Планета приключений
Шрифт:
Мужчина сделал знак рукой. Ему принесли кувшин белого вина, а также тарелку с зажаренными на жиру рыбными оладьями.
— Ешь, — подбодрил ее мужчина. — Пей. Я не скуплюсь ни на что: ни на вознаграждение, ни на мощный удар.
Он налил ей полный бокал вина.
— Прежде, чем мы продолжим разговор: сколько ты хочешь? Парочка девок твоего сорта, зная меня как Отвайле, все-таки попытались у меня кое-что украсть, должен заметить, к своему собственному сожалению. Так что, сколько ты хочешь?
— Хочешь за что? — прошептала Зэп-210.
Голубые
— Ты странная. К какой расе ты принадлежишь? Для тангов ты слишком бледна, для серых — слишком стройная.
Зэп-210 опустила веки и пригубила вино, затем в отчаянии посмотрела назад, пытаясь глазами отыскать Рейта.
— А ты застенчивая, — заявил Отвайле. — И к тому же, у тебя слишком хорошие манеры.
Он принялся за еду. Зэп-210 попыталась исчезнуть.
— Сядь! — рявкнул Отвайле.
Она быстро вернулась на свое место.
— Пей!
Она пригубила вино, которое было намного крепче, чем все те, что она пробовала до сих пор.
— Вот так-то лучше, — похвалил Отвайле. — Так мы поймем друг друга.
— Нет, — тихо возразила Зэп-210. — Этого не получится! Я не хочу здесь сидеть! Что ты от меня хочешь?
Отвайле снова недоверчиво уставился на нее.
— Разве ты не догадываешься?
— Нет. Если, конечно, ты не имеешь в виду это.
Отвайле ухмыльнулся:
— Именно это. И даже более того.
— Но у меня нет никакого опыта в таких делах! И я не хочу этому учиться.
Отвайле оставил свои рыбные оладьи и недоверчиво сказал:
— Девушка, носящая платок на талии... Ты это специально делаешь?
— Я не знаю, что это значит. Мне нужно идти и найти Адама Рейта.
— Ты нашла меня, а это несколько получше. А чтобы тебя покинули сомнения, выпей еще. Сегодня именно тот день, о котором ты будешь вспоминать до конца своей жизни. — Отвайле доверху наполнил бокалы. — Конечно, для меня самое главное — это расслабиться. Если говорить no-правде, то я тоже немного взволнован!
Рейт и Кауш шли по базару. Торговцы рыбой и овощами особенно громко орали и завывали, привлекая внимание к своему товару.
— Это они так поют? — спросил Рейт.
— Нет, — ответил Кауш. — Вопли служат лишь для того, чтобы привлечь покупателей. У тангов нет особой тяги к музыке. Вопли рыбацких жен, призывающие покупателей, действительно привлекательны и задевают чувства. Послушай внимательно и ты услышишь, как они стараются перекричать друг друга.
Рейт вынужден был признать, что некоторые повороты в расхваливании товаров были действительно весьма витиеваты.
— Когда-нибудь антропологи будут изучать и расшифровывать эти призывы. Но сейчас меня больше интересуют гонки угрей.
— Правильно, — сказал Кауш, — Хотя то, что ты сейчас увидишь, еще не начало свою работу.
Они перешли площадь, остановились и принялись рассматривать пустые столы, резервуар и канал. Посмотрев через стену, Рейт обнаружил за ней метелки и листья старой суковатой псиллы.
— Я хочу посмотреть, что находится и с другой стороны
— Конечно, — сказал Кауш. — И я полностью разделяю твое любопытство. Но не лучше ли нам в настоящее время переключиться на гонки угрей?
— Мы это и делаем, — объяснил Рейт. — Я вижу в стене калитку, как раз напротив лавки, где продают амулеты. Ты не откажешься меня сопровождать?
— Ни в коем случае, — успокоил его Кауш. — Я всегда с удовольствием узнаю что-нибудь новое.
Они пошли вдоль старой стены, которая в древние времена была облицована коричневыми и белыми кафельными плитками. Теперь же многие из них отвалились и обнажили темно-коричневые кирпичи. Они прошли через калитку, и попали в старую часть Урманка: район с хижинами из кусков гонта, разбитых кирпичей, необработанных камней и деревянных конструкций. Некоторые из них представляли собой пустые руины, другие же были недавно восстановлены: вечный круговорот из гниения, разрушения и восстановления, в котором каждый цветной черепок, каждая палка, каждый камень сотни раз применялись вдвое большим количеством поколений. Танги самой низкой касты, а также помеси серых и водноголовых наблюдали через дверные проемы, как Рейт и Кауш проходили мимо. Вонь распространялась в воздухе.
За хижинами находился покрытый щебнем участок с лужами грязи, а также с несколькими огненно-красными щетинистыми кустами. Рейт ориентировался на псиллу, которую заметил с другой стороны забора. Она стояла вплотную к стене и накрывала своими ветвями сарай, построенный из тщательно оштукатуренных кирпичей. Дверь из крепкого дерева с железной окантовкой была закрыта на большой и крепкий замок. Сарай вплотную примыкал к стене.
Рейт осмотрелся. Вокруг было безлюдно, за исключением группы голых детей, плескавшихся в желтой грязной луже. Он подошел к сараю. Замок, засов, петли — все было сделано безупречно и добротно. В сарае кроме двери не было ни окошка, ни какого-либо другого отверстия. Рейт отошел назад.
— Мы увидели все необходимое.
— Действительно? — Кауш с сомнением рассматривал сарай, стену, псиллу. — Я не вижу здесь ничего необычного. Ты думаешь, что все это имеет отношение к гонкам угрей?
— Если хозяин этого аттракциона выплачивает все выигрыши, то конечно.
— Об этом тебе совершенно не стоит беспокоиться, — успокоил Кауш. — Он заплатит, если, конечно, будет чем. И если мы предположим, что... как ты себе представляешь разделить выигрыш?
— Половина мне, вторая половина тебе и твоим людям.
Кауш сжал губы.
— Мне кажется, что это не совсем справедливо. При совместном предприятии один не должен получать больше, да еще и в три раза, чем все остальные.
— По-моему, может, — ответил Рейт, — если без этого одного остальные трое не смогут получить вообще ничего.
— Это довольно убедительный аргумент, — согласился Кауш. — Дело должно выглядеть так, как ты считаешь нужным.
Они возвратились обратно в кафе. Рейт поискал взглядом Зэп-210, но ее нигде не было видно.