Плоть - как трава
Шрифт:
— За последние месяцы я не так часто это делал, тетушка. У меня не было никаких интересных дел.
Супруг тетушки, услышав это, положил булочку, которую он ел, на тарелку и постучал двумя пальцами по столу красного дерева, чтобы отвести от племянника сглаз и порчу. Лорд Мерлинворт напоминал всем своим видом опереточного графа, музейную редкость, но не обычного пожилого мужчину. Так во всяком случае казалось Найджелу.
— Насколько… Насколько я помню… — неуверенно начал старый лорд.
От необходимости выслушивать эти пространные воспоминания
На самом деле сэр Джон не имел никакого отношения к медицине. Это был весьма одаренный полицейский офицер.
— Здравствуй, Элизабет! Приятного аппетита, Генри! Рад, что ты здесь, Найджел. Я искал тебя, звонил домой и узнал, куда ты пошел. Есть одна работа… Спасибо за чай, Элизабет. Вижу, вы еще не перешли на коктейли!
Сказав это, он шутливо подмигнул своей собеседнице.
— Неужели ты мог подумать, что мы на это способны, — откликнулась она. — Мой отец когда-то отказал от дома одному пожилому человеку, пожелавшему выпить коктейль. Жаль, что в Скотланд-Ярде теперь не обращают внимания на такие моменты.
Выпалив это, хозяйка не утаила удовольствия. Ей нравилось, что ее еще можно подозревать в грехах молодости. Лорд Мерлинворт не упустил возможности вставить свое слово:
— Я слышал, что коктейль был придуман в Америке. Его там принято пить в любое время дня. Он входит в моду и у нас, но я предпочитаю добрый старый шерри. Правда, в этих американских напитках что-то есть… Жаль только, что современные молодые люди не умеют ценить жизнь, набрасываются на все, чтобы пить залпом. Возможно, в этом и заключается прогресс…
Откинувшийся в кресле лорд Мерлинворт давал всем своим видом понять, что он не против эволюции существа.
— Вы намерены встретить Рождество в Чаткомбе? — поинтересовался Джон.
— Конечно! Завтра мы туда отправимся на машине, потому что в поездах сейчас масса людей.
— Вы в хороших отношениях со своим квартиросъемщиком в Дауэр-хаузе?
— Мы руководствовались только его рекомендациями, но не знакомы с ним лично, — ответил лорд Мерлинворт. — Но вскоре поняли, что с ним не оберешься хлопот. Он ведь оказался знаменитостью. Репортеры постоянно задают нам вопросы по поводу этого молодого человека. Приходится что-то придумывать…
— Кто же этот молодой человек, вызывающий такой интерес? — поинтересовался Найджел.
— Он не так уж и молод, но действительно знаменит. Это Фергус О'Браен, — уточнил сэр Джон.
Найджел был поражен:
— О'Браен? Знаменитый летчик? Легендарный герой, который скрывался от всего мира, чтобы отдать предпочтение природе? Я не имел понятия о том, что он обосновался в Дауэр-хаузе!
— Тебе
— Странно, что об этом ничего не писали в газетах! Было упоминание лишь о том, что он переехал в сельскую местность!
— Он просил газетчиков сохранить его тайну, — объяснил сэр Джон. — На это у него были свои причины.
Заявив это, он попросил разрешения удалиться с Найджелом в кабинет, чтобы обсудить кое-какие моменты.
Леди Мерлинворт, естественно, не возражала. Вскоре Найджел и сэр Джон, который тут же закурил свою вонючую трубку из вишневого дерева, удобно устроились в огромных креслах.
— У меня для тебя работа, Найджел, — заявил сэр Джон. — Она связана с теперешним обитателем Дауэр-хауза. Он обратился к нам неделю тому назад и передал письма, содержащие угрозы для его жизни. Они пришли с интервалом в один месяц и отпечатаны на машинке. Прочти их и выскажи свое мнение по этому поводу.
Конверты были пронумерованы, чтобы дать представление о том, в какой последовательности их отослали. На них четко виднелся почтовый штемпель Кепсингтона. Все они были подписаны.
Первое письмо содержало предупреждение: «Не пытайся скрываться, Фергус О'Браен! Даже крылья орла тебе не помогут, отважный летчик! Я убью тебя! Ты сам знаешь, почему!»
Найджелу показалось, что все это звучит слишком уж драматично.
— Автор, очевидно, считает себя каким-то всемогущим божеством, — сказал он. — А его литературный стиль!!!
Сэр Джон кивнул головой.
Второе письмо было в духе первого: «Боишься? Нервишки начали сдавать? Помни: я не буду больше заставлять тебя ждать!»
— Проклятье! — воскликнул Найджел. — Хорош шутник!
Он принялся за третье письмо, которое оказалось несколько длиннее первых двух:
«Твой уход из жизни, назначенный на этот месяц, следует обставить как торжественное событие. Я все уже подготовил, но считаю, что надо дать тебе возможность отпраздновать Рождество. У тебя, таким образом, остается три недели, чтобы привести в порядок свои дела и повеселиться. Убийство произойдет на второй день праздника. Подобно королю Венцеславу ты умрешь в день святого Стефания. Прошу только об одном: не кончай жизнь самоубийством. Мне хочется сказать перед смертью о том, как я тебя ненавижу. Ты фальшивый герой и дьявол!»
— Что ты об этом думаешь? — спросил сэр Джон, дав возможность племяннику немножко поразмыслить над содержанием посланий.
Найджел откровенно признался:
— Все это представляется мне чем-то нереальным. Автор не страдает отсутствием юмора. Забавно, что здесь упомянут король Венцеслав. Уверен, мне понравится человек, который это писал. А вдруг это все просто шутка?
— Я рад был бы так все воспринимать, но О'Браен иного мнения. Потому-то он и прислал эти письма нам…
— А как реагировал на них отважный летчик? — спросил Найджел.