Плата за красоту
Шрифт:
Надо обязательно все привести в порядок, пообещала себе Миранда. Обязательно.
Окна особняка сияли, из-под края крыши выглядывали свирепые физиономии каменных грифонов. С длинных террас и узких балконов открывались чудесные виды. Будь сейчас кто-нибудь дома, трубы дымили бы вовсю – самое время топить камины. Вокруг росли древние дубы и стройные высокие сосны, защищающие дом от пронизывающего северного ветра.
Миранда с братом прекрасно уживались здесь до тех пор, пока пьянство не вошло у Эндрю в привычку.
Но Миранде сейчас
Порыв ветра растрепал ее волосы, когда она открыла дверцу машины. Миранда раздраженно откинула волосы, взяла с заднего сиденья портфель и ноутбук. Под финальные аккорды Пуччини Миранда направилась к багажнику.
И снова под порывами ветра пряди волос упали на лицо Миранды, но ее преувеличенно возмущенный вздох внезапно превратился в сдавленный стон: кто-то больно схватил ее за волосы и резко дернул голову назад. От резкой обжигающей боли перед глазами Миранды замелькали красные точки. И в ту же секунду она почувствовала у своего горла холодное лезвие ножа.
Ослепляющий страх, первобытный ужас огнем взорвался где-то в животе и поднялся к горлу. Ничего не соображающую женщину развернули и прижали к машине так, что от боли в боку помутилось в глазах, а ноги стали ватными. Рука, сжимавшая ее волосы, снова резко дернула ее голову. Словно куклу, мелькнуло в голове у Миранды.
Лицо мужчины было ужасно. Мертвенно-бледное, все в шрамах и какое-то неопределенное. В первые секунды окоченевшая от страха Миранда не поняла, что на нем раскрашенная резиновая бесформенная маска.
Сопротивляться было бессмысленно. Да она и не смогла бы. Ее мысли и чувства были сосредоточены на одном: на прижатом к горлу смертоносном лезвии. Острие впивалось в шею при каждом вдохе, заставляя Миранду трепетать от боли и ужаса.
Мужчина был высокий, шесть футов четыре дюйма. Или пять? Она сознательно старалась сосредоточиться на деталях, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Вес – примерно двести пятьдесят фунтов, широкие плечи, короткая шея.
О господи!
Карие глаза, мутновато-карие. Это все, что она могла заметить в прорези жуткой маски. Глаза, холодные, как у акулы, даже не моргнули, когда он слегка чиркнул ножом по горлу женщины.
Миранда дернулась от жгучей боли, тонкая струйка крови потекла на воротник пальто.
– Пожалуйста!
Слово вырвалось само собой, так же инстинктивно рука дернулась к кулаку, сжимающему нож. Сознание было вытеснено страшной картиной: вот сейчас он запрокинет ей голову и резанет по горлу уже сильней. Быстрый и точный удар рассечет артерию, во все стороны брызнет кровь. И, зарезанная, как овца, Миранда упадет на землю.
– Пожалуйста, не надо. У меня есть триста пятьдесят долларов наличными.
Хоть бы он оказался грабителем, с отчаянием взмолилась она. Пусть это будут всего лишь деньги. А если он насильник, она найдет в себе мужество бороться, хотя едва ли
Если же он убийца, то пусть смерть будет быстрой.
– Я отдам вам деньги, – начала она и задохнулась, когда он молча отшвырнул ее, словно тряпичную куклу.
Она упала на четвереньки, разбив в кровь колени и локти о мелкий гравий, которым была усыпана подъездная дорога к дому. Миранда заплакала, ненавидя себя за беспомощность, за парализующий страх, который не позволял ей действовать. Единственное, что она могла, – это следить затуманенными глазами за тем, что он делает.
И еще – смотреть на лезвие ножа, посверкивающее на тусклом солнце. Разум кричал, что надо бежать, сопротивляться, а она неподвижно съежилась на земле, парализованная страхом.
Мужчина взял ее сумочку, портфель, наклонился и проткнул ножом заднюю шину. Выдернув нож, он сделал шаг в сторону Миранды, и тогда она поползла к дому.
Каждую секунду она ждала, что он снова набросится, разорвет одежду и тем же самым движением, каким протыкал шину, вонзит нож ей в спину. Но она упрямо продолжала ползти по колкой пожухлой траве.
Добравшись до крыльца, она медленно обернулась, и с губ ее сорвался хриплый возглас безграничного удивления.
Она была одна, мужчина исчез.
Задыхаясь, чувствуя, как легкие горят огнем, она вскарабкалась по ступенькам. Надо попасть внутрь, спрятаться в доме, запереться. Пока он не вернулся. Пока не вернулся и не зарезал ее этим острым ножом.
Миранда дважды дернула ручку, прежде чем сообразила, что дверь заперта. Заперто. Ну конечно же, в доме никого нет. Никого, кто мог бы помочь.
Какое-то мгновение она безвольно сидела под дверью; ее бил озноб от пережитого кошмара и пронизывающего ветра, дувшего с холмов.
«Вставай, – приказала себе Миранда. – Ты должна встать. Возьми ключи, войди в дом, вызови полицию».
Она затравленно зашарила глазами по сторонам, словно заяц, убегающий от волков; зубы громко стучали. Уцепившись за ручку двери, она попыталась подняться. Ноги подкашивались, левое колено нещадно горело, но она все же пошла к машине заплетающимся шагом, как пьяная. Лихорадочно разыскивая сумочку, Миранда вдруг вспомнила, что мужчина забрал ее.
Молясь и ругаясь, проклиная и умоляя, она влезла в машину и зашарила рукой в отделении для перчаток. Спасительно звякнули запасные ключи, и Миранда накрепко зажала их в кулаке. Прихрамывая, она направилась к дому, долго возилась с замком – руки дрожали, и Миранда никак не могла попасть ключом в замок.
Оказавшись внутри, Миранда захлопнула за собой дверь, дважды повернула ключ в замке. Она прижалась спиной к крепкой деревянной двери, ключи выскользнули из пальцев и, звонко звякнув, ударились о пол. Голова закружилась, и Миранда закрыла глаза. Оцепенело не только тело, но и разум. Надо было взять себя в руки, начать действовать, а она никак не могла сообразить – что же делать?