Пленница олигарха
Шрифт:
Я кивнула:
– Да, меня зовут Анжела. Но мы ведь с вами здоровались.
– Точно! – Степан мне улыбнулся, и я отметила белые ровные зубы, которых обычно не наблюдалось у маминых «друзей». – Но тогда я не знал, какое у тебя прекрасное имя.
– Теперь знаете, – отметила я, – И что?
– А то, что у меня для тебя есть сногсшибательное предложение!
Я напряглась, не любила я такие «сногсшибательные» предложения, от которых веяло мошенничеством и проблемами. Увидев мое напряженно лицо, Степан улыбнулся еще шире:
– Ты ведь хочешь заработать
Спрашивая меня об этом, он окинул взглядом мою комнату, ремонт в которой не делался со времен постройки дома. Я слегка смутилась, но потом гордо подняла подбородок и спросила:
– Допустим? Что вы хотите мне предложить?
– Контракт на работу в журнале мод.
– В качестве кого? – непонимающе спросила я.
– Модели, разумеется, – рассмеялся мужчина и внимательно посмотрел на меня, – Ты видела себя в зеркале? У тебя типичная внешность модели. А знаешь, сколько зарабатывают модели за одну фотосессию, которая длится всего четыре-пять часов?
– Понятия не имею, – ответила я и пожала плечами.
Степан порылся в своем портфеле и достал оттуда журнал «Lady». Я таких журналов не встречала, поэтому машинально взяла его в руки и пролистала. На каждой странице мне попадались яркие картинки, текста в журнале почти не было. И да, конечно, на фото были сплошь красавицы, но все прилично одетые и никакой обнаженки.
– Вот за эту фотосессию, – Степан ткнул пальцем на одну из девушек в ярких костюмах, которая позировала на фоне природы, – Вот эта модель получила три тысячи долларов.
Я посчитала в уме, сколько стоят нынче три тысячи долларов, и мое сердце забилось чаще. Всего несколько часов, и матери можно не работать несколько месяцев! Мне срочно захотелось попасть на обложку в этом журнале.
Видимо, Степан заметил мой блеск в глазах, поэтому сразу перевернул несколько страниц и снова ткнул пальцем в очередную красотку:
– А вот эта модель заработала за свою фотосессию пять тысяч долларов. Но она снималась два дня.
Я обомлела. Конечно, я знала, что у меня красивая фигура, волосы и глаза, миловидное лицо, – об этом мне не говорил разве что глухонемой, но вот так, прямо из дома попасть на обложку журнала – это было очень соблазнительно и весьма подозрительно.
– Если ты мне не веришь, – продолжил Степан, аккуратно забирая из моих рук журнал, – Мы сейчас можем поехать в издательство на кастинг. Ты думаешь, что таких как ты мало? Там будет очередь человек из ста!
– И зачем мне туда ехать при такой конкуренции? – я сникла, услышав озвученную Степаном цифру.
– Потому что я вижу в тебе потенциал. И, если я приведу тебя на кастинг, и ты станешь моделью, я буду получать определенный процент от твоих гонораров. Это так, чтобы ты не думала, что я заманиваю тебя пустышкой. У тебя будет официальный контракт, агент, то есть я, и много денег и перспектив. Сделаете здесь ремонт, подлечишь мать. Ты ведь не хочешь всю жизнь провести как она?
Это был словно удар в сердце острым ножом. Подлечить мать – это
– Переоденься во что-нибудь поприличней и выходи на улицу. Я жду тебя в черном Мерседесе.
Дядя Миша довольно улыбался, пожимая руку Степану, а я думала, что поприличней выбрать из своего скудного гардероба.
– Молодец Анжелка! – довольным голосом похвалил меня дядя Миша. – Далеко пойдешь!
Я закрыла дверь в комнату перед его носом и задвинула щеколду. Потом открыла шкаф и принялась перебирать свою одежду, остановив свой выбор на коротком желтом платье, которое казалось мне единственной стоящей вещью в моем гардеробе, в которой не стыдно было пойти в гости.
Накинув сверху джинсовую куртку, слегка подкрасив глаза и губы, я выскочила из комнаты и, схватив сумочку, выбежала из квартиры, окрыленная мечтами о светлом будущем.
Возле подъезда и впрямь стоял черный Мерседес, и перед моим носом открылась передняя дверь, и я увидела улыбку Степана. Я села на переднее сиденье и закрыла дверь. В машине обалденно пахло каким-то дорогим ароматизатором, и играла приятная музыка.
– Ты красотка! – похвалил меня Степан. – Думаю, что ты побьешь все рекорды на кастинге.
Я улыбнулась ему в ответ, очень надеясь на то, что его слова совпадут с делом. Машина резко тронулась с места, и я обернулась, чтобы посмотреть на свой подъезд, возле которого толпилась кучка девчонок лет десяти. В их руках я увидела что-то знакомое и обомлела. Это был тот самый журнал, который мне показывал Степан у меня в комнате. Я резко повернулась к нему и увидела напряженное лицо, следящее за дорогой.
– Вы оставили журнал, – едва шевеля губами, сказала я, – Там, возле подъезда.
Степан мельком посмотрел на меня и кивнул:
– Да, пусть девчонки полюбуются. Тебя это беспокоит?
– Куда вы меня везете? – спросила я, анализируя возможность выпрыгнуть из машины при первом удобном случае.
– Мы едем на кастинг, – повторил Степан, но в его голосе уже послышалось раздражение, – Я тебе все объяснил еще дома. В чем проблема?
– Я вам не верю, – сказала я, следя за дорогой и надеясь при первой же остановке машины пулей вылететь на улицу и побежать домой.
– Это твое право, – Степан пожал плечами, – Ты не напрягайся, детка, а лучше расслабься. Я везу тебя в лучшую жизнь, о которой ты раньше и мечтать не могла, живя в своей халупе.
– Я хочу домой, – упрямо сказала я и попыталась открыть дверь, когда машина сбавила скорость.
– Эй, не суетись. – строго сказал мне Степан, – Двери заблокированы, а ты выйдешь, когда мы приедем на место.
Я в ужасе вжалась в кресло, не зная, что меня ждет в ближайшем будущем.