По грани
Шрифт:
Гость Ти был невысоким мужчиной в деловом костюме, выглядел бледно, его голос дрожал, то и дело он поправлял галстук, а во время рукопожатия чуть не грохнулся в обморок.
— Мы попробовали все методы, — блеял гость, — предлагали альтернативы, в-всех п-предупреждали о последствиях. В конце концов! — он закричал. — В конце концов, мы Министерство, а не конторка какая-нибудь, и я не собираюсь…
Ти не стал дожидаться финала тирады, в которой не было нужной ему информации. Про секретаря министра сельского хозяйства и пищевой инженерии он знал больше, чем сам секретарь знал о себе —
— Сколько? — спросил Ти, достал сигарету и закурил. Он знал, как это работало на визитеров-гражданских в условиях закрытых дверей. В сигаретах его был обычный табак, но его хватало, чтобы нахалы вроде секретаря взяли себя в руки поскорее. Лишь бы уйти.
— Но вы ведь…
— Хотите сделать все официально? — Ти посмотрел на гостя исподлобья. — Устроим проверку, по ее результатам вынесем решение о некомпетентности руководства, дадим ситуации ранг «Эс», вышлем группу для зачистки и будем читать в новостях, кто занял ваше место?
— Но…
— Там сидят террористы — они взяли заложников, детей, их требования абсурдны — это я понимаю, — расслабленно выдохнул Ти, давая гостю передышку. — Еще я понимаю, кто допустил подобное и на ком лежит ответственность. Моя задача — спасти детей и уничтожить преступников, с ней я справлюсь. Хотите сделать это официально — я только за, мне же потом не смотреть на вашу рожу во второй раз, когда начнется очередной бунт. Вы этого хотите?
— Н-не…
— Вот и хорошо, значит, тем, кто полетит туда рисковать жизнью, придется дать премиальные, господин секретарь, — Ти улыбнулся, демонстрируя ряд искусственных зубов высочайшего класса. При желании с их помощью Ти мог перегрызть господину секретарю несколько крупных костей.
— Н-но где я возьму…
— Думаю, у министра накопилось достаточно ресурсов для решения подобных вопросов, — пришел на помощь Ти. — Судя по состоянию фабрики на Терра-13, денег у министра сейчас больше, чем у самого Кайзера.
— Хорошо, — сдался секретарь, уткнувшись взглядом в пол. — Сколько?
— Пять кусков каждому, кто примет участие в операции, и десять процентов мне сверху. Как видите, я веду дела прозрачно.
— И сколько понадобится…
— Вы хотите, чтобы дети выжили? — Ти схватил секретаря за галстук и заглянул в глаза.
— Ч-что? Да, конечно… Конечно, я хочу, чтобы…
— Просто прекрасно, — Ти отпустил его. — Сделаю вам небольшую скидку за это. На поле будет восемь человек, еще пять займутся периферией, в детали вам вдаваться ни к чему. Завтра вечером все закончится, если к трем часам утра я получу деньги на счет, который вы найдете у себя в спальне.
— В спальне? — секретаря затрясло.
Ти редко вторгался в личную жизнь случайных клиентов. Чаще всего к нему приходили министры и их заместители, если дело заходило слишком далеко, и они не хотели афишировать кризис. Все, что нужно было сделать Ти — отправить пару молодцев в форме с бластерами, чтобы напугать хулиганов. Платили хорошо, в основном за полную конфиденциальность, но еще за то, что «хулиганы» видели военные нашивки, военные корабли и слушали обращения военных. Это
Однако секретарь по общественным делам министерства сельского хозяйства и пищевой инженерии был гнусным типом. И дело, с которым он пришел к Ти, было гнусным. Если бы не просьба Кайзера, он отправил бы секретаря вниз по лестнице, снял видео ролик и запустил в Сеть. Но Кайзер объяснил, что секретаря и министра снимут на следующий день после операции, при этом остальные сотрудники, в особенности те, кто пытался наладить ситуацию, не попадут под удар. Кроме того, Ти знал, что зачищать склад с протестующими все равно придется. И если это сделают не его ребята, а кто-то из министерства внутренних дел или, еще хуже, кто-то из отдела безопасности министерства сельского хозяйства, без жертв не обойдутся. На кону были жизни детей.
— Шеф, полетим как на «Чайку»? — спросил младший лейтенант Критий, открывая окна, когда секретарь растворился за многочисленными дверями.
— Как на «Чайку»? — задумался Ти.
«Чайкой» назвали операцию по освобождению заложников Корпа, которых подстерегла группа экстремистов прямо в пограничном космопорте. Тогда пришлось использовать пять транспортных кораблей, чтобы разместить солдат по периметру максимально быстро.
— Парето, Поппер, Даль, Ролз? — уточнил Критий, переводя вентиляцию в интенсивный режим.
Ти откинулся в кресле и положил ноги на стол.
— Возьми Омаху, — сказал он. — Пусть учится.
— Шумный он, — поморщился Критий.
— Вот и хорошо, что шумный, — ответил Ти. — Научишь его, как не шуметь.
— Да зачем он вам сдался?
— Он очень полезен, лейтенант. Пока такой, как Омаха, есть в отряде, вы будете думать, кто шумит, а кто не шумит. Я этому научился у Хонни.
— Из первой центурии?
— Первой? — Ти усмехнулся. — 314 центурия, лейтенант, первыми мы не были никогда.
— Многое изменилось, сэр, — Критий вытянулся по стойке смирно.
— Изменилось? — Ти посмотрел в окно — там виднелась статуя нового Кайзера. Томас был скромным человеком и не любил показуху, но на главной площади администрации должна была стоять статуя Кайзера, находившегося у власти. Невысокий, худой человек с прямым взглядом и острым носом, он производил впечатление аккуратиста и недотроги, но не был ни тем, ни другим. Именно он прекратил войну с Корпом и начал налаживать торговлю. Именно он сменил руководство почти всех министерств, так что экономика Терры начала оживать. Ти дорожил его мнением.
Заходящие солнца Терры легли на плечи Кайзера — Ти улыбнулся воспоминаниям, которые нахлынули от разговора с Критием.
— Ничего не изменилось, — пробормотал Ти, покидая кабинет, чтобы проверить казарму. Ему нужно было следить, чтобы каждый солдат поддерживал порядок и чистоту. Этому научила его лейтенант Хонни. И мама, которая больше не улыбалась с другого конца вселенной. Ти отпустил ее улыбки, когда похоронил отца. У настоящего солдата нет родителей, решил он, и теперь его единственным родственником был Кайзер.