Пляска одержимости

Коробочка Елизавета

— Шансом на что? — невесело рассмеялся он.

— На искупление.

Но тебе нечего искупать, хотел возразить он. Ты умерла, и теперь возродилась вновь, благодаря больной любви своего отца, что сам загнал тебя в ситуацию, где ты и погибла. Как цветок, выросший среди грязи: Цубаки не нуждалась в искуплении, но Ямато… Мог ли он его найти, по-настоящему? Он вновь взглянул на Цубаки, ненастоящую, но действительно бывшую тут — и пока ее сознание жило, она… в какой-то степени тоже была жива.

И если она даровала ему прощение…

Мог ли он наконец отпустить это воспоминание?

Он никогда

не сможет искупить свой проступок, это было верно. На его руках кровь семьи Хорин, хотел он этого или нет; в этом смысле Тайтэн был несомненно прав. Руками Ямато был убит старший сын, Хорин Аи; затем он лишил жизни и саму Цубаки. И, наконец, его самого, выбравшись после взрыва, но оставив его умирать посреди завалов. Да, несомненно, он был плохим человеком, но Ямато убил и его.

Как беспощадный жнец.

Целую семью. За пару лет.

Некоторое время они сидели в тишине; пока Ямато размышлял над тем, что сотворил, Цубаки бродила по комнате, и он краем глаза наблюдал за тем, как с любопытством она рассматривала все вокруг. Наверное, никогда не была в таком грязном местечке, ну еще бы; сначала жизнь в богатой семье, а потом работа в ядре «Химико». А тут? Все, что только находила банда Масаки и тащила внутрь, как сокровища. Конечно, он понимал, что на самом деле тут ее не было, и она просто рассматривала изображения с оптики, приближая ее туда, куда было нужно ей, но виделось — будто и правда стояла тут.

Они могли притвориться. Сделать вид, что все хорошо.

И правда — начать все заново.

— Долго ты тут?

Продолжая рассматривать пластиковые фигурки рейнджеров на одной из полок, Цубаки пожала плечами:

— С самого начала. Я решила не появляться, пока ты болтал с этими двумя. Но сюда именно я тебя и притащила.

— Каким образом?

— Ты отключился, — она прикрыла глаза и закинула руки за голову, следом за чем резко выпрямилась.

Ее вид, слегка прозрачной фигуры в воздухе, словно она какой-то призрак, заставил Ямато признаться самому себе, что он явно недооценивал границы увиденных безумство во время встречи с Тайтэном. У него в голове была целая личность, и теперь она спокойно с ним говорила, хотя, в общем-то, он был тут один.

— Я взяла контроль над телом. Вот и все.

— Значит, ты спасла меня.

Еще одной тайной стало меньше. Это хорошо. Подняв на нее взгляд, Ямато с трудом выдавил из себя вялое подобие улыбки.

— Спасибо. Не знаю, что бы и делал без тебя.

Та, видимо, не привыкшая к подобному, отстраненно кивнула и явно смутилась, после чего вновь отвернулась к мусору на полках.

Некоторое время следом они вновь провели в молчании, обдумывая каждый свое.

Ямато был рад, что, хотя бы такой слепок Цубаки был жив; он не мог назвать искин точным ее воскрешением, но, с другой стороны, почему бы и нет? У нее же были все воспоминания, другой Цубаки больше не было. Тайтэн сам говорил, что тело кто-то забрал; значит, сейчас была лишь одна Цубаки, и никто не мог посягнуть на ее статус. Статус «настоящей», истинной.

Если она была тут, как искин, то что стало с «Химико»? Или Тайтэн настолько отчаялся, что решил «воскресить» свою дочь в новом теле не взирая на минусы для проекта? Он же упоминал, что новое ядро было,

но…

Что-то не укладывалось.

— Ты можешь читать мои мысли? — неожиданно спросил он. Цубаки резко покосилась на него.

— Могу… Думаю. Самые яркие, — она задумалась. — Это неприлично.

Хорошо. Ему было бы неловко размышлять обо всем этом в ее присутствии. Как обсуждать кого-то, кто стоит рядом с тобой, вслух. Если бы она услышала все, что он только что обдумывал, кто знает, как среагировала бы. К сожалению, до полного искупления Ямато было невероятно далеко, она даже представить себе не могла.

Но теперь у него был повод начать. Начать… жить честно и правильно.

— Как думаешь, все будет в порядке?

— С чем именно?..

— Что ты записана у меня в голове, — Ямато постучал пальцем по виску. — Было бы плохо, если бы с тобой сейчас что-то произошло… — затем нервно рассмеялся в ладонь и провел ею по лицу вниз. — Извини, я просто не особо знаю, как работают искины. Странно было бы, окажись огромный объем данных с пусть и навороченной щепки, но вот так легко у меня в голове. Разве ты не должна была отъесть часть памяти, не знаю?

— Должна.

Пожав плечами, Цубаки выдохнула и беспечным тоном добавила:

— Я не полный искин. Точнее, моя личность перед тобой — полная. Но я работаю от антенн «Хорин», то есть, если объяснять очень просто, то мой основной сервер все еще находится в «Химико». Ты прав, на щепке была не личность, но сетевой адрес к твоей голове, — усмехнувшись, Цубаки растворилась в воздухе лишь для того, чтобы появиться прямо перед носом у Ямато. Нос к носу. В такой момент он должен был ощутить ее дыхание на коже, запах, но Цубаки была лишь набором данных, поэтому он лишь заморгал, стараясь унять смущение. — Моему глупому папаше не удалось перенести личность полностью. Скорее только ту часть, которая может считаться мной, без возможностей остального искина. Времени не хватило. Да и не думаю, что получилось бы. С другой стороны, он мог намеренно попытаться вызвать «переливание» информации уже тебе в мозг, чтобы полностью заменить твою личность моим кодом.

Ямато шумно сглотнул, и лицо у Цубаки сделалось невероятно серьезным.

— Но ничего. О том, что я все еще часть «Химико», никто не узнает. А потом мы что-нибудь придумаем!

«Потом».

Да. Потом они что-нибудь обязательно придумают. Ямато попытается связаться с Вашимине через Широ, и, если не выйдет, просто вновь придумает невероятный план: ворвется в «Хорин» и вновь украдет кое-что. Но в этот раз это будут не чужие жизни. Он найдет того ребенка, потом вернется к сестре, отдаст долг Юасе, и вместе они заживут долго и счастливо.

Цубаки вновь убедила его в том, что все в порядке — и будет — таким простым объяснением.

Отличный расклад.

Ямато улыбнулся Цубаки в ответ.

Уже на следующий день, наплевав на рекомендации шаривших за здоровый образ жизни приятелей, Ямато пошел шляться по улицам вместе с Широ и Масаки. От алкоголя он все же решил отказаться: ему не запрещали, но что-то подсказывало, что напиваться сейчас не стоило. Да и кто знал, как на это могла отреагировать Цубаки… В том смысле, не начнутся ли у нее неполадки.