Победа демократии
Шрифт:
— Нет, ну ты только посмотри на нее, Билли! Ну разве она не прекрасна?! Именно такой мне не хватало. Я искал ее везде, а нашел тут, в этой глуши. Как же, все-таки причудливо изгибаются линии человеческой судьбы!
Черный Джо, заломив руки, любовался на роскошный белый лимузин, выставленный в витрине магазинчика на окраине города.
— Мне кажется, мы уже не зря сюда приехали. Знаешь, почему? Потому что этот автомобиль будет моим. Завтра же. Даже если нам придется ограбить все банки в этой стране.
Билли не торопясь подошел
— Да ты, я вижу, совсем кинозвездой себя вообразил. Где это ты видел, чтоб грабители ездили на таких тачках?
— Ты только представь себе, — запальчиво возразил Черный Джо, — я подъезжаю к банку на таком автомобиле, захожу в кассовый зал и говорю: «Не с места, это ограбление! Я Черный Джо! Все деньги в багажник моей машины!» Вообрази, что это будет! Это будет шок! Это будет фурор! Это будет ограбление века! О нем все будут говорить много лет. И ты посмотри на этот багажник! Да в него влезет несколько миллиардов сотенными купюрами!
— Несерьезно, Джо, — сказал Билли, возвращаясь к машине, припаркованной на обочине. — Грабители не зарабатывают столько. Или ты надумал сменить профессию?
Они сели в машину и поехали в сторону города.
— Знаешь, Билли, — сказал Черный Джо, — я действительно подумываю в последнее время о том, чтобы найти себе более денежное занятие. Грабить банки — дело, конечно, романтичное, но уж больно несолидное. Есть люди, которые, не сходя с места, ухитряются за день награбить как мы за год. Помнишь Тупого Макса?
— Конечно, я же с ним три месяца в одной камере сидел. Безнадежный: из собственного кармана пачку сигарет вытащить не может, чтоб не рассыпать. Такие позорят всех карманников.
— Вот именно. Он и взялся за ум. Знаешь, кем устроился? Вступил в какую-то партию, избрался в парламент и теперь отвечает за бюджет целого города.
— Умеет жить. А что, Джо, ты никак решил в политику податься? Брось! Политика — дело грязное, лучше быть бедным, но честным. Настоящие мужчины должны грабить банки.
— Это предрассудки. Среди политиков тоже порой встречаются нормальные мужики. Например… сразу никого не припомню, но думаю, мы очень скоро с такими познакомимся.
Улицы города, куда ехали Черный Джо и Билли, были заполнены людьми. Люди разных возрастов в одинаковых бумажных шапочках размахивали флагами, кричали, пели песни и не давали проехать.
— Наверное, рекламная акция нового средства от перхоти, — проворчал Билли, останавливая машину. — Ужас, как все они надоели. Раньше из-за них телевизор не посмотреть было, а теперь еще и по улице не проехать.
В это время на трибуну в конце улицы взбежал человек с микрофоном, и по улице из мощных динамиков понеслись его слова:
— Друзья! Сограждане! Соотечественники! Вот мы и собрались вместе, чтобы, наконец, самим, своими силами и своим умом решить свое будущее. Пусть власти знают, что мы больше не бездумное стадо, которое будет голосовать за их
«Ду-ма-ем! Ду-ма-ем!» — подхватили мыслящие шапочки.
— Во, до чего перхоть доводит, — сказал Билли, заглушив мотор. — Вообще-то я люблю митинги. Там люди совершенно забывает о своих кошельках, их можно раздеть до трусов, а они ничего не заметят.
— Не о том думаешь, — ответил Джо. — У нас грандиозные планы, а ты все о карманах. Между прочим, настоящий политик может раздеть людей до трусов, не сходя с трибуны. Вот это действительно класс.
— Да ну! — недоверчиво покосился Билли. — И как же он это сделает?
— Я тебе потом объясню. Сейчас время терять нельзя.
Черный Джо открыл дверь, но выйти не смог: как раз в этот момент толпа перестала скандировать, и машину окружили митингующие.
— А вы чего не думаете?
— Мы думаем, — поспешно ответил Черный Джо. — Мы все время думаем, только про себя.
— Оно и видно, что про себя, а надо про народ и про наше будущее. А ну, бей их, ребята!
Джо поспешно захлопнул дверь. Машина начала раскачиваться. Митингующие налегали то с одной, то с другой стороны, крыша прогнулась под ударами нападавших, одно за другим разлетелись стекла. Наконец, народу удалось организоваться как следует и толкнуть с одной стороны. Автомобиль опрокинулся на крышу. Казалось, что карьера великого преступника подошла к концу, но тут с трибуны снова призвали к думанью и массы с воодушевлением предались своему любимому занятию, оставив искореженный автомобиль лежать посреди улицы.
Черный Джо отстегнул ремень и сполз на крышу.
— Быстрее, Билли, — сказал он. — Там, в бардачке, должна быть газета.
Билли сразу понял, что Джо имел в виду. Разделив газету, друзья быстро принялись складывать из нее модные думающие шапки. Получилось довольно быстро: профессиональной ловкости рук у друзей было побольше, чем политической грамотности. Демонстранты еще не успели надуматься, как Черный Джо и Билли, замаскированные под свободных граждан, выползли из машины и смешались с толпой.
— Ничего, машину не жалко, — говорил Джо, лавируя между флагами и транспарантами. — Завтра же у нас будет другая машина. Я обещаю. Самые большие деньги делаются именно в такие моменты.
— Какие деньги, Джо? Банки наверняка все закрылись.
— Забудь о банках! Что ты все то о банках, то о карманах каких-то. Это не наш масштаб… Ду-ма-ем! Ду-ма-ем!
— Ду-ма-ем! Ду-ма-ем! — неохотно подпевал Билли, одновременно стараясь не упустить Черного Джо из виду и на ходу выхватывая кошельки, торчащие из карманов думающих людей.