Шрифт:
Annotation
Однажды в самой обычной ванной, которая находится в квартире типовой многоэтажки, из крана начинает литься чистейший бензин. А старательный работник, не переживший обман начальника, попадает в рай — свой собственный рай. Трехчасовая поездка на стареньком «Жигуленке» превращается в путешествие, полное чудес, и все из-за необыкновенного загадочного водителя. Талантливого писателя ссылает в деревню родная мать. Он безутешен, но на помощь приходит магия. Большая компания героев ждет вас на страницах книги «По дороге с облаками», чтобы рассказать свои интересные истории.
Нина
Преступление без наказания
Иван да Марья
Персональный рай Виталия Заикина
Стеклянный мир
Беременная
Женькина мансарда
Будни проститутки
Система естественной коррекции сна
По дороге с облаками
Вот только ухо
Одноклассники
Патент
О жизни, смерти и фотографии
Чужой труд
Четки
Нина Шевчук
По дороге с облаками
Преступление без наказания
Так, как сейчас, Георгий не ненавидел еще никогда. Униженный и раздавленный, он сидел на солнцепеке, глядя на лысоватый затылок Михаила. Тот торжествовал, упивался тем, что в очередной раз растоптал Георгия, унизил перед всеми. Хотя, временами создавалось впечатление, будто подлец этого и вовсе не заметил, ведь наносить вред было просто в его природе. Время от времени Михаил поворачивался вполоборота, демонстрируя свой гадкий самодовольный профиль. И почему никто из окружающих не замечает, какая гадость этот Михаил? Дрянь, не человек. Ведь Георгий отнюдь не единственный, кого он обобрал нагло и беспринципно. В этих краях он появился полгода назад, и сразу же все встало с ног на голову. Постоянные конфликты, отсутствие взаимовыручки и уважения.
Но, казалось, никто, кроме Георгия, этого не видел. Все сохраняли подобострастное молчание. Особенно противно было смотреть на тех, кому Михаил вдруг невзначай оказывал знаки внимания. Слабаки тут же расплывались в фальшивой улыбке и готовы были сделать и отдать все, что он у них требовал.
«Убью, — пульсировало в разогретом докрасна мозгу Георгия. — Вот прямо этой лопатой, сейчас».
Рука дрожала на рукоятке, а воображение уже рисовало сладкие картины того, как Михаил лежит на земле и корчится от боли, оглушенный неожиданным ударом. Наплевать на то, что будет потом. Главное — отомстить за позор.
Недруг продолжал удовлетворенно улыбаться. Это Георгий мог понять по тому, как торчали в стороны его шершавые уши, поросшие гадким рыжим пушком. А Лена? Эх, Лена. Одна из немногих здесь, кто казался Георгию умным и честным человеком. А теперь и она присоединилась к толпе обожателей этого пустозвона. Сейчас она стояла совсем рядом, ее золотые волосы взлетали на ветру, словно облачка морского песка под теплым бризом. И улыбалась своей очаровательной, мягкой улыбкой. Только теперь не Георгию, как было прежде. Его она больше не удостаивала и взглядом. Женщины! Предательницы по натуре, они, видимо, уже рождаются такими. Тот, кто сильнее, наглее, всегда получает, что хочет. Она и не посмотрит на то, что он — глупец и пройдоха. И лицемер вдобавок.
«Убью, — снова повторил Георгий про себя. — Лучше понести наказание, но сохранить свое лицо».
Солнце
Отерев рукавом вспотевший лоб, Георгий стал дожидаться удобного момента. Сейчас Михаил наклонится, и тогда удастся угодить ему в самый затылок. Да покрепче, чтобы раз и навсегда. Как в кино.
Сказав какую-то очередную гадость (Георгий не расслышал, какую именно, но по тону понял, что это было что-то очень злобное), обидчик, наконец, нагнулся. Георгий двинулся на него, изо всех сил сжимая рукоять, занес над головой рывком правую руку и …
— Жорик! Ты что это делаешь, зараза такая! — громко взвизгнула мама. — А ну брось сейчас же лопатку! Брось, я тебе сказала!
От неожиданности Георгий выпустил оружие из рук. Пластмассовый совок упал, угодив Мише прямо в темечко. Жертва мужественно потерла голову ладонью, после чего присвоила лопатку с довольным видом.
— Забирай у Миши свои машинки и пошли домой кушать. Я тебе сколько раз говорила не снимать панамку, когда играешь на солнце? Зараза!
Иван да Марья
Когда Иван открыл входную дверь, в холодный сырой подъезд полилась уютная сладковатая теплота его дома. Несколько секунд он помедлил в проеме. Стоило войти в прихожую, снять пальто и ботинки, как пряное, едва уловимое ощущение сразу же улетучится. Дорогой сердцу дом — словно дорогие духи: первые секунды ты наслаждаешься их ароматом, но быстро привыкаешь и равнодушно принимаешься за свои обычные дела.
Маленькая жемчужная ракушка бра, жившая по соседству с зеркалом, бросала полосатые отсветы на золотистые обои.
«Не спит. Ждет», — заключил Иван и тихо притворил за собой дверь.
И в каком она теперь настроении? Он бросил взгляд на наручные часы. Пол-одиннадцатого. М-да… Следует готовиться к худшему. Перевалило за десять, значит, будет двухдневная «молчаливая забастовка», которая непременно закончится слезами. Нехорошо. Еще и за три дня до такого события! В этот раз он не на шутку оплошал. Можно, конечно, назавтра отправиться в ювелирный и купить ей новое серебряное колечко. Она давно уже заглядывала на одно, с лазуритом. Но явиться в пол-одиннадцатого с севшим мобильным телефоном было уж слишком! Колечко могло не помочь.
Не исключено, впрочем, что Маша увлеклась чтением и не ждала его целенаправленно. Тогда все обойдется несколькими упреками и парой колкостей. Они поужинают вместе, и Иван поделится с ней одной своей идеей. Еще в обед, в типографии, ему страшно хотелось рассказать ей о новой задумке, но телефон предательски угас в тот самый момент, когда он набирал номер. А по пути домой Иван наскочил на Костю и коньяк, и последовал за ними, словно колесо, что оторвалось от брички и летит в кювет.
— Ау, Маш? — несмело позвал Иван, осторожно подселяя свое пальто к розовой болоньевой куртке. — Ау?