Пленница
Шрифт:
Словом, она может раздавить Зохару в любой момент. Зу редко наслаждалась такой властью.
— Что это ты расхихикалась?
Зу подскочила на месте и увидела Джовара в дверях своей спальни. Она ждала его — но он уже опоздал на час — и нарочито надула губки и встала в обиженную позу, которая казалась еще более соблазнительной из-за полупрозрачного наряда.
— Почему ты всегда заставляешь меня ждать?..
Он вошел и пинком захлопнул дверь. Холодные голубые глаза прошлись по почти обнаженной фигуре любовницы и задержались
— Потому что я командую целой толпой пустоголовых болванов, именующих себя моряками, и потому что на носу война с американцами, черт бы их побрал. А еще потому, — он схватил ее за руку и притянул к себе, — что мне так нравится.
Зу извернулась, чувствуя, как нарастает его возбуждение.
— Отпусти меня, Питер!
— С какой стати? Ты позвала меня, потому что хочешь.
— Может, я хотела поговорить, — улыбнулась Зу, прижимаясь к нему всем телом. Он хохотнул и отпустил ее.
— Ну что ж. Давай поговорим. С чего это ты сегодня такая веселая? Какую новую пакость ты устроила?
— А может, я сейчас обижусь на тебя и ничего не расскажу? — Зу скрестила руки на груди, изображая гнев.
— А может, я сейчас уйду и ты не получишь от меня то, что хотела, — передразнил ее Джовар. — А я осчастливлю хотя бы ту немку, Хильду!
Зу кинулась на него, выставив вперед острые ногти. Но шотландец схватил ее за руки. Она тут же успокоилась.
— Зохаре остались считанные дни! — выпалила она.
— Неужели? Значит, ты сияешь от счастья потому, что наконец разделалась со своей любезной соперницей? Ну, милочка, я никогда не сомневался, что рано или поздно это случится. Мне-то это безразлично.
— Тебе не должно быть безразлично, потому что слишком похоже на то, что она шпионка!
— Не понял.
— Ее раб постоянно бегает к Нильсену. А этим утром он отнес какое-то письмо. — Зу не собиралась рассказывать про похищенную сумку, а также не собиралась уточнять, что Зохара могла оказаться вовсе не шпионкой, а путешественницей во времени. Зу и сама не была уверена. К тому же Джовар поднимет ее на смех, если поймет, что она приняла Зохару за гостью из двадцатого века.
— Ты не перехватила письмо? — недовольно спросил он.
— Мои шпионы только следили.
Джовар мерил шагами спальню. Растрепанные светлые волосы напоминали оттенком бледный лунный свет, льющийся в окно.
— Ничего удивительного. Нам необходимо узнать, что замышляет Пребл. И я собираюсь расставить своих лазутчиков повсюду, и в гареме тоже. У меня больше нет права на неудачу — после того, как это дьяволово отродье взорвало «Филадельфию»! — Джовар помрачнел. Зу догадалась, что раис вспомнил о публичной порке, которой подверг его паша. Ха, после этого он целых две недели и думать не мог о любви! — Джебаль уже знает?
— Он подозревает, но не уверен. — И Зу рассказала об обыске в комнате Зохары. — По-твоему, она шпионит для американцев?
— Конечно.
Зу было известно кое-что еще: Блэкуэлл видит в ней врага и считает, что она шпионит для кого-то другого.
— Питер!
— Что?
— А вот Блэкуэлл так не думает.
— Что? — остолбенел Джовар.
— Блэкуэлл, — деланно небрежно улыбнулась Зу. — Он хоть и считает ее шпионкой, но не американской.
Джовар подскочил и встряхнул Зу что было силы. Она вскрикнула, а шотландец рявкнул:
— Что за чертовщину ты несешь? Блэкуэлл сгинул год назад!
— Нет, — пропыхтела Зу. — Он здесь, в гареме!
— Это точно? Ты сама его видела?
— Да.
Камерон уставился куда-то в пространство, думая про своего злейшего врага. Наконец он отпустил Зу. Тонкие губы растянулись в улыбке.
Глава 34
Мурад раздобыл немного красного вина. И хотя Алекс впервые пила вино за два с лишним года пребывания в Триполи, это не доставило ей ни малейшей радости. Бедняжка по-прежнему чувствовала себя загнанной в угол. Настало время платить по счетам, и выхода не было.
Она вошла к Джебалю. У Алекс не хватило сил хоть на какое-то подобие улыбки. В ушах звучали брошенные им утром угрозы. А перед глазами стояла картина погрома, учиненного в ее спальне. Внезапно она ощутила, что зря пыталась оглушить себя вином. Едва переступив порог, она приостановилась, чтобы собраться с силами. Боже, как она ненавидит Джебаля!
Напрасно она уже в сто первый раз повторила себе, что чувства не играют никакой роли и что ей не миновать постели принца. Тем более что вот-вот они с Блэкуэллом покинут проклятый Триполи. И тогда закончатся ее мучения.
— Прости меня за то, что случилось утром, — процедил Джебаль.
Алекс кивнула. Она не простит Джебаля никогда.
— Ты такая красивая сегодня, — нервно улыбнулся он. — Красное тебе к лицу, Зохара.
Алекс и не подумала улыбнуться в ответ. Ее одевал Мурад. И только после напоминания о том, что от сегодняшней ночи зависит все ее будущее, рабу удалось уговорить госпожу надеть алое шелковое платье.
— Алекс, ты должна помнить о своем будущем, о своей свободе. Если он останется недоволен, то может запереть тебя в темницу и выбросить ключ, и тогда ничем не поможешь.
Итак, пленница нарядилась в красное.
— Подойди же. Я не причиню тебе вреда. — Улыбка Джебаля расплывалась все шире.
Она шагнула вперед, звякнули золотые браслеты и цепочки. Алекс чувствовала себя шлюхой.
Джебаль взял ее за руку, любуясь пышной грудью. Широкий золоченый пояс стягивал просторные одежды и подчеркивал стройную фигуру. Принц поднял глаза, и она увидела разгоравшееся в них желание. «Что ж, если иного пути нет, пусть покончит с этим поскорее и отпустит меня…» — подумала она.