По обе стороны фронтира
Шрифт:
Пролог
1807 год
Сан-Франциско
Город был мал. Настолько мал, что даже слуги все без исключения были знакомы – большинство не только по внешности, но и по именам. Одно название, что город. Католическая миссия, крепость, перекрывающая пролив с романтическим названием Золотые Ворота, да кучка домов. И точно так же знакомыми были все люди в округе: и в двух соседних фортах, и живущие на плантациях.
Край света. В полном смысле – край. Дальше на север лишь
Где-то там за его просторами лежат неведомые земли. Китай, Япония, Индия. И лишь за ними, потратив долгие месяцы пути, находятся блистательные столицы – Мадрид, Париж, Лондон, Санкт-Петербург… Чудесный мир, больше похожий на некую сказку…
Блистательные кавалеры, шикарные женщины, празднества, роскошные балы, могучие государи, повелевающие империями…
А тут – залив с одной стороны и океан – с другой. Мерные вздохи волн, и ни одного паруса на горизонте.
Ни одного.
Стройная девичья фигурка на самом берегу, дуэнья чуть поодаль… Кому нужен пустынный берег? На нем только ждать. Если есть кого и веришь – желаемое свершится.
Две фигуры, берег, океан да розоватые блики на воде от заходящего светила.
Тут вечер, а где-то утро…
Санкт-Петербург
– Я внимательно ознакомился с прожектом вашим, граф.
Благословенный, стройный, в ладно сидящем на нем мундире Преображенского полка, сделал небольшую паузу.
Николай Петрович терпеливо ждал продолжения. Государь, как всегда, излучал благожелательность, но какие-то мелкие штрихи насторожили камергера. Какие конкретно, сказать он не мог, однако тут срабатывало не знание – чувство опытного царедворца.
– Понимаете, дело в том, что обстановка на данный момент весьма сложная. – Мужчины продолжали неспешно прогуливаться вдоль аллеи. – Да, мир с Францией заключен. Но тем самым мы вступили в войну с Англией. Никаких активных действий предпринимать мы не собираемся, англичане, надеюсь, тоже, и все же… На море мы заметно слабее.
– Ваше Величество, даже в самом неблагоприятном случае англичане ничего не предпримут против западных берегов Америки. Какой им прок? Перебрасывать силы на край света – и ничего не приобрести взамен при удаче. Разорят какую-нибудь факторию? В том смысла нет.
Разговор легко перескакивал с русского языка на французский и обратно, как часто бывало в образованном обществе.
– Будем надеяться. И все-таки… Флота у нас там нет, послать в кругосветное плавание при данных обстоятельствах мы никого не можем. Войск тоже не имеется. Опять-таки, расстояния… Европа продолжает балансировать на грани войны и мира. Сам Наполеон – еще недавно повелителя Франции называли просто Бонапартом – продал Луизиану – огромные земли в Америке. Британцы еще пытаются порою вернуть себе взбунтовавшиеся колонии, однако у них ничего не получается. Трудно всерьез воевать на таком расстоянии от метрополии.
Александр не счел нужным уточнять – нынешний мир весьма хрупок, и союз с Наполеоном – дело временное. Император Франции оказался сильнее, чем предполагалось.
– Мы же не собираемся там воевать, Ваше Величество. Мирное освоение края, земель, на которые пока никто не предъявил претензий.
– Разве? – улыбнулся император. – В вашем прожекте между строк при желании можно прочитать иное. Или я неправильно понял? Мы же там не одни. Потерпят ли нас те, кто давно считает весь Новый Свет своим? И вдруг – неведомые соперники.
Оставалось только вздохнуть. В огромном докладе, описывающем перспективы заморской колонии, действительно содержался ряд намеков о постепенном расширении владений не только от Аляски до примерных границ испанской Короны в Калифорнии, но и дальше на юг, вторгаясь в земли недавнего врага и нынешнего формального союзника. Все – без вооруженной силы, исключительно дипломатическими методами.
– Остальное по мере возможности, Ваше Величество, – дипломатично заметил Николай Петрович.
В процессе прогулки мужчины свернули в боковую аллею. Встречные привычно кланялись при виде монарха.
– Возможности… Возможности… – Александр словно пробовал слово на вкус. – Возможностей как раз нет. Казна пуста, да и работы дипломатам потребуется столько… Нет, граф, пока надлежит действовать прежним порядком, в лице частной компании. И лишь при благоприятных обстоятельствах на сцену выдвинется государство. У вас же имеется право нанимать даже военных моряков. Сохраняя за ними все привилегии действительной службы.
– Мы готовы и так. Только людей бы немного побольше. Казаков из числа желающих. Желательно еще бы судовых дел мастеров. Тогда мы попробуем создать верфь, которая будет выпускать настоящие корабли. Пушки нужны. Деньги у компании имеются.
– Всем нужны люди.
– Но все окупится, Ваше Величество. Сибирь поневоле получит стимул к развитию. Европа – Европой, однако царство ваше простирается далеко в Азию, а когда-нибудь, смею надеяться, распространится на часть Америки. Когда проезжал Сибирью, бросается в глаза – гигантские просторы едва обитаемы. А ведь тоже русская земля. Надеюсь, положение изменится.
Император вздохнул. Людей действительно катастрофически не хватало. Всех сословий, шла бы речь о землепашцах, мещанах, купцах, дворянстве. Если центр страны и юг представляли собой довольно плотно заселенные места, то чем дальше на восток или на север, тем реже попадались деревни. Не говоря уже о городах.
Николай Петрович понял Государя правильно.
– Нам бы создать небольшой костяк полезных работников. Вокруг них уже будут группироваться местные племена. Не сегодня, однако по прошествии десятков лет новые земли, уверен, принесут Отечеству нашему достаток и славу. Кому, как не императору, надлежит думать категориями веков?
Он и думал. Но довлело сиюминутное, в крайнем случае – завтрашнее. Неизбежное продолжение схватки с французами, к примеру. А ведь шли еще прямо в данный момент войны турецкая и персидская, в ближайшее же время намечалась еще одна – шведская. Пора обезопасить столицу с севера, и для того присоединить финляндский край к империи.