По пути Ориона
Шрифт:
Ночь успокоит всё кругом,
Это спокойствие перед сном.
Колыбельную дождь споёт,
Страх с души в миг уйдёт.
Город спит, простившись с днём,
Сны блуждают тихо в нём,
Я не знаю что со мной-
Наслаждаюсь тишиной.
Месяц- стражник наших снов,
Тихо бродит между звезд.
Ветра музыка несется,
В город снов, что стоит в ночи,
За
Утро ночь сменить готова,
И заря стучит в окно,
Я не знаю что со мной-
Наслаждаюсь тишиной.
Я был птицей, я был ветром,
Я был ангелом небес.
Я был камнем, Я был зверем,
Я был эхом, но лишь во сне.
В детстве они с мамой всегда играли её, и сейчас воспоминания нахлынули на него. Ентри вспомнил о предстоящей разлуке с родными и чуть не заплакал. Лишь под утро, когда первый луч солнца готовился появиться из-за горизонта, когда запели первые петухи, Ентри Паул задремал.
В отличии от друга, Орион был значительно спокойнее. Он смирился
– -------------------------------------------------
*Тисвулир- музыкальный инструмент, очень напоминает гитару, с восемью струнами и 35 ладами.
с тем, что ехать ему придется, хотя мысли о правильности принятого
решения, о смене своей позиции под напором Ентри, долго не давали покоя, но как человек давший обещание, он не мог поступить теперь иначе, пусть даже потом он пожалеет об этом. В необходимые вещи поместились в один походный рюкзак, и теперь дожидались своего времени у двери. Расправив постель, Орион ещё и ещё обдумывал план их путешествия, пытаясь предотвратить опасности. Он несколько раз в голове прошёл весь предполагаемый маршрут и убедившись, что план удачен, улёгся спать. Уже лёжа он мысленно обвёл границы Стригинила, и вдруг вспомнил о мёртвом пирате, которого они оставили в лесу, так и не позвав никого на помощь. Да, и кого из них можно было заставить ещё раз зайти на это болото? Если даже они точно знали, где оно находиться, то, ни за какие сокровища они туда бы не пошли. Маком и Торонт до сих пор не могут прийти в себя: весь день они просидели по домам, боясь показаться на улицу, их бил озноб, повсюду мерещились мертвецы, и в ушах гудел зловещий лес. Конечно, о находке им ни Орион, ни Ентри не сказали, да и всё равно они бы не поверили. Так размышляя о случившимся, остановив свой взгляд на карте, Орион уснул.
3 В путь
Часы показывали пять пятьдесят утра, когда Ентри сладко потягиваясь, приоткрыв глаза, проснулся. Когда сон пришёл к нему, он не помнил, но что очень поздно- это точно. Он медленно, неохотно посмотрел на часы- пять пятьдесят одна. Секундная пауза… Ентри как ошпаренный вскочил с кровати и стал метаться по комнате, не сразу сообразив, где находятся его вещи. Носки он нашёл под кроватью и на стуле, там же, на стуле, были брюки, вывернутые наизнанку, так что мальчик не сразу смог влезть в них, и только любимая жилетка лежала на своём обычном месте- на полу, у левой, передней ножки стола. Пять пятьдесят три утра. Паул " вылетел" из комнаты, на ходу надевая жилетку, и пытаясь попасть в башмаки, надо сказать на редкость удачно. Завязывать шнурки времени не было и крича: " Мама, я опаздываю, скорей!", он ворвался на кухню. Тризольдина, как не в чём не бывало пекла пирожки с картошкой и поглядев через плечо на сына, заявила:
— Не гоже будущему путешественнику так долго спать. Есть то наверно не будешь?
На это Ентри отрицательно покачал головой.
— Ладно, тогда возьми с собой в дорогу. — После чего положила несколько пирожков в итак набитую до упора сумку и, поцеловав сына, сказала:- Иди, да будет удача с тобой рядом.
Пять пятьдесят шесть утра. Ентри выскочил на улицу. Город ещё спал: только редкие горожане шли, смотря себе под ноги. Молочник пробежал мимо открывать свою лавку, где-то вдалеке, за городом раздавались звуки рожка — это пастух вывел
Шесть часов пробили городские часы на здании охранников. Орион стоящий прямо под ними, закрыл уши руками от громких ударов. Он уже несколько минут взволновано всматривался в сторону, откуда должен был появиться Ентри. Вот уже кучер запряг олиткопов* и подкатил повозку к площади.
— Эй, малец, ты куда-то едешь? Тогда садись, а то мы скоро тронемся.
Орион направился к повозке, поворачивая голову в сторону, где должен появиться Ентри. Странно, почему он направился к повозке, ведь без друга он ехать не хотел и не собирался? Шаг за шагом он приближался к ней, медленно, надеясь, что друг его появиться, но с каждой секундой надежда таяла. Остальные пассажиры уже заняли свои места, а мальчик с рюкзаком за спиной медлит. Кучер начал нервничать, он что-то бурчал себе под нос, время от времени поглядывая на часы.
— Стойте, подождите! — крики вдалеке так обрадовали Ориона, что он рванул на встречу. " Ентри, ура, давай быстрее!". Ручки у сумки Ентри порвались, хотя и были очень мощными. Часть продуктов мальчик потерял по дороге, так как сумка была настолько переполнена, что даже не закрывалась. Но это уже не волновало друзей, главное они вместе, вместе начинают свой путь. Орион подхватил сумку и помог другу забраться в повозку.
— Ну наконец-то. — Протянул кучер и направил олиткопов в путь. Колёса повозки, чуть поскрипывая, вывернули с площади на дорогу, и друзья отправились в путешествие, проезжая весь свой родной город.
— Фу, еле успел. — Снимая рюкзак, сказал Ентри.
— Да, я тоже начал волноваться. — Ответил Орион, оглядывая пассажиров повозки. Их было не много: вначале повозки расположилась какая-то бабушка, уже успевшая разложить свои вещи, смотрела в окно. Ближе, на противоположной стороне мать с ребёнком весело
– ---------------------------------------------------------
*Олиткопы- крупные, очень выносливые животные с вытянутыми, остроугольными мордами, с длинными, мохнатыми и мощными лапами. На первый взгляд немного неуклюжие, переваливающиеся с боку на бок, но при этом развивающие большую скорость. Издают звуки, напоминающие пение канарейки.
рассматривали какую-то книжицу, иногда поглядывая в окно. Какая-то девушка возле них, в тёмной кофте, сидела, отвернувшись от ребят, укрывая голову тёмно-синим платком. Наконец, в конце повозки расположился рыбак, весь пропахший рыбой, с большой поклажей. Лицо, покрытое густой бородой смотрело на противоположную стену и взгляд его не сходил с неё. Орион с интересом стал наблюдать за мужчиной, тот по-прежнему не сводил взгляда со стены, видимо долгие часы наблюдений за водой приучили его к такой выдержке. " Интересно, куда он едет?" — Подумал Орион. — " Наверное, на Гаутин, больше некуда". Тем временем по городу катилась повозка, которая представляла собой маленький деревянный вагончик с дверцей по середине и с деревянными лавками внутри. Вырезанные в стенках окошки были большими и давали не только свет, но и необходимую прохладу, так как они не стеклились и многие ребятишки с удовольствием высовывались в них и хватали ртом воздух, и так были счастливы, что казалось, что им больше ничего не надо. Это был самый популярный и доступный транспорт.
Ентри наблюдал за городом. Словно прощаясь с мальчиком, Сакил открывал перед ним новые, не замеченные ранее места, что очень удивило Паула. Он всматривался в улочки, в дома, пытаясь найти что-то незнакомое для своего глаза и запомнить навсегда. Даже родная улочка казалась ему какой-то другой. Высунувшись из повозки, он смотрел назад, стремясь ещё раз, хоть в последний, увидеть её, запомнить такой, какая она предстала перед ним сейчас. Но олиткопы увозили его всё дальше и дальше. Вот показалась окраина города, на глазах у Ентри навернулись слёзы, и он, собрав всю свою волю " в кулак" чтоб не заплакать, не показать Ориону свою слабость и не повернуть назад. Тем более в повозке были взрослые, что они могли бы подумать? Так вагончик выкатился из родного Сакила и попал на зелённые, сочные луга, где паслись дибуны. Животные были последними, кто проводил ребят в путешествие своим нестройным, но в этот момент таким родным рёвом. Эмоции переполняли Ентри, он высунулся по пояс в окошко и помахал им на прощанье.