Победитель дракона

Натанариэль Лиат

Ему казалось, что он преодолевал ступеньки крыльца дольше, чем взбирался бы на самую высокую гору на свете. Нужно было сохранять спокойствие; он успел послушать тех, кто уже побывал там, внутри, в здании, бывшем голубой мечтой половины детей в городе, и, судя по всему, задание было ерундовое: нужно было сориентироваться на местности, найти дракона и изъять у него перо. Какой именно вид тебе попадётся, зависело только от твоего везения, но, судя по рассказам, они все были безобидные и, по правде сказать, весьма бестолковые: брукезии сводят всю свою маскировку на нет из-за панических атак, сетчатые шестиноги действительно могут развивать изрядную скорость благодаря лишним конечностям, так

что человек их не догонит, но прежде им нужно вспомнить, которая нога идёт за которой, причём в процессе они падают раз пять, и их можно ловить хоть голыми руками... Пожалуй, сложнее всего пришлось одному юноше, которому попалась парочка неразлучников: пока он изымал у одного роскошное жёлтое перо из хвоста, другой не хотел мириться с таким произволом и отчаянно защищал свою пару, так что парень теперь гордо хвастался следами от крепкого клювика на руках. Наверное, девчонкам он теперь казался героем... Ник мимоходом пожалел, что не догадался захватить из кладовки плотные садовые перчатки.

Ничего. Ничего! Если даже эта... Тэбби и та справилась меньше, чем за пять минут - и если она, конечно, не врёт -, то у него и подавно всё получится. Ну же, Николас Гэрри, соберись, люди ведь сдают экзамены даже после того, как выучат все билеты за одну ночь, а ты готовился к этому дню с тех самых пор, как тебе стукнуло пять!

Когда он переступил порог, кто-то, не видимый из-за стоящего у Ника в глазах тумана, произнёс:

– Прямо и направо. Книгу тут оставь.

Ник кивнул, очень бережно положил "Энциклопедию" на столик у входа (пальцы удалось разжать только с третьего раза) и прошёл прямо и налево, как ему и велели.

Зал, куда он попал, был таким огромным, что шаги отдавались эхом, как в пещере. Человек, стоящий за конторкой перед раскрытой толстой тетрадью, без всякого интереса спросил:

– Имя?

Чем-то он очень напоминал отца Ника, вот только по этому лицу было ясно видно, что если его обладатель и умеет мечтать, то уж точно не о дальних плаваниях. Максимум - о головокружительной карьере главного аудитора или там секретаря мэра.

– Николас Гэрри, - в который уже раз озвучил Ник. Он не удержался и бросил взгляд на закрытую галерею там, вверху, у дальней стены. Он знал, что оттуда за ним будут внимательно наблюдать. Соберись!..

– Если готовы, прошу на середину комнаты, - будничным тоном сказал человек за конторкой, не поднимая глаз.
– Туда, где крестик.

Ник послушно пересёк расстояние, показавшееся ему путешествием до луны и обратно, и встал на половицу, отмеченную крестом. Его сердце стучало, как колёса несущегося на полном ходу паровоза. Сейчас. То, чего он так ждал и так боялся, случится сейчас.

– Что-то я никак не найду вас в-...
– начал было человек с тетрадью, но окончания фразы Ник уже не услышал. Мир вокруг него на мгновение смешался в серое ничто, из которого, словно из тумана, начали проступать очертания бугристых стволов, кустов и ветвей - сначала тех, что поближе, на расстоянии вытянутой руки, потом всё более дальних. Когда всё вокруг проявилось полностью, Ник обнаружил, что он в лесу, притом в лесу старом и очень тёмном - исполинские деревья закрывали небо так, что лишь кое-где в прорехи в кронах косыми водопадами сочился дневной свет. Подлеска почти не было - ещё бы, в такой-то темени! Ноги тонули во мху. Толстые - один и не обхватишь - древние стволы росли на таком расстоянии друг от друга, что между ними почти свободно могла проехать гружёная телега. Судя по роскошным паутинам, натянутым между ветками, у пауков был здесь свой ткацкий цех.

Хорошо. Хорошо. Ник закрыл глаза и изо всех сил попытался сосредоточиться. Не тропики, не пустыня, не море, не тундра,

не полярные льды. Его мозг молниеносно отбросил не подходящие виды драконов, оставив лишь те, которые чувствовали бы себя здесь как дома. По логике вещей, это должен быть кто-то маленький - славно, тогда это вряд ли будет сложно, потому что дракончики с ядовитыми жалами водятся в более тёплых краях, а другая малышня обычно ничем всерьёз не опасна...

Он выпрямил спину, расправил плечи и состроил уверенное лицо. Найти дракона. Забрать у него перо. Что может пойти не так?

... на самом деле, если честно, не так пошло всё, причём с самого начала. Прошло четыре минуты с половиной, пять минут, десять, пятнадцать - а Ник никак не мог отыскать ни следа дракона. Лес жил своей тайной, внутренней жизнью, что-то постоянно шуршало, скрипело и попискивало из обступившего Ника полумрака, но на глаза не показывалось, как он ни старался. Где-то вдалеке слышались птичьи голоса; он вспомнил драконов, которые кричат как чайки, но таких, которые тенькали бы, как лесные пичуги, наука не знала...

Он почти ощупью пробирался по глухой чаще, то и дело спотыкаясь о коварные корни, и растущее в нём отчаяние было так же черно, как окружающий его мрак. Во дворе многие хвастались, что испытание было проще простого - так насколько же он хуже них, если он даже не может найти дракона?! Может быть, мама была права - может быть, Ник не создан для этой работы - может быть, ему всё-таки стоит научиться мечтать о чём-то, что хоть капельку больше похоже на правду... Надо же, а он ведь поверил, что сможет стать охотником! Было бы смешно, если бы не было так гадко...

Когда впереди забрезжил день, Ник рванулся к опушке просто потому, что хоть какой-то свет был ему необходим. Там, где кончался лес, начиналась пустошь, покрытая ковром низкорослых кустарников, за ней, как спины спящих чудовищ, виднелись ломаные линии далёких гор. Николас двинулся в их направлении - не то чтобы он планировал дойти, но не стоять же было на месте. Каждый его шаг поднимал в воздух бодро жужжащих насекомых, но драконов не попадалось. Интересно, сколько времени ему вообще отведено? Когда иллюзию выключат? Эх, жаль не догадался узнать заранее...

Он вспомнил, что сейчас - вот прямо сейчас - за ним оценивающе наблюдают лучшие преподаватели училища, и, конечно, умер бы от стыда прямо на месте, если бы его не спас внезапный переполох у него за спиной.

Ник обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как над лесом веером взметнулась панически кричащая птичья стая. Он не успел даже как следует задуматься, от какой это напасти они спасаются, когда земля вдруг подпрыгнула так, что ударила его по ногам. Лишь чудом сохранив равновесие, он...

... вместе со всем остальным миром застыл в янтарной капле мгновения, в котором невозможная мечта была сплавлена с ночным кошмаром, потому что там, в портике леса, между двух древесных колонн, стоял пернатый фобозавр.

Его голубая молодая чешуя сияла, как осколок летнего неба, рыжие перья на голове и кончике хвоста отливали огненным блеском расплавленного металла. Плоская змеиная голова поворачивалась, как перископ, до тех пор, пока не развернулась в сторону Ника.

Длинный, словно замедленный в загустевшем воздухе прыжок был идеальной игрой мускулистого тела - восхитительной работой потайных драконьих пружин, которую не передал бы ни один художник в мире. В тот момент, когда когтистые лапы прекрасного зверя коснулись земли, её ощутимо тряхнуло, и только со вторым фобозавровым прыжком парализованый ужасом и восторгом Николас вдруг осознал, как стремительно сокращается разделяющее их расстояние. И какая эта штуковина всё-таки люто огромная.