Плеть палача
Шрифт:
Сью отпрянула от окна, опрокинув лампу. На мгновение мелькнуло искаженное гримасой лицо Ричарда, потом тяжелый тупой удар, тонкий вскрик – и тишина.
Тело Кальвина безвольно распростерлось на ковре. Ричард тяжело поднялся. Взял Кальвина за отвороты пиджака, тряхнул и разжал пальцы. Голова глухо ударилась о пол.
Сью тупо уставилась на него. Ричард прошел в ванную, вернулся, полотенцами связал руки и ноги Кальвина, потом взял его подмышки и потащил в спальню. На подбородке у него кровила ссадина.
– Дежурный? –
Потом он обнял Сью и вздохнул.
– Это его работа. Он убил их обоих. Мы поняли это сегодня, когда вернулись из Эвьена и поговорили с Люси. Но у нас не было улик. Потом Джонс рассказал мне про телеграмму и что ты уже уехала. Я сразу же позвонил сюда – пытался тебя перехватить. Просил передать, чтобы ты не поднималась в квартиру, а ждала меня в «Селезне».
Сью его успокоила:
– Я в порядке.
Его объятия стали крепче.
– Однажды он уже пытался до тебя добраться, решил, что ты видела его у коттеджа. Потом меня арестовали, и он сообразил, что если ты его узнала, то обязательно расскажешь. Тебе Люси рассказала про Изабель? Знаешь, смерть Джона и Изабель была несчастным случаем. Но она действительно пережила Джона, и маленькая сумочка, которая оказалась у Люси, – тому подтверждение.
– Я знаю, – слабым голосом выдохнула Сью и оглядела комнату. Было что-то... Яркое зеленое пятно на столике, какой-то белый листок, упавший на пол – письмо Люси, с которого все началось. Она сделала движение рукой – и Ричард поднял листок.
Сейчас все это не имеет значения. Ничего не имеет значения, кроме одного: Ричард здесь, и она в безопасности.
А он уже развернул письмо, быстро пробежал его глазами, стал читать снова. Прозвучал звонок у двери, и Сью услышала собственный голос:
– Это, должно быть, Холанд. Он был здесь, на кухне.
– Его здесь не было. Дверь кухни осталась открытой, потому я и смог войти.
Ричард открыл. Диана была в шляпе и перчатках.
– Я ехала за тобой следом, – хладнокровно пояснила она. – Джонс сказал мне, куда ты собрался. Я должна знать...
Ричард перебил ее:
– Ты уверена, что не знаешь?
Длинное лицо побледнело, Диана принялась снимать перчатки.
– Это насчет денег, да?
– Да, Диана, – кивнул Ричард. – Изабель...
Она тяжело вздохнула:
– Я всегда этого боялась. Когда все это случилось, адвокат говорил мне, что если Изабель пережила Джона хоть на какой-то миг, и есть возможность это доказать... – она вновь вздохнула. – А где Кальвин, здесь?
Ричард сунул письмо и зеленый шелковый шнур в карман, взял Диану за руки:
– Мне очень жаль, Диана, но Кальвин – убийца! И еще про деньги, которые ты унаследовала от Джона. Изабель пережила его – тому есть доказательство. Кальвин и Айви
– Достаточно, Ричард. Я догадывалась. После того, как Айви съездила в Эвьен, а потом ее убили. Это мог сделать только Кальвин. Но я не была уверена, пока он не попросил подтвердить его алиби. Алиби было настоящим: он действительно тогда был в своей комнате, но я все поняла по тону, каким он меня просил. Когда очень хорошо кого-то знаешь... – голос у нее сорвался.
Словно кусочки головоломки сложились в нужную картинку – Сью стало ясно, что Диана никогда не любила Ричарда, просто хотела удержать то, чем владела. Если бы Ричард женился на ней, она оставалась владелицей состояния, хозяйкой дома.
Ричард продолжал:
– Через несколько минут здесь будет шериф. Тебе лучше знать все, Диана. Человек, которого убили, – Сол Глисон. Его имя фигурирует в записях больницы, куда привезли Изабель и Джона. Изабель пережила Джона, поэтому я унаследую все состояние, но не собираюсь забирать все себе.
Диана подняла голову:
– Что ты имеешь в виду?
– Я возьму то, что принадлежало Изабель. Деньги, которые были у нее, когда она выходила замуж за Джона. Остальные твои.
– Остальные, но... Зачем тогда я... – она замолчала. Ее высокая тонкая фигура выпрямилась и ожила. – Хорошо. Это улажено. Очень благородно с твоей стороны, Ричард. Действительно, благородно, – она окинула взглядом комнату. – Кальвин. Я должна о нем позаботиться. Понадобится хороший психиатр.
Сью навсегда запомнила эти слова и ледяной тон не теряющей самообладания Дианы.
Явился шериф Донни с двумя чикагскими полицейскими в синей форме. Сью повернулась к ним спиной. Когда они остались одни, Ричард взволнованно заговорил:
– Я нашел это у Кальвина в кармане. Ради Бога, объясни... Это же твой почерк...
Сью рассказала каким-то чужим, глухим голосом, как автомат, медленно выталкивая из себя слова.
– А потом появился ты, – закончила она.
– Сью, – хрипло прошептал Ричард. – Уйдем отсюда.
Руки у него были теплые и сильные. Небо оказалось полно звезд. Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза, постепенно привыкая к мысли, что все кончилось, все уже в прошлом.
Сью подняла голову. Ричард, глядя в звездное небо, медленно произнес:
– Что правит миром? Деньги и страх.
И добавил:
– Адский страх – это плеть палача!
Потом взял со стола шляпку и сумку.
– Идем, – он повел ее к двери. Они спустились в лифте, вышли на улицу. У тротуара стояла машина. Они в нее сели.
Это было похоже на начало долгого пути вдвоем.