Пляска одержимости
Шрифт:
«Это ты виноват».
«Не бросай меня! Пожалуйста! Он убьет меня!»
Только вперед.
Как можно дальше.
Зрелище пугало.
Еще никогда Нитта не видел такого — даже когда он, будучи еще панком из банды «Кабуки», устраивал представления со взрывами. Пожар перед ним был страшен — пламя пожирало бетон и сталь вместе с теми, кто остался внутри. Он знал, что никогда и никогда не раскроет тайну о том, что было внутри: все это сожрет «Хорин», оставив в своей тени. И все, кто погиб сегодня в тот день,
Он сидел на крыше и смотрел на это отсутствующим взглядом. Что тут было еще добавить?
Но где-то глубоко в душе Нитта был рад, что он не был внутри. Что Харада оставил его там, далеко, разбираться с подчиненными Окамуры и этой тварью. Иначе он бы наверняка погиб там, как и многие, кто не успел выбраться. Выжил ли Харада? Хоть кто-то из лаборатории «Хорин»? А Ханзе с его сообщниками? Ответа на этого не было, и Нитта полагал, что, если никто с ним больше не выйдет на связь, стоит махнуть рукой на свои идеалы, прочую чушь, ради которой он согласился работать над столь опасным планом.
Ведь счастлива была жизнь в того человека, что пребывал в неведении.
Тварь (ее звали Инари) стояла рядом с ним в своем человеческом облике и страшным взглядом наблюдала за происходящим внизу. Никаких пожарных машин тут не было, в трущобах постоянно что-то горело — и никого не интересовало, будут ли жертвы и последствия. Внутри наверняка визжала сирена, шипела пожарная лейка, но снаружи…
— Все могло быть иначе, — чуть помолчав, проговорил Инари.
— Как будто тебя это волнует.
Они уже не дрались, Нитта не пытался сбежать. Инари был быстрее и сильнее, плюс не у него была дырка в плече и куча царапин от чужих когтей. Сидя на краешке крыши, Нитта потянулся к карману и достал оттуда сигареты, после чего протянул их неожиданному собеседнику — но Инари лишь покачал головой.
— Я не курю.
— Че, религия не позволяет? — хмыкнул он, в ответ на что его смерили взглядом.
— Биология.
— Ага, а как бухать, так нормально.
— Если бы я не выпил ту бутылку, то, может быть, вы бы все померли гораздо быстрее, — на лице Инари появилась недоброжелательная пугающая улыбка, что в сумме с его взглядом создавала невероятно страшное зрелище. — Но ты ошибаешься.
— По поводу?..
— Что меня не волнует произошедшее там, внизу.
Они вновь уставились на пожарище, и Нитта пожал плечами.
Почему-то он так и думал. Что Ханзе проебется. Как бы он не старался, как бы не строил свои грандиозные планы, что-то всегда шло не так. Конечно, он был изворотливым ублюдком, и наверняка выкрутится и тут, если слиняет, но, тем не менее, факт был фактом. А может, Нитта просто не знал о нем всего, потому что Ханзе был жутко скрытным. Но тут? Проеб проебов. К сожалению, просчитать все на свете было невозможно, а Ханзе действовал подобно машине — он стопорился, если какая-то часть плана нарушалась,
Успел ли он спастись, вот куда более интересный вопрос. Зная Хараду, тот наверняка не особо церемонился с внезапными вторженцами, как бы не старался Нитта отвести от них подозрение. Словно Харада знал, что самая опасная цель — это не Инари, а Ханзе, и, хотя сделал вид, что поверил ему, все равно продолжи играть в свою игру.
— И почему тебя это волнует?..
— Потому что много людей умерло. Мне жаль, что мы опоздали, — простецки ответил Инари.
— Ты же екай. Тебе плевать должно быть на людей.
— Многие екаи кровожадны, многие ненавидят людской род. Но это все еще невинные люди. Они не имели никакого отношения к вашим планам, но все равно погибли. Но я предпочитаю думать, что от симбиоза будет куда больше пользы, — он медленно перевел взгляд на Нитту, и тот передернул плечами, заметив, как резко сузился (как у кошки) у того зрачок. — Как и в случае с грандиозными планами. Вы же знаете, что планировали люди Окамуры?
— Понятия не имею.
— А ведь их планы были совершенно аналогичны тем, к каким в душе стремишься ты. В глобальном смысле. К «Хорин» бы они не полезли, но, соедини Окамура-сан и ваша группа свои усилия, получилось бы гораздо больше, чем в итоге вышло.
Повисла тишина.
Ах, корпорации, гори они синим пламенем…
Нитта затянулся и стряхнул пепел вниз, гадая, что произойдет дальше. Наверное, начнутся кадровые перестановки. Если Харада справился и спас Цубаки, убив нападавших, то его не тронут, но, если хоть кто-то из этого списка пошло не так… Придется их небольшому отрядику менять себе лидера на абсолютно нового. Почему-то, даже несмотря на то, что Харада никогда лично не нравился Нитте, его это расстроило.
К каким-то вещам привыкаешь.
Он вздрогнул, когда рядом раздался неприятный чавкающий звук. Инари, не меняя равнодушного лица, неторопливо вынул глаз из глазницы, и, будто ничего особенного в этом не было, обрезал нерв, после чего швырнул его в руки Нитте. Тот с отвращением взглянул на это и затем взглянул на того.
— Какого хуя?! На кой ляд?!
— Чтобы у тебя было доказательство, что ты убил меня. Зная твоего босса, он потребует нечто весомое, а с родными глазами мало кто так просто расстанется, будучи живым, — вежливо улыбнулся Инари и моргнул. На месте вырванного глаза тут же образовался новый.
— … как?
— У меня не два глаза, а намного больше, — с улыбкой отчеканил он. — Просто переставил.
— В смысле…
— Ну, в своей настоящей форме я просто не открывал все. Ведь не было необходимости.
Да уж, ну и откровения.
Повертев глаз между пальцами, Нитта сдержал желание выбросить эту мерзость нахрен и шумно вздохнул. Он опустил руки вниз и взглянул на Инари, который продолжал жадным взглядом наблюдать за пожаром.
— И зачем это? Зачем ты притащил меня сюда?