Плотник
Шрифт:
Она сморщила нос, глядя на меня.
— Это не то, что я собиралась сказать. Я просто хотела спросить, у тебя все еще есть ключ от дома?
— Да.
— Ладно, тогда просто воспользуйся своим ключом, чтобы войти.
— Куда ты собралась? — Это было не мое дело, но я все равно спросил.
— Мне нужно кое-что сделать, а потом встретиться с друзьями перед работой.
Мой взгляд упал на ее грудь.
— С кем?
Она пожала плечами и схватила телефон с тумбочки.
— Кое-кто из нас встречается в боулинге.
— А там будут парни?
Она изучающе посмотрела на меня.
— Да, а что?
— Тебе нужно переодеться.
— Что ты имеешь в виду?
— Переоденься перед тем, как выйти.
Она рассмеялась, и этот смех был полон неподдельного веселья.
— Кто ты, полиция моды? С моей одеждой все в порядке.
— Мэдисон, — в моем голосе слышалось раздражение, — перестань спорить со мной и переоденься.
— Нет. В чем проблема с тем, что на мне надето?
Я вышел из себя, пересек комнату и схватил ее за руку, прежде чем смог остановиться. Я подтащил ее к большому зеркалу в ее комнате, отпустил ее руку и встал позади нее, глядя на нее в зеркало.
— Вот в чем проблема.
— Что? — Она оглядела себя с ног до головы.
— Твои соски, Мэдисон.
Она изучала, как они торчат из-под тонкой ткани ее майки.
— А что с ними не так, Джейкоб?
— Ты хочешь, чтобы каждый парень на этом гребаном боулинге пялился на них?
Она снова раздраженно пожала плечами.
— У всех есть соски.
— Я не хочу, чтобы они смотрели на твои. Надень лифчик, прежде чем выходить.
— Нет, — весело ответила она. — Мне что-то не хочется его надевать.
— Мэдисон…
— Подожди, может, это поможет. — Она протянула руку и потерла соски. Мой член прижимался к джинсам, и я мог поклясться, что чувствую отпечаток моей молнии на нем. Ее маленькие соски затвердели, и мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не прижать свой член к ее заднице.
— Хм, похоже, от этого становится только хуже. — Она наградила меня дерзкой улыбкой и потерла круги вокруг обоих сосков.
— Хватит, Мэдисон, — предупредил я.
— Думаешь, у тебя получится лучше? — Она провела пальцами по кончикам своих сосков, и тихий стон вырвался из ее горла. — Извини, у меня очень чувствительные соски.
— Мэдисон...
— Да, Джейкоб?
Я открыл рот, чтобы приказать ей немедленно надеть чертов бюстгальтер, но вместо этого сказал:
— Ущипни их.
Она сделала то, что я просил, сжав соски между указательными и большими пальцами и сильно ущипнув их. Она ахнула, и ее спина выгнулась, заставляя ее задницу задеть мой член. Я застонал и отступил назад, но продолжал смотреть на ее сиськи.
— Еще раз.
Она снова ущипнула их, прежде чем натянуть. Я был так чертовски тверд, что оказался близок к взрыву. Я потер свой член через джинсы.
— Сними
Она стянула через голову рубашку. Мое дыхание перехватило в горле. Ее груди были такими же невероятными, какими я их себе представлял. У нее были маленькие сладкие соски, такие же нежно-розовые, как и ее губы. Ее кожа выглядела шелковистой и мягкой, и мои ладони зудели от желания обхватить ее сиськи, почувствовать их тяжелый вес и почувствовать, как ее соски твердеют под моими ладонями.
Должно быть, ей пришла в голову та же мысль, потому что она обхватила ладонями свои груди, потерла большими пальцами соски и умоляюще посмотрела на меня в зеркало. — Пожалуйста, прикоснись ко мне, Джейкоб.
— Я не могу, детка. Но ты будешь хорошей девочкой и потрогаешь себя за меня. Ладно?
– Я... хорошо.
— Хорошо. Расстегни джинсы.
Она расстегнула джинсы, а я уставился на ее потрясающие сиськи. Когда джинсы были расстегнуты, она начала стягивать их вниз по бедрам, и я покачал головой.
— Нет, детка, оставь их.
— Разве ты не хочешь увидеть мою киску? — Она чуть не захныкала.
— Безумно хочу. — Я расстегивал собственные джинсы. Если не ослаблю давление, мой член действительно взорвется. — Но я не могу.
— Я хочу, чтобы ты увидел.
— Знаю, детка. Но это неправильно. Засунь руку в трусики и потри свою киску для меня.
Она надулась на меня в зеркале, но сунула руку в трусики. Я смотрел, как двигается ее рука, слушал ее тихие стоны, когда вытащил свой член и грубо потер его. Мы смотрели друг на друга в зеркало, наши взаимные стоны становились все громче, когда мы терлись, гладили и дразнили друг друга.
Она вытащила руку из трусиков и показала мне свои мокрые пальцы, прежде чем перекинуть руку через плечо.
— Попробуй меня.
Я не должен.
Я знал, что не должен этого делать.
Но иногда то, что ты не должен делать, было именно тем, что сделать необходимо.
Я пососал ее первые два пальца. Ее вкус заполнил мой рот, сладкий и чистый, и такой совершенно идеальный. Я лизал ее пальцы, как чертов пес, высасывая влагу из ее пальцев, пока вся ее смазка не ушла.
— Пожалуйста, прикоснись ко мне, — снова взмолилась она, когда я отпустил ее пальцы.
Я покачал головой, моя рука терла мой член жесткими и настойчивыми движениями.
— Детка, я хочу, но не могу. Прикоснись к себе еще раз для меня.
Она нахмурилась, но сунула руку обратно в трусики. Боже, как бы мне хотелось увидеть ее хорошенькую маленькую киску. Неужели она была голая? Или у нее были сладкие темных кудри, покрывающие ее? Черт, я хотел знать.
Ее голова откинулась назад, и я уставился на гладкую колонну ее шеи. Ее пульс бился у основания, и она дико дрожала, когда сильнее терла клитор.