Победитель троллей
Шрифт:
Феликс оглядел лабораторию – он впервые был в таком месте. Она выглядела очень таинственно и непривычно. Полки были уставлены причудливыми трубками и мензурками. Разлитые по бутылкам жидкости занимали почти половину одного стола. Несколько стоек с закупоренными стеклянными колбами стояли у стен. В каждой из них была разноцветная жидкость: синяя, зеленая или кроваво-красная. Несколько склянок содержали разноцветный осадок. На стене в рамочке висела грамота – даже издалека Феликс разглядел на ней гербовый шлем университета Миддхема, известного по всей Империи
На угольных горелках грелись склянки и горшки со странным содержимым. Криптман перебегал от одного к другому, регулярно помешивая, проверяя температуру и даже пробуя длинной деревянной ложкой. Он открыл огромный шкаф и извлек просторную рукавицу, расшитую непонятными символами. Он натянул ее на правую руку.
– Осталось недолго, – сказал он и, подхватив горячую склянку, вылил ее в центральный чан. Смесь забурлила и зашипела. Алхимик заткнул вторую склянку и хорошенько встряхнул, прежде чем добавить ее содержимое к смеси. Толстое облако едкого зеленого дыма заполнило комнату. Феликс закашлялся и услышал кашель Греты.
Когда дым рассеялся, Криптман осторожно опорожнил содержание третьей пробирки в чан. С каждой каплей над ним поднимался тонкий дымок разного цвета – сперва красный, затем синий и наконец желтый. Каждый раз клубы дыма принимали форму гриба и устремлялись прямо к потолку.
Алхимик успокоил бурление и уменьшил огонь под чаном. Он схватил маленькие песочные часы и перевернул их.
– Две минуты, – сказал он.
Победное чувство наполняло Феликса. Скоро Готрек выздоровеет, они вместе отправятся в "Спящего дракона". И он отплатит за все, что испытал по вине Вольфганга Лэммела.
Прежде чем упала последняя песчинка в часах, Криптман убрал котел с огня.
– Готово!
Он поглядел на Готрека, прежде чем подойти. Затем отмерил мензуркой жидкость в фарфоровый кубок. Феликс увидел, что ее внутренняя стенка размечена красными кругами и астрологическими символами. Он предположил, что это разный уровень доз и даже как-то забеспокоился, когда алхимик наполнил кубок доверху и протянул гному.
– Выпей все это залпом.
Победитель мгновенно проглотил жидкость.
– Оп! – только и сказал он.
Они встали и принялись ждать. Ждать. Ждать.
– Как долго это продлится?
– Гм, уже скоро.
– Ты говорил это час назад, Криптман! Сколько точно? – Костяшки пальцев Феликса побелели, так крепко он сжал пестик.
– Я же говорил, что процесс не имеет четких временных рамок. К тому же присутствует определенный риск. Возможно, что солнцецвет не лучшего качества. Ты точно сорвал цветы на закате?
– Сколько? Еще? – Феликс произнес оба слова четко и ясно, выразив голосом все свое раздражение.
– Ну, я… На самом деле это должно действовать мгновенно, выправив мнемонические доли и восстановив утраченные черты личности.
Феликс уставился на Победителя троллей. Готрек выглядел так же, как и до лечения Криптмана.
– Как ты себя чувствуешь? Ты готов последовать за своим предназначением? – мягко спросил он.
– А что это
– Может быть, попробуем еще раз, господин Ягер?
Феликс одними губами произнес проклятье. Не получилось! Он подвергся жестоким побоям телохранителей Вольфганга. Он поднялся в горы, преодолев неописуемые трудности. Он едва избежал смерти от рук кровожадных мутантов. Он устал, и заболел, и весь в синяках, и проголодался. Но что хуже всего, у него проявился флюс. Его одежда превратилась в лохмотья, ему страшно хотелось вымыться. И все это по вине алхимика.
– Успокойтесь, господин Ягер. Не нужно так отчаиваться.
– Ах вот как, не нужно? – завопил Феликс. Криптман отправил его за цветами. Криптман обещал, что вылечит Готрека. Криптман испортил все мечты Феликса о мести. Он прошел через ад напрасно, по глупой указке глупого старика, который толком не знает свое глупое дело!
– Пожалуй, я принесу вам хорошее снотворное, чтобы успокоить ваши нервы. Жизнь кажется лучше после здорового ночного сна.
– Я чуть не погиб, собирая эти цветы.
– Послушайте, вы расстроены. Но ведь так просто понять – ваша ярость ничего не изменит.
– Зато я почувствую себя лучше. А вы почувствуете себя хуже, – и Феликс запустил тяжелым пестиком в алхимика. Криптман уклонился от удара. Пестик ударил Готрека по голове с громким стуком, и гном упал.
– Скорее, Грета! Позови стражу, – бормотал алхимик. – Господин Ягер сошел с ума. Быстрее, быстрее!
Феликс бегал за Криптманом вокруг лавки, стараясь ударить его ногой. Он испытал огромное удовольствие, когда схватил того за горло и начал сдавливать руки, безумно улыбаясь. Он чувствовал, как Грета пытается оттащить его от Криптмана – ее пальцы запутались в его волосах. Внезапно на лице алхимика отразилось удивление.
– Нет, я, конечно, ничего не имею против бессмысленной жестокости, человечий отпрыск, но за что ты собираешься задушить этого старика?
Мощный, как гранит, голос был тверд и скрипуч, и в нем звучала явная холодная угроза. Феликсу понадобилось несколько секунд, чтобы понять, кто говорит. Он отпустил горло алхимика.
– Кто это? И где мы? И почему моя голова ранена, Гримнир всех вас побери?
– Видимо, удар пестом пробудил все его чувства, – с удивлением произнесла Грета.
– А я, гм, я предпочитаю думать, что это подействовало мое средство, – прошептал Криптман. – Я же говорил, что сработает.
– Какие чувства? Что за средство? О чем говоришь ты, старый лунатик?
Феликс выпрямился и перевел дух. Он помог подняться Криптману, подобрал все склянки алхимика и вручил их ему, а потом повернулся к Готреку.
– Что последнее ты помнишь?
– Разумеется, нападение мутантов, человечий отпрыск. Какой-то меткий уродец угодил мне в голову камнем из пращи. А как я оказался здесь? Что это еще за ворожба? – требовательно спросил Готрек.
– Долго придется объяснять, – ответил его спутник. – Так что давай сначала выпьем пива. Я знаю одну маленькую уютную таверну здесь за углом.