Плен сердца
Шрифт:
Девушки сплели венки — у Элианы из белых ромашек, у Анны из синих васильков и красных маков. Надели их на головы и рассмеялись, глядя друг на друга.
— Какие мы красавицы! — воскликнула Анна. — Теперь идём к реке, покажем всем наши венки!
— Но я… — начала было Элиана.
— Никаких “но”! — Анна взяла её за руку. — Сегодня ты будешь веселиться, как в детстве. Помнишь, как мы бегали босиком по лужам?
Элиана улыбнулась, вспомнив те дни.
— Помню…
— Вот и отлично! — Анна потянула её за собой. — Пойдём!
Они шли
Может, можно быть собой и при этом не бояться радоваться жизни?
— Спасибо, Анна, — тихо сказала она. — За то, что ты есть.
— Глупости, — отмахнулась подруга. — Мы же друзья. А друзья для того и нужны, чтобы напоминать друг другу, какие мы на самом деле прекрасные.
Девушки вышли к реке — широкая лента воды блестела на солнце, отражая голубое небо и белые облака. На берегу уже собралось немало деревенских: кто стирал бельё, кто набирал воду, кто просто отдыхал в тени ив. Девушки с корзинами сидели на траве, парни бросали камешки в воду, стараясь заставить их “прыгать” по поверхности.
Анна, не теряя времени, гордо подняла голову и шагнула вперёд, демонстрируя свой яркий венок из васильков и маков:
— Смотрите, какой красавец! — звонко объявила она. — Элиана помогала плести, у неё глаз на красоту верный!
Несколько девушек обернулись, заулыбались:
— Ох, какие венки! — воскликнула Лизавета, откладывая корзину с бельём. — Прямо как на празднике!
— Элиана, и ты тут? — удивилась Марфа, подходя ближе. — Да ещё и в венке! Вот чудеса!
Элиана невольно потупилась, коснулась пальцами белых ромашек на голове:
— Анна меня уговорила… Мы на лугу собирали…
— Да ладно тебе скромничать! — Анна шутливо толкнула подругу плечом. — Ты же сама выбрала самые красивые ромашки, у тебя нюх на них, как у пчелы!
Девушки окружили их, разглядывая венки.
— Можно потрогать? — робко спросила маленькая Катя, дочь кузнеца, протягивая руку к венку Элианы.
— Конечно, — улыбнулась Элиана, наклоняясь к девочке. — Хочешь, я и тебе сплету такой же? Завтра сходим на луг вместе.
— Правда?! — глаза девочки загорелись. — Мама говорила, что ты травы собираешь лучше всех, а теперь ещё и венки плетёшь!
— Видишь? — шепнула Анна на ухо Элиане. — Ты уже и других радовать начинаешь. Разве это не счастье?
В это время Матвей, парень Анны, подошёл ближе, с улыбкой разглядывая её венок:
— Ну, красавица, — подмигнул он. — Теперь точно видно, кто тут первая модница на деревне. Эти васильки тебе к глазам!
— А вот и не первая! — Анна кивнула на Элиану. — Посмотри, какой у неё изящный, из одних ромашек. Будто утренняя роса на голове!
Матвей повернулся к Элиане, слегка поклонился:
— И правда, красиво. Ты, Элиана, всегда тихоня, а руки золотые.
Элиана почувствовала, как краснеет, но на этот раз не от страха, а от непривычной гордости.
— Спасибо… — тихо ответила она.
—
— Я… я не знаю, — заколебалась девушка.
— Да не бойся, — Марфа взяла её за руку. — Мы же свои, все друзья. И ты теперь с венком — значит, праздник!
Анна подмигнула подруге:
— Помнишь, как в детстве? Бегали тут босиком, плескались в воде… Давай хоть сейчас чуть-чуть вернём то время?
Элиана посмотрела на улыбающиеся лица вокруг — в них не было насмешки, только тепло и радость.
Она глубоко вдохнула свежий речной воздух, наполненный запахами травы и воды, и кивнула:
— Ладно. Только… я не очень умею танцевать.
— Ничего, — Анна взяла её за другую руку. — Я буду рядом, покажу. Главное — слушать музыку и сердце.
Девушки образовали круг, взялись за руки.
Кто-то запел знакомую песню — простую, весёлую, про летний день и цветущий луг.
Сначала Элиана двигалась робко, поглядывая на подруг, но постепенно расслабилась. Ритм подхватил её, голоса девушек сливались в гармонии, а венок из ромашек мягко покачивался на голове, будто благословляя этот момент.
Анна поймала её взгляд и улыбнулась:
— Видишь? Всё получается!
Элиана улыбнулась в ответ — широко, искренне, как давно не улыбалась. В этот миг она почувствовала себя частью чего-то большого и доброго, частью этого дня, этой деревни, этих людей. Страх не исчез совсем, но отступил на задний план, уступая место лёгкости и радости. Когда песня закончилась, все захлопали и засмеялись.
— Ещё! — закричала Катя. — Давайте ещё!
— Потом, милая, — Анна потрепала девочку по волосам. — Нам с Элианой пора домой, матушка будет волноваться. Но завтра мы обязательно придём снова, да, Эли?
— Да, — уверенно сказала Элиана. — Придём. И я научу тебя плести венок, Катя.
— Ура! — захлопала в ладоши девочка.
Девушки попрощались, обменялись улыбками. Элиана и Анна пошли обратно по тропинке, оставляя за спиной шум реки и весёлые голоса.
— Ну что, — спросила Анна, когда они отошли подальше, — не так уж страшно, правда?
Элиана взглянула на подругу, на её сияющее лицо, на венок, который всё ещё красовался на голове Анны:
— Нет, — тихо сказала она. — Не страшно. Даже… даже хорошо. Спасибо тебе, Анна.
— Пустяки, — махнула рукой подруга. — Это ты сама молодец. Видишь, как всё просто? Немного смелости, немного друзей рядом — и мир становится ярче.
Они шли домой, и Элиана впервые за долгое время не пряталась в тени, а шла открыто, с высоко поднятой головой, с венком из ромашек, который ловил лучи дневного солнца. В душе что-то изменилось — едва заметно, но необратимо. Она всё ещё была Элианой, тихой девушкой, любящей лес и травы, но теперь знала: в её сердце есть место и для смеха, и для дружбы, и, может быть, даже для чего-то большего. Дойдя до дома, две подруги обнялись на прощание и разошлись по своим домам.