила Мариэль, стараясь удержать на губах улыбку.
Фиби радостно кивнула и растворилась в толпе танцующих пар. Мариэль печально посмотрела вслед сестре. Фиби понятия не имеет о том, какой бардак она оставила в Париже, сбежав сюда. Ей известно лишь, что между Мариэль и фотографом Люком Говардом, который был ее деловым партнером последние семь лет и любовником последние пять, все кончено.
Мариэль с печальным вздохом отвернулась от радостной толпы, сделала глоток воды и начала изучать лица гостей, глядя в большое позолоченное зеркало, висевшее над камином. Родители невесты, не поскупившиеся на организацию свадьбы любимой дочери, сейчас стояли около огромной, возвышающейся до потолка ледяной скульптуры, беседуя с еще одной сверкающей бриллиантами в свете хрустальной люстры парой толстосумов.
Скучающий взгляд Мариэль скользнул дальше. Периодически она ловила на себе заинтересованные взгляды мужчин, но сейчас ей не было до них дела. А это кто? Неужели малыш Джонни? Мариэль с сомнением оглядела высокого блондина в смокинге, явно сшитом на заказ. Поймав ее взгляд, он улыбнулся и направился к ней. Потрясающе! Как раз то, что ей было меньше всего сейчас нужно.
Мариэль знала, что привлекает
Сюрприз, сюрприз! Даниэль Хантингтон Третий стоял, прислонившись к стене, и наблюдал за Мариэль Девенпорт, как всегда окруженной толпой восхищенных мужчин, ловящих каждое слово, слетающее с ее коралловых губ. Она была последним человеком, которого Дейн ожидал здесь увидеть. Но еще меньше он ожидал того, какие эмоции вызовет в нем один лишь взгляд на ее нежный овал лица, изящные плечи и хорошенькие ножки, подчеркнутые коротким подолом легкого шелкового платья.
Его рост, шесть футов и три дюйма, позволял ему прекрасно рассмотреть Мариэль, не подходя к ней слишком близко. Казалось, он даже чувствует аромат ее любимых духов — черная роза и лаванда — такой искушающий и притягательный. Он окутывал Мариэль от кончиков пальцев ног с идеальным розовым педикюром, до копны иссиня-черных волос, забранных в сложную высокую прическу. Дейн почувствовал, что у него внезапно пересохло в горле. Он задумчиво взял с ближайшего столика бокал пива и сделал большой глоток холодного, чуть горького напитка.
«Интересно, она здесь со своим французским любовником?» — подумал он и с удивлением отметил, как непроизвольно до боли сжались кулаки от одной этой мысли. Странно, до сегодняшнего дня его совершенно не интересовала личная жизнь старой знакомой.
«Нет, скорее всего, сегодня Мариэль одна, — ответил Дейн сам себе. — Если бы она пришла с мужчиной, он бы никуда не отходил от нее, стоя рядом как еще один ее модный аксессуар».
Он вновь перевел взгляд на Мариэль, лучезарно улыбающуюся своим обожателям. Она всегда любила быть в центре внимания — мужчин, гостей, камер, журналистов. И если вспомнить о том, что он слышал о ее карьере за последние годы, а также о фотографиях на страницах модных журналов, которые показывала ему Фиби, камеры отвечали Мариэль полной взаимностью. Дизайнер одежды сама стала фотомоделью.
Дейн был не прочь поговорить с ней, но не хотел просто пополнить толпу ее поклонников. Ничего, он может подождать.
— А вот и наш мистер Холостяк Года, по мнению журнала «Babe»! — Рядом с ним неожиданно материализовался Джастин Тальбот. — А я как раз голову ломал, куда же ты, друг, запропастился.
— Что ж, судя по всему, ты меня нашел, — ответил Дейн, скользнув взглядом по его серому пиджаку, подобранному в тон галстуку и запонкам. Похоже, теперь костюмы для выхода в свет Джастину подбирала его новая жена.
Сам Дейн мог заставить себя придерживаться определенного дресс-кода, только если речь шла о похоронах.
— Мы все тобой очень гордимся. Ты, наверное, рад?
— Безумно.
Как будто ему без этого не хватает женщин, охотящихся за его внешностью или деньгами. С тех пор как он получил этот проклятый титул, перед его глазами шел не прекращающийся ни на секунду парад красоток с выбеленными волосами и зубами, жаждущих его внимания.
— А чего ты ожидал? Бизнесмен, владеющий многомиллионной компанией, красавец — и до сих пор холостяк… Эй, это, случайно, не Мариэль Девенпорт?