Плот
Шрифт:
– Я говорил тебе, что меня следовало оставить, - с трудом проговорил Холлербах.
Рис проигнорировал его слова.
– Вам надо было посмотреть, как мы выпускаем молодые деревья, сказал он.
– Просто открыл клетки, и они вылетели... Они устроились так, будто здесь родились.
– Может, так оно и есть, - сухо заметил Холлербах.
– Паллису это понравилось бы.
– Не думаю, чтобы кто-нибудь из молодежи представлял
Холлербах порылся под одеялом и с помощью Риса вытащил маленький предмет, завернутый в кусок грязной ткани.
– Что это?
– Возьми.
Рис развернул ткань и вытащил прибор тонкой работы размером в две его ладони. В центре поблескивал серебристый шарик, а вокруг него на проволочных кольцах сверкали разноцветные шарики.
– Ваш планетарий, - сказал Рис.
– Я пронес его в личном багаже.
Рис провел пальцем по знакомым формам, потом смущенно сказал:
– Вы хотите, чтобы я взял его, когда вы умрете?
– Нет, черт тебя побери!
– Холлербах возмущенно закашлялся.
– Рис, меня беспокоит присущая тебе сентиментальность. Теперь я уже жалею, что не оставил эту штуку там. Парень, я хочу, чтобы ты уничтожил ее. Когда вы выбросите меня из этой двери, пошли ее вслед за мной.
Рис поразился.
– Но зачем? Это единственный планетарий... Абсолютно уникальная вещь!
– Это ничего не значит!
– Глаза старика сверкнули.
– Рис, эта вещь символ ушедшего прошлого, прошлого, которое мы должны забыть. Слишком долго мы возились с такими игрушками. Теперь мы обитатели нового космоса.
С неожиданной силой старик ухватил Риса за рукав и попытался, приподняться. Рис, нахмурившись, положил руку ему на плечо и нежно вернул обратно на койку.
– Попытайтесь отдохнуть...
– К дьяволу это!
– раздраженно сказал Холлербах.
– У меня нет времени на отдых! Ты должен объяснить им...
– Что?
– Нам надо распространиться. Рассыпаться по всей этой Туманности. Мы, люди, должны заполнить каждую пригодную нишу. Нельзя больше рассчитывать на остатки чужеродного прошлого. Чтобы преуспеть, мы должны стать уроженцами этого пространства, научиться жить, используя свои возможности и ресурсы...
– Его слова прервались очередным приступом кашля.
–
Наконец силы Холлербаха иссякли, седая голова его откинулась на подушку, и глаза медленно закрылись.
Когда все было кончено, Рис сам отнес старого Ученого к двери и вложил планетарий в коченеющие пальцы. Он молча вытолкнул тело в космос и долго смотрел, как оно уплывает - до тех пор, пока точка не затерялась среди падающих звезд.
В этот момент Рис почувствовал чье-то тепло - рядом с ним молча встала Джаен. Он взял девушку за руку, нежно сжал, и его мысли потекли по новым, неизведанным путям. Теперь, когда приключения закончились, они с Джаен могут подумать о новой жизни, о собственном доме...
Джаен вскрикнула и указала на что-то:
– Боже мой!.. Смотри!
Что-то надвигалось на них с неба. Плотное, бледно-зеленого цвета колесо, напоминающее дерево, шириной фута в три. Оно остановилось поблизости от Рубки и повисло, удерживаясь на месте быстрой сменой скоростей вращения. Из ствола торчали короткие толстые конечности. Что-то, похожее на деревянные и железные инструменты, было закреплено в различных точках по краям летательной системы. Рис безуспешно пытался разглядеть крошечных пилотов.
– Клянусь Костями, Рис, - вскрикнула Джаен, - что это, черт побери, такое?!
Сверху ствола открылись четыре глаза - голубые, удивительно человеческие - и строго уставились на нежданных гостей.
Рис улыбнулся. Приключения, понял он, далеко не закончились.
Собственно говоря, они только начинаются.