Плексус
Шрифт:
– Будь я проклят!
– воскликнул я, увидев, кто пришел.
– И следовало бы тебя проклясть - прячешься от близкого друга столько времени. Я тут за углом живу, а о тебе ни слуху ни духу. Как всегда, а, шельмец? Ладно, как поживаешь? Могу я войти?
Это был Макгрегор, которого в тот момент мне хотелось видеть меньше всего.
– Что стряслось… кто-то умер?- воскликнул он, увидев свечу и Мону, съежившуюся в кресле и горько плачущую.
– Поссорились, что ли?- Он подошел к Моне, протянул руку и, помявшись, погладил ее по волосам.
– Не позволяй
– Нашли чем заниматься в такой прекрасный вечер. Вы, ребята, еще не обедали? А я-то хотел пригласить вас пойти куда-нибудь. Не представлял, что у вас тут дом плача.
– Бога ради, можешь ты помолчать!
– взмолился я.
– Почему бы не подождать, пока я все не объясню.
– Пожалуйста, Вэл, не говори ничего, - проговорила сквозь слезы Мона.
– Сейчас я буду в порядке.
– Вот это другой разговор, - сказал Макгрегор, сел рядом с ней и с глубокомысленным видом изрек: - Никогда не стоит отчаиваться.
– Ради Бога, хватит чушь молоть! Разве не видишь, что у нее неприятности?
Макгрегор тут же переменился. Вскочив на ноги, он спросил:
– Что случилось, Хэл, что-то серьезное? Извини, если лезу не в свое дело.
– Ладно уж, только помолчи немного. Я рад, что ты зашел. Может, это хорошая мысль, пойти куда-нибудь пообедать.
– Вы идите, а я лучше побуду дома, умоляюще сказала Мона.
– Если я могу чем-нибудь помочь… - начал Макгрегор.
Я расхохотался:
– Можешь, конечно, можешь. Найди нам три тыщи долларов к утру!
– Господи, из-за этого-то вы в таком горе?
– Он вынул из нагрудного кармана толстую сигару, откусил кончик.
– А я уж думал, у вас действительно трагедия.
– Это шутка, - ответил я.
– Дело совсем не в деньгах.
– Я всегда могу вам одолжить десятку, - бодро сказал Макгрегор.
– Когда речь заходит о тыщах, мне это дико слышать. Никто не в состоянии взять и выложить три тыщи долларов, или ты этого не знаешь?
– Да не нужно нам трех тысяч, - отмахнулся я.
– Тогда что она плачет, просто так?
– Пожалуйста, уйдите и оставьте меня в покое, - всхлипнула Мона.
– Мы не можем этого сделать, - сказал Макгрегор, Щ это не по-спортивному. Слушай меня, девочка, что бы там ни было, уверяю, все не так уж плохо. Всегда найдется выход, помни это. Вставай, пойди умойся, приоденься, ладно? На этот раз я отведу вас в хороший ресторан.
Дверь неожиданно распахнулась. На пороге стоял О'Мара, слегка под мухой. Вид у него был такой, будто он принес нам манну небесную.
А ты каким образом здесь оказался?
– приветствовал его Макгрегор.
– Последний раз мы виделись, когда играли в покер. Ты меня обжулил на девять баксов. Как дела?- И протянул ему лапу.
– О'Мара живет с нами, - поспешил я объяснить.
– Тогда понятно, - сказал Макгрегор.
– У вас, ребята, действительно есть о чем волноваться. Я бы не доверял этому типу, даже если б на него надели смирительную рубаху.
– Что тут у вас происходит?
–
– Что стряслось?
– Ничего серьезного, бросил я, - потом расскажу. Ты обедал?
Прежде чем он успел что-то ответить, Макгрегор заволновался:
– Его я не приглашал. Конечно, он может пойти, если сам за себя заплатит. Но не как мой гость.
О'Мара только усмехнулся. Он был в слишком хорошем настроении, чтобы расстраиваться по пустякам. Слушай, Генри. т О'Мара сделал плавный жест и ухватил бутылку шерри.- Я много чего могу порассказать тебе. Нечто потрясающее. Удачный был сегодня день.
– У меня тоже, - сообщил я.
– Не возражаете, если и я угощусь?
– спросил Макгрегор.
– Я смотрю, вы такие сегодня удачливые и счастливые, может, я тоже развеселюсь, если выпью.
– Идем мы обедать или нет?
– стал торопить О'Мара.
– Не могу ничего рассказывать, покуда не усядемся где-нибудь за столиком. Не хочется комкать такую историю.
Я вернулся к Моне:
– Ты уверена, что не хочешь пойти с нами?
– Да, Вэл, уверена, - ответила она слабым голосом.
– Ну пойдем, - стал уговаривать ее О'Мара.
– У меня для вас потрясающие новости.
– Конечно, соберись, возьми себя в руки,- поддержал его Макгрегор.
– Не каждый день я приглашаю людей пообедать, особенно в хорошем ресторане.
В результате Мона наконец согласилась. Мы уселись поджидая, когда она приведет себя в порядок. Выпили еще шерри.
– Знаешь, Хэл, - сказал Макгрегор, - я, кажется, могу кое-что сделать для тебя. Чем ты сейчас занимаешься? Пишешь, я полагаю. И сидишь без гроша, да? Слушай, нам в офисе нужна машинистка. Платят немного, но это поможет как-то перебиться. Я хочу сказать, пока ты не станешь известным.
– Он отвел глаза и хихикнул.
О'Мара рассмеялся ему в лицо:
– Машинистка! М-да!
– Это чрезвычайно благородно с твоей стороны, Мак, - сказал я.
– Но в данный момент мне не нужна работа. Она у меня уже есть. Как раз сегодня я получил сногсшибательное предложение.
– Что?- завопил О'Мара.
– Ну и ну, не говори мне такого! Я только что договорился насчет тебя - тоже отличная работа. Об этом я и хотел рассказать.
– Вообще-то это не совсем работа, - объяснил я, - а разовый заказ. Я буду писать серию очерков для нового журнала. А потом, может быть, поеду в Африку, Китай, Индию…
Макгрегор был вне себя.
– Забудь об этом, Генри, - взорвался он, - тебя просто дурачат. Работа, о которой говорю я, даст тебе двадцать долларов в неделю. Это реальные деньги. Пиши свои очерки в свободное время. Если там у тебя выгорит, ты ничего не потеряешь. Идет? Но скажи честно, Генри, неужели ты еще не знаешь, что нельзя верить подобным обещаниям? Когда ты только повзрослеешь?
В этот момент к нам присоединилась Мона:
– Что вы тут говорили о какой-то работе? Вэл не собирается идти работать. Так что все это чепуха.