Плохой
Шрифт:
Я наблюдаю, как его губы обхватывают сигару, когда он наклоняет голову и щёлкает зажигалкой. Пламя вспыхивает искрами, танцуя на конце, пока не становится ярко-вишнёво-красным. Это такой простой поступок, и всё же он делает его похожим на искусство, мастер-класс по элегантной мужественности.
— Почему ты такая сердитая, Красивая? — спрашивает он, и дым просачивается сквозь его губы.
Моя кровь кипит.
— Ты умрёшь Русский.
— Хм, я в этом сомневаюсь. Хесус к этому времени уже будет мёртв. — Он делает ещё
— А тебя?
— Ронан Коул. — Он ухмыляется.
Ох, блядь.
Я так нелепо облажалась. Он не просто Русский, он тот самый Русский. Главарь Братвы, к которому даже самые сильные картели испытывают здоровое уважение. Какого хрена он делает в Мексике? Меня никогда не застают врасплох, но прямо сейчас я не знаю, что делать или говорить из-за историй об этом парне… Он скорее миф, чем реальность. Я прищуриваю глаза, смутно припоминая разговор, который был у Хесуса со своим заместителем, хваставшегося тем, что он отказался продать часть земли Русскому. Этому Русскому? Боже, Хесус никогда не был самым умным.
Глаза Ронана вспыхивают, и я изучаю его. Он такой молодой, может быть, лет тридцати. Я ожидала, что Ронан Коул будет выглядеть точно так же, как банальный плохой парень в каждом фильме о гангстерах: старым и жутким, но…
— Итак, как тебя зовут? — спрашивает он.
— Камилла, — тихо отвечаю я.
Лёгкая ухмылка тронула его губы, и он стряхнул пепел со своей сигары в пепельницу.
— Камила Эстрада? — его акцент ласкает моё имя, и осознание этого пробирает меня до костей.
— Да.
— Ну, ну, разве не интересный поворот событий? Я не знал, что ты спишь с врагом. — Он смеётся. — Твой брат будет очень разочарован.
— Нахуй тебя!
Взгляд Ронана опускается на мою грудь, прежде чем неторопливо скользнуть по моему телу.
— С удовольствием, — говорит он, его голос понижается на октаву, как будто он хочет послать это слово к чёрту. Я ёрзаю на своём стуле. — Я понимаю, почему из тебя получилась бы идеальная дырка, — говорит он. — Ты стала бы ужасной слабостью для любого мужчины. — Он опирается локтем на стол и делает ещё одну длинную затяжку своей сигарой. — Донован! — кричит он, не сводя с меня пристального взгляда. Дверь открывается, и позади меня раздаются шаги. — Возьми её. — Ронан улыбается. — Посади её в машину.
Крупный мужчина делает шаг вперёд и развязывает меня, прежде чем поставить на ноги.
Блядь, нет, я не пойду с ним!
Я вырываюсь из его хватки, поворачиваюсь, чтобы провести ногтями свободной руки по его щеке. Он ворчит и рычит, но ни за что не ослабляет хватки. Внезапно Ронан встаёт передо мной и хватает меня за челюсть. Он притягивает меня к себе, прижимаясь своим твёрдым телом к моему. Его властное присутствие вынуждает меня подчиняться,
— Продолжай бороться, маленькая кошечка. Я лишь сломаю тебя, — говорит он низким рычанием, его дыхание овевает моё лицо.
— Vieta a la meierda. (исп. — Да пошёл ты!) — отвечаю я, плюя в него.
Меня вытаскивают из комнаты вместе с Ронаном Коулом, улыбающимся, как воплощение дьявола.
Глава 3
РОНАН
«My Way» — Chase Holfelder (трек)
От палящего солнца у меня на лбу выступает пот. Мошки и комары роятся вокруг меня, и я отмахиваюсь от них, продираясь сквозь высокие высохшие сорняки.
— Это абсолютно прискорбно, — бормочу я.
Трава со временем редеет, и кристально голубое озеро окружает только песок.
— Ах, — говорю я, широко разводя руки и откидывая голову назад от смеха. — Как славно. — Я делаю глубокий вдох. Аромат песка пустыни подобен чистому золоту, потому что то, что лежит под этим озером… — Как думаешь, сколько времени потребуется, чтобы осушить его? — спрашиваю я, поворачиваясь лицом к Игорю.
— Четыре дня. — Игорь отмахивается от жуков, жужжащих вокруг его лица.
— Идеально.
Я смотрю на гладкую воду, более чем довольный, тем, как всё обернулось. Я получил эту землю бесплатно, и теперь у меня под каблуком целый картель. И в самом деле, что может быть лучше для транспортировки полезных ископаемых, которые я буду добывать на этом самом месте, чем через мастеров призрачного экспорта — картель? Иногда я не могу отделаться от мысли, что судьба на моей стороне. Правда не могу.
Когда я поворачиваюсь и направляюсь к самолёту в конце поля, я замечаю, как Донован вытаскивает очень сердитую Камиллу из машины. Она плюётся и ругается, её лицо краснеет, когда она вырывается из его хватки. Он наклоняется к ней, и она бодает его головой. Он отшатывается, ошеломлённый, а она бросается бежать через поле.
Я смотрю на Игоря и закатываю глаза.
— За ней, — говорю я, вытаскивая из кармана носовой платок и вытирая пот со лба.
Игорь устремляется за Камиллой, его длинные ноги делают шаги в два раза длиннее, чем у неё. Он хватает её за волосы и швыряет на землю. О, она кричит и отбивается от Игоря, когда он тащит её к ожидающему самолёту, и я действительно нахожу это довольно забавным.
Такая дерзкая малышка.
Двигатели самолёта включаются, пропеллеры с жужжанием оживают и поднимают пыль, пока я неторопливо направляюсь к Игорю и Камилле.
— Разверни её, — велю я.
Глаза Камиллы вспыхивают вызовом, прежде чем Игорь хватает её и разворачивает. Вздохнув, я подхожу к ней сзади, обхватываю её рукой за шею и склоняюсь над её плечом, прижимаясь лицом к её щеке. Я вдыхаю аромат гибискуса, который тяжело витает в её волосах, прежде чем сильнее прижать предплечье к её горлу.