Пластилин, Сигарев Василий Владимирович

Пластилин

на обложку

Сигарев Василий Владимирович

Шрифт:

МАКСИМ. Спиру.

ПАРЕНЬ. Кого?

МАКСИМ. Парня одного.

ПАРЕНЬ. Че за парень? Кто такой?

МАКСИМ. Просто...

ПАРЕНЬ. А че с ним?

МАКСИМ. Умер.

ПАРЕНЬ. Все ясно с тобой. Сам ни хрена не знаешь. (Отвернулся.)

Тем временем гроб опустили, отвязали и понесли к машине, в которой памятник из нержавейки. На памятнике фотография

улыбающегося мальчика. Народ двинулся за гробом. Остались только две женщины в черных платках. Одна пожилая, другая — моложе, но выглядит почти так же. К тому же под мухой.

Максим остановился, смотрит на них.

ВТОРАЯ. Я евоную одежу-то возьму?

ПЕРВАЯ. Еще чего! Пропить. У меня еще внуки есть. Им будет.

ВТОРАЯ. А я че, никто уже?

ПЕРВАЯ. Никто.

ВТОРАЯ. Я — мать!

ПЕРВАЯ. Говно ты, а не мать! Таким матерям матки надо вырезать сразу.

ВТОРАЯ. Так че, не отдашь, что ли?

ПЕРВАЯ. Не отдам. Иди давай отсюда. Не позорь. Срамота.

ВТОРАЯ. Я на кладбище еще поеду.

ПЕРВАЯ. Да што ты? И в столовую?

ВТОРАЯ. И в столовую. Имею право.

ПЕРВАЯ. Попить на халяву?

ВТОРАЯ. Помянуть.

ПЕРВАЯ. Ну, помяни, помяни. (Пошла.)

ВТОРАЯ (догоняет). Так че, не отдашь одежу-то?

ПЕРВАЯ. Не отдам.

ВТОРАЯ. Не отдашь, да?

ПЕРВАЯ. Отстань, шалава!

ВТОРАЯ. Я в суд на тебя подам. (Вдруг кричит). Ты его угробила, ведьма! Ты! Я знаю! Сука старая! Ведьма! Ты! Ребенка моего единственного угробила! Ты! (Падает, плачет.)

Первая быстро уходит.

ВТОРАЯ (Максиму). Иди сюда. Эй.

МАКСИМ. Пошла на фиг, короста. (Пошел в другую сторону.)

ВТОРАЯ. Че? Эй... Подняться помоги...

МАКСИМ. Сдохни, тварь!

ВТОРАЯ. Че?! Я тебя знаю, щенок! Я к твоим родителям пойду! Они тебя быстро...

МАКСИМ. Отвали!!!

Побежал. Вторая что-то кричит ему вдогонку.

Снова начинает играть похоронный марш. Но музыка вдруг замедляется, а потом совсем обрывается. Маленький Мужчина В Большом Пиджаке достает из магнитофона кассету, пленка которой намотана на головку. Мужчина пытается освободить пленку, но у него ничего не получается. Тогда он рвет пленку, сует кассету в карман и бежит в автобус.

Вторая поднимается и тоже бежит к автобусу. Но перед самым ее носом двери

автобуса закрываются и он уезжает. Вторая что-то долго кричит ему вслед. Плюется. Матерится. Потом затихает и идет по дороге в ту же сторону.

С балкона соседнего дома свешивается мужик с голым торсом.

МУЖИК. Че, обломалось?

ВТОРАЯ. Заглохни.

МУЖИК. Эй. Пить будешь?

ВТОРАЯ. А че — есть?

МУЖИК. Есть.

ВТОРАЯ. Буду.

МУЖИК. Десятая квартира. (Исчезает.)

Вторая достает из кармана осколок зеркала. Кое-как прихорашивается и идет в подъезд. Довольная и счастливая.

Максим, все это время наблюдавший за происходящим, поворачивается и идет по дороге. И вдруг видит Ее. ОНА идет навстречу по тротуару, аккуратно переступая лужи. Не идет, а парит. Такая вся легкая, воздушная, неземная. ОНА. Максим стоит как завороженный. Смотрит. ОНА сворачивает за угол и исчезает.

В школе. Мужской туалет. Максим и Леха курят, укрывшись за перегородкой. Сильно шумят сливные бачки. Леха пускает в потолок кольца. Улыбается.

МАКСИМ. Че, у Спиры не был?

ЛЕХА. Че я там не видел?

МАКСИМ. Гроб не открывали...

ЛЕХА. Протух, фига ли.

МАКСИМ. Ты ее знаешь?

ЛЕХА. Ниче бикса. Я бы не отказался... (Выбросил сигарету.) Докуривай короче. А то щас эта опять припрется.

МАКСИМ. Пускай.

ЛЕХА. Тебе-то по бороде. А меня маминская убьет.

Открывается дверь. Максим бросает сигарету в унитаз. Входит Людмила Ивановна, учительница русского языка. На ней длинное коричневое платье.

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Так. Попались? (Подходит). Кто тут у меня?

Максим и Леха встают к унитазам, делают вид, что мочатся.