Плейбой
Шрифт:
— Как такое может быть? Мне кажется, я знаю тебя целую вечность, а ведь мы встретились совсем недавно.
Кендалл подумала, что ей известен ответ. Она открыла было рот, чтобы сказать ему, но была награждена поцелуем. Горячим, требовательным, который сразу объяснил ей все. Им не нужно было никаких прелюдий. Прелюдией для них стала каждая минута с той самой первой встречи.
Кончиком языка Рик провел по ее щеке и добрался до уха.
— Я хочу, чтобы ты запылала и была готова.
От его
— Уже!
— Я догадался. — Он медленно вышел из нее, а потом снова резко вошел в плоть, полную мучительного ожидания.
С каждым его движением Кендалл все ближе подвигалась к краю, который грозил обвалом. Двигаясь с Риком в такт, она устремляла бедра ему навстречу, стараясь, чтобы он проник в нее как можно глубже, чтобы стал частью ее. Ураган, который словно бы сопровождал их с первой встречи, подхватил ее, поднимая все выше и выше, даря жаркое, сладостное, благословенное забвение.
Когда Кендалл вновь стала воспринимать окружающее, она почувствовала, будто что-то в ней изменилось. Не оттого что она занималась любовью, а оттого что Рик вел себя с ней так, как никто другой до этого. Он очень хотел показать ей, что она ему дорога.
«Ничего не скрывай». Рик видел, что в ней происходит внутренняя борьба. Он понимал Кендалл, потому что чувствовал то же самое. Возможно, это реакция на секс.
Но для Кендалл дело было не в этом.
Ради них двоих Рик делал все, о чем просили ее глаза.
— Мы использовали два презерватива, — сообщил он си. — Хочешь, используем и третий? Или мне нужно пожалеть тебя и дать немного поспать?
Засмеявшись, Кендалл потянулась и свернулась калачиком у него под боком.
— Мне почему-то кажется, что ты хочешь переложить вину на меня, а на самом деле отдохнуть нужно тебе.
Рик без сил рухнул на подушку.
— Удар под дых!
— Ладно, я тоже признаюсь, что ты меня заездил.
— Тогда у нас есть время поговорить.
Кендалл повернула голову:
— О чем?
Рик пожал плечами. Честно говоря, ему было все равно. Все, что он мог бы узнать про нее, уже было бы для него важным, так как помогло бы объяснить ее непохожесть на других. Но главное о ней Рик уже знал — эта странница жаждала любви. Он отчетливо понял это сегодня.
Понял по признательности в ее глазах, когда сообщил ей о вечеринке, и потом, когда видел, как она, словно губка, впитывает тепло и доброжелательность окружающих. Будь он проклят, если ее беззащитность не притягивает его не меньше, чем сексуальность этой женщины, затянутой в тесные кожаные брючки!
— Мне хочется узнать, о чем думает Кендалл Саттон. Какие у тебя цели? О чем ты мечтаешь? Какие планы строишь? Ну, приведешь ты в
Кендалл покачала головой:
— Нет. Эта работа была для меня лишь ступенькой к достижению цели. Я не тщеславна, как тебе могло бы показаться, когда ты увидел меня с розовыми волосами. — Она рассмеялась, и ее смех отозвался в Рике теплой волной. — Я занимаюсь ювелирным дизайном.
— В самом деле?
— Чему ты удивляешься? — Она оперлась на локоть и уставилась на него. — На что, по-твоему, я живу?
Одеяло у нее спустилось, обнажив грудь, и на секунду Рик отключился, не в силах думать ни о чем другом.
Перехватив его взгляд, Кендалл вернула одеяло на место.
— Приди в себя и ответь.
— Ну, я только знаю, что ты работала моделью.
— Ну да. Просто я использовала свою внешность. — Уголки ее губ приподнялись в улыбке, на щеках появились ямочки, которые так нравились ему.
Рик понимал, что Кендалл подтрунивает над ним, и был рад, что она отбросила настороженность.
— Ты красавица. Почему бы тебе и не попользоваться своим преимуществом?
— В этом действительно нет ничего плохого, если только ты не считаешь, что это единственное мое преимущество.
— Разве я настолько тупой? — Рик положил руку ей на живот, потом передвинул вверх, на грудь. — Я уверен, у тебя полно достоинств.
Кендалл протяжно вздохнула. Ей явно нравились его прикосновения.
— Перечисли их.
— В смысле?
— Перечисли все достоинства, которые ты во мне видишь. Докажи, что ты не напрасно пользуешься шармом Чандлеров, чтобы влезть ко мне в постель.
— Поправь меня, если я ошибаюсь, но, по-моему, сейчас ты в моей постели.
В ее взгляде было море терпения и сострадания.
— Ладно, пользуешься своим шармом, чтобы, так сказать, залезть ко мне в трусы.
— Опять же поправь меня, если я ошибусь, но я уже залезал туда. — От одной мысли об этом у Рика снова все отвердело в паху, и, перекатившись на Кендалл, он распял ее своим телом.
— Ну что ж. Если тебе захочется повторить, представь, пожалуйста, список моих достоинств. — Встретившись с ним глазами, Кендалл усмехнулась.
Рика душил смех. Ему было так хорошо, так легко с этой женщиной! И дело тут было не только в сексе.
— Почему-то мне кажется, что ты избегаешь разговоров о себе и о своих планах, но уж так и быть — пойду тебе навстречу.
— Начинай.
Как раз это он и собирался сделать.
— Во-первых, ты красивая. Можешь считать это достоинством, можешь — недостатком, но это так. Во-вторых, ты необыкновенная.